В составе русской императорской армии под командованием Федора Буксгевдена против шведов выступили многие известные вам люди: будущий герой Отечественной войны 12-го года Петр Багратион, Михаил Барклай-де-Толли, Александр Тучков, Николай Раевский. Фамилии из детства. И здесь мы опять не можем избежать параллелей с Зимней войной. Превосходство русских над шведами, ну если мы говорим о противостоянии в масштабах государств в целом, было настолько ощутимым, что в Санкт-Петербурге рассчитывали закончить всю кампанию за пару месяцев. Ну хоть не за три дня, конечно. Но кампания затянулась на целых полтора года. Собственно, поначалу царское правительство даже не стало официально объявлять войну Швеции, очевидно, рассчитывая, что в случае быстрой победы этого и не потребуется.
Вторжение началось в начале февраля 1808 года, а формальное объявление войны последовало только в середине марта, после того, как шведский король, возмущенный вероломным нападением, приказал арестовать персонал русского посольства в Стокгольме. Со своей стороны, в Санкт-Петербурге до последнего скрывали свои агрессивные намерения. За несколько дней до вторжения Александр I заверял шведского посла, что Россия не представляет никакой угрозы — цитата: “Угроза вашим землям исходит не от меня. Бог свидетель, мне не нужно ни одной деревни из владений вашего государя.”
В течение первого месяца войны русская армия оккупировала почти всю южную Финляндию, в том числе заняв древнюю столицу Турку. Деморализованные шведы сдавали свои крепости и повсеместно отступали, отбиваясь арьергардами от преследующих их казачьих частей. Войскам приходилось сражаться в суровых условиях финской зимы: глубокий снег, 40-градусный мороз. Так что часто речь шла больше об элементарном выживании, чем о борьбе с противником.
Только к апрелю шведские войска пришли в себя и одержали несколько локальных побед. Они не смогли изменить общего хода войны, но подняли дух королевской армии. Одновременно против сил вторжения стали воевать и местные жители. В мае подняли вооруженное восстание крестьяне Аландских островов, которые были захвачены еще в самом начале войны. Командир действовавшего здесь русского отряда распорядился конфисковать у местных жителей лодки, пригрозив, что всякому, кто будет сопротивляться, он отрежет уши, носы и отправит в Сибирь как царских слуг.
В ответ островитяне под руководством приходского священника напали на русские войска и пленили более 400 солдат Александра I. Тогда же от русских войск удалось освободить и остров Готланд. Находившийся здесь отряд царской армии в полном составе попал в плен. А возвращение шведских войск местное население встретило всеобщим ликованием.
Тем не менее, положение шведов оставалось тяжелым, особенно когда они лишились своей главной крепости в Финляндии, Свеаборга (современное название Суоменлинна). Почти все восточные провинции королевства в итоге оказались под оккупацией, но сопротивление захватчикам нарастало. Наряду с регулярной армией шведов против русских теперь сражались и многочисленные отряды финских и шведских крестьян. Так что перед царскими войсками встала новая задача — удержать уже завоеванное. И вот на этом этапе русские отряды столкнулись с очень большими трудностями — партизанами.
О том, что противостояние в Финляндии приняло характер настоящей народной войны, так или иначе пишут все участники тех событий. Собственно, и сам русский главнокомандующий Федор Буксгевден признавался, что его армии приходилось сражаться с тремя главными врагами — шведскими регулярными войсками, восставшими крестьянами и недостатком продовольствия. А Булгарин, которого я уже упоминал сегодня, говоря, например, о крестьянах в финской провинции Саво, признавал их – маленькая цитата: “Самыми опасными нашими неприятелями в этой неприступной стране”. Описывая бои со шведской армией, он определял численность именно крестьянских отрядов в две, три и даже шесть тысяч человек. Вот одна из его цитат: “Нельзя было свернуть в сторону на сто шагов с большой дороги, чтоб не подвергнуться выстрелам. Во время наступления Раевского шведские партизаны с восставшими крестьянами бросились в тыл его отряда, жгли мосты, раскапывают дороги, уводили лодки от берега и отрезали его от всех сообщений, от всякой помощи. Войско было без хлеба, изнурялось от голода, питаясь почти исключительно грибами”.
Прямо называя сопротивление финнов народной войной Булгарин при этом всячески пытался оправдать карательные действия российской армии — цитата: “Наши солдаты были ожесточены против жителей, сражавшихся вместе с шведскими солдатами, и во время общей суматохи разграбили богатейшие дома и лавки.
Многие из сопротивлявшихся жителей были убиты, и нельзя было избегнуть, чтобы при этом не произошло каких-либо покушений против женского целомудрия. Когда жители края принимают участие в войне, то всегда должны ожидать жестокой мести”. Кстати, Булгарин был пропагандистом. Такое важное признание от пропагандиста. Вообще надо признать, что война была крайне жестокой. Партизаны пытали русских пленных, закапывали их в землю живыми, сжигали на кострах. Со своей стороны российские войска с захваченными партизанами не церемонились. Участников сопротивления вешали, расстреливали, а деревни разорялись подчистую. Поэтому было такое всеобщее ожесточение. В самой России, между тем, успехи русской армии вовсе не вызывали никакого восторга. Войну против Швеции, пусть она и сулила империи стратегические выгоды, общественное мнение не особо одобряло. И, кажется, это вообще уникальный случай в отечественной истории. Публицист и филолог Николай Греч в книге “Воспоминания моей жизни” пишет — цитата: “Хотя это завоевание было очень полезно, но так как оно было сделано против союзника и родственника, то не одобрилось общим мнением в России.
При молебствовании по взятии Свеаборга в Исаакиевском соборе было в нем очень мало публики и проходившие по улицам, слыша пушечные выстрелы в крепости, спрашивали, по какому случаю палят. Услышав, что это делается по случаю взятия важнейшей крепости в Финляндии, всяк из них, махнув с досады рукой, в раздумье шел далее.
Русский народ чуял, что не там развяжется трагедия, которая готовилась в Европе”. Еще немного цитат. Знаменитый историк Николай Карамзин пишет: “Убыточная война и шведский разрыв с Англией произвели умножение ассигнаций, дороговизну и всеобщие жалобы внутри государства. Мы взяли Финляндию, заслужив ненависть шведов, укоризну всех народов. Я не знаю, что было горестнее для великодушия Александра, быть побежденным от французов или принужденным следовать их хищной системе”.
Всю весну и лето 1808 года в Финляндии продолжались ожесточенные бои, по итогам которых русская армия вышла к современной границе Швеции. Поначалу безобразное снабжение, из-за которого российские войска постоянно испытывали недостаток продовольствия, было налажено. Партизанская война финнов пошла на убыль, а после зимнего перемирия русские отряды начали боевые действия непосредственно на территории Швеции.
В марте 1809 года, когда возникла угроза захвата Стокгольма, там произошел государственный переворот. Густав Адольф был низложен, а власть перешла в руки его дяди герцога Зюдерманландского, взошедшего на престол под именем Карла XIII. Он считался пророссийским политиком, часто бывал в Санкт-Петербурге, где его называли Сидором Ермолаевичем.
Не очень понимаю, почему, но наверное, из-за сложного имени. Несмотря на смену монарха, шведы пытались сопротивляться до последнего. Однако все их попытки переломить ход войны, например, привлечь к боевым действиям британский флот или организовать новую партизанскую войну, ни к чему не привели.
Как итог, в сентябре 1809 года был заключен мир, по которому Швеция лишилась не только Финляндии, но и Аландских островов, через которые русская армия могла практически в любой момент угрожать Стокгольму. Некогда великая европейская держава была вытеснена на обочину большой политики. Пять лет спустя Швеция, после символического участия в борьбе с Наполеоном и непродолжительной войны с Норвегией, объявила о нейтралитете, который продолжался буквально до прошлого года, пока страна не вступила в НАТО. Давайте вспомним, из-за каких же угроз Швеция и, кстати, Финляндия вступили в НАТО.
Россия утвердила свое завоевание Финляндии на Венском конгрессе, который подвел черту под эпохой наполеоновских войн. Впрочем, когда война со Швецией еще продолжалась, император Александр I появился в своих новых владениях и даровал финнам невиданные по тем временам и российским реалиям привилегии — местным жителям была предоставлена автономия и, по факту, конституция, сохранившая за ними все те права, которые они имели при шведах.
То есть Финляндия получила такие гражданские свободы, которых жителям остальной России пришлось ждать еще 100 лет до 1905 года. При этом Великое княжество Финляндское стало первой национальной автономией финнов. Так что в принципе трудно отрицать ведущую роль царского правительства в формировании финской государственности. Во время открытия финского Сейма в 1809 году Александр I сказал — цитата: “Я обещал сохранить ваши коренные законы. Ваше собрание здесь удостоверяет исполнение моих обещаний”. Вообще, в целом царские власти придерживались данных обещаний. Финляндия управлялась местными властями на основе местных законов. Из Петербурга назначалась лишь высшая военно-административная верхушка. Все делопроизводство велось на финском и шведском языках, а все собираемые в Финляндии налоги шли исключительно на местные нужды.
Правда, во время подъема народно-освободительного движения по всей Европе, начиная где-то с середины 19 века, власти запретили печатать книги на финском языке. Исключение было сделано только для книг религиозного и сельскохозяйственного содержания. Впрочем, вскоре это распоряжение было отменено. Только в правление Николая II начались попытки русифицировать в Финляндию. Но это привело к обратной реакции, к подъему национально-освободительного движения. Так что финны массово поднялись и выступили против царя, против царизма, как тогда говорили, во время первой русской революции. А потом последовал 17-й год, и бывшие шведские провинции первыми из территорий Российской империи получили независимость.
Что касается войны 1808-1809 года, то она оставила след в финской истории. К примеру, день Лапуа — это народный праздник, который отмечается в честь первой битвы, выигранной шведской армии у русских в районе одноименного города. Отсюда же происходит и название движения Лапуа — радикальной фашистской организации, существовавшей в Финляндии в 20-30-х годах прошлого века. В литературе есть об этом произведения. То есть след, конечно, эта война в истории оставила, это довольно странно отрицать.
И в самом заключении нельзя, конечно, не упомянуть, чем для России закончился союз с Наполеоном. Под нажимом французского императора ввязались в войну с Англией. Она протекала довольно вяло, но лишний раз продемонстрировала полное превосходство британского флота. А затем оба подписанта Тильзитского договора начали его последовательно нарушать. Россия сначала негласно, а потом вполне открыто возобновила торговлю с англичанами. Тогда как Франция не оказала русским никакой помощи в войне с турками и отказался выводить войска из оккупированной Пруссии. Также продолжались между двумя странами споры вокруг польских земель. Но так или иначе, скоро Наполеон превратился из друга и брата снова в антихриста. Но дальше, я думаю, вы знаете, французская армия в итоге дошла до Москвы, но это, разумеется, уже совсем совсем другая история.
Оставляйте комментарии и увидимся в следующий раз.