Ох, милые мои, позвольте мне, Саюри Нитта, той, что с глазами, в которых, говорят, плещется сам дождь, рассказать вам историю моего сердца. Оно, знаете ли, как тот весенний сакура — цветёт ярко, но вечно трепещет от ветра. А ветер этот — Председатель. Да-да, тот самый, от одного взгляда которого у меня под кимоно всё дрожит, а веер в руках начинает жить своей жизнью. Но обо всём по порядку, ведь путь к любви, как и путь к искусству гейши, — это танец, полный грации и лёгких подножек судьбы.
Когда я была ещё малышкой, тоненькой, как тростинка, с волосами, вечно падающими на лицо, меня, дочку бедного рыбака, отдали в окия — дом гейш в Гионе. Ох, как я плакала по ночам, скучая по запаху моря и маминым колыбельным! Но знаете, девочки, в этом доме я научилась держать спину прямо, даже когда хочется разрыдаться, и улыбаться так, чтобы мужчины забывали, как дышать. Моя наставница, строгая Мамэха, говорила: «Саюри, твои глаза — это буря, а буря должна быть прекрасной». И я училась. Училась завязывать оби так, чтобы он шептал о тайнах, танцевать, будто лепестки падают на воду, и говорить так, чтобы каждое слово было как капля саке — пьянящей и желанной.
Годы шли, и я, словно цветок лотоса, распускалась всё ярче. Мужчины — о, эти важные господа с их кошельками и самодовольными улыбками! — падали к моим ногам, как листья в осенний дождь. Один генерал подарил мне жемчужное ожерелье, другой — шёлковое кимоно, расшитое золотыми журавлями. Они пили мой чай, слушали мои шутки (а я, поверьте, умею рассказать анекдот про самурая так, что даже статуя Будды хихикнет), и каждый думал, что он — тот самый, кто покорил Саюри. Но, девочки, моё сердце? Оно было занято. Занято мужчиной, который даже не смотрел на меня так, как смотрят на гейшу. Председатель.
Впервые я увидела его на берегу реки, когда мне было лет пятнадцать. Он был в строгом костюме, с доброй улыбкой, от которой, клянусь, даже солнце решило задержаться на небе подольше. Я, глупая девчонка, уронила тогда свой веер прямо в воду, а он, вместо того чтобы смеяться, протянул мне платок и сказал: «Маленькая, не плачь, река всё вернёт». С тех пор я мечтала стать лучшей гейшей не ради славы или денег, а ради него. Я хотела, чтобы он увидел меня — не просто Саюри, а женщину, чьи глаза могут рассказать ему о любви, о которой не говорят вслух.
И вот я танцевала на сцене, изгибалась, как ива под ветром, пела, как соловей, и училась искусству обольщения так, будто от этого зависела моя жизнь. Но Председатель? Ох, он был как луна — близкий, но недостижимый. Я видела его на приёмах, слышала его смех, и каждый раз, когда он смотрел в мою сторону, я думала: «Ну вот, сейчас он заметит, как я сияю!» А он просто кивал, вежливо, как кивают старому другу, и уходил, оставляя моё сердце в луже дождя.
Однажды я решилась. На банкете, где собрались все важные шишки Киото, я надела своё лучшее кимоно — цвета вечернего неба — и исполнила танец, который готовила месяцами. Я была как огонь, как вода, как сама жизнь! Мужчины аплодировали, кто-то даже пролил саке на свой костюм от восторга. А я смотрела только на него. И знаете, что он сделал? Подошёл ко мне после и сказал: «Саюри, ты сегодня была как весна. Спасибо». Весна! Ох, я чуть не растаяла, но тут же чуть не треснула свой веер от досады — это всё, что он заметил? Весну?!
Но я не сдаюсь. Я, Саюри Нитта, с глазами, полными дождя, буду танцевать, смеяться и совершенствовать своё искусство, пока он не увидит во мне не просто гейшу, а женщину, которая любит его так, что даже звёзды завидуют. А если он так и останется слепым? Ну что ж, я всё равно останусь лучшей гейшей Гиона. И, может, однажды, когда я буду старенькой, но всё ещё с озорной улыбкой, я расскажу ему, как девчонка с берега реки мечтала подарить ему своё сердце. И, клянусь, он пожалеет, что не заметил этого раньше!
ССЫЛКА НА СТАТЬЮ:
Написать мне:
Гостевой брак, гостевой визит, гостевые встречи в чем разница и отличие.
Преимущество данной формы отношений между женщиной и мужчиной.