Свекровь всем родственникам рассказал пол нашего будущего малыша, хотя мы сами его не знаем

Вы не поверите, но я до сих пор не могу осознать, что это реально произошло — я беременна! Мы с Сережей об этом мечтали давно, и вот, наконец, две полоски, все по-настоящему. Радость — через край. Мы сразу решили: пол ребенка знать не будем. Зачем? Нам главное — чтобы малыш был здоров. А кто появится — мальчик или девочка — это уже не так важно.

Но, как оказалось, не всем это без разницы. Моя свекровь, Мария Сергеевна, например, сразу заявила:

— Будет мальчик! Я прям чувствую. Да и приметы все так говорят.

— Какие приметы? — спросила я как-то, из вежливости.

— Да всё видно: у тебя живот острый, кожа такая… ну, в общем, я знаю. У меня глаз намётанный!

Я не стала спорить. Ну верит человек — ладно. Проблема в том, что она пошла дальше и всем уже рассказала, что у нас родится сын. Даже имя выбрала — Ванечка. Серьезно, вот прям ходит и говорит всем: "У нас будет Ванечка!"

— Мам, мы не знаем пол! — пытался как-то вежливо вставить Сережа.

— Знаете-не знаете… я-то знаю, — отмахнулась она. И ладно бы просто говорила. Но с этого всё только началось. В один прекрасный день она пришла ко мне с пакетом. Таким, знаете, огромным полиэтиленовым, чуть ли не с дыркой. Я сначала обрадовалась — думаю, может, еду принесла? Фрукты, орешки, там, что полезное для беременной. Ага, как же!

— Вот, — гордо вручает. — Это Сережкины вещички. Он в них рос. Всё почти как новое!

Открываю… и тут же чуть не чихаю. Запах — как в старом деревенском сундуке, который открыли впервые лет за тридцать. Вещи… ну, вроде целые, да. Но ткань — жесткая, жёлтая, как пергамент. Трогаю — и понимаю, что на это я ребёнка точно не положу.

— Мария Сергеевна, ну это же всё старое…

— Да ничего! Прокипятишь с белизной — будет как новенькое!

— Но оно… колется! Такое грубое…

— Ты просто привередничаешь. Сережка вот спал — и ничего, здоровенький вырос.

И вот стоим мы на кухне, и у нас диалог как из абсурдной комедии. Я ей про жёсткость ткани, про аллергии, про современную детскую одежду — она мне в ответ: — Вы, молодежь, всё себе только новое подавай. А раньше как жили? И ничего!

— Так сейчас другое время…

— Вот именно! Сейчас всё химия, а тут — натуральный хлопок, проверенный временем!

Ну, думаю, ладно. Возьму один пакет, пусть порадуется. Всё равно надевать не буду, сложу в ящик. Ошибка. Огромная. Через два дня — ещё один мешок. Потом третий. Я уже не знаю, где их прятать! Такое чувство, что она реально склад где-то держала — на чердаке, в гараже, у подруг… не знаю. Но каждый раз приносит с таким лицом, будто вручает мне золотой слиток.

— Ой, смотри! Это он в годик носил! А это — на крестины!

А Сережа? А Сережа сидит рядом, улыбается, ностальгирует.

— Ой, мам, я это помню!

— Конечно, помнишь, — говорит она. — Ты у меня такой славный был!

Я в шоке. Я — в шоке! Он со мной лишний раз в магазин не хочет сходить — "давай позже, я устал". А тут с мамой сидит, перебирает пелёнки с 90-х. Когда появился пятый мешок, я не выдержала.

— Всё! Мария Сергеевна, пожалуйста… не надо больше приносить. Мы уже всё купили. Вещей хватает. И потом… вдруг девочка родится? Тут началось. Она как вспыхнула:

— Ах, значит, мои вещи тебе не нравятся?! Да ты неблагодарная! Я с добром, с душой, а ты!..

— Я не говорю, что не нравится… просто… ну… — начала было я.

— Всё ясно! Гордость поперла! Я тут стараюсь, а ей, видите ли, не так! Ноги моей больше не будет в этом доме!

И вот уже неделю у нас молчание. Она трубку не берёт, мужа моего еле пускает на порог. А я, честно, не знаю, как быть. Эти мешки теперь на балконе стоят. Выкинуть — Сережа не даёт. "Это же память!" — говорит. Ну, пусть у мамы тогда хранится! Зачем мне эта память, пахнущая плесенью?

И ведь я беременна. Мне бы отдыхать, наслаждаться этим временем, а я переживаю, нервничаю. Свекровь обижена, муж мечется между нами. А я чувствую себя плохой. Хотя просто хочу комфорта и чистоты для своего будущего малыша. Это нормально?

Ну и что делать? Вот честно, дурдом какой-то.