Начнем с того, что несколько лет назад мы увидели, как ведущий запел Коня на одном из корпоратов, и весь зал его поддержал. Нашу вокалистку тогда, видимо, знатно триггернуло.
Потому что год назад на Чусовой какой-то не совсем трезвый гость то-ли пошатнулся, то-ли специально облокотился на крышку нашего ноутбука. Ноут ушел в сон вместе с нашим метрономом. Песню мы, конечно, доиграли, а вот пока реанимировали заснувший ноут, случилась неловкая пауза, и наша Наташа вспомнила про того самого Коня. Она запела, народ поддержал. Весь Омутной слышал наш заливистый хор. Получилось чудесно.
Настала осень, с нами случился Каменск-Уральский. А точнее отличный клуб с двумя этажами, множеством залов и зон, балконом и, что совсем немыслимо для заведений родного Нижнего Тагила, полноценной сценой в полтора метра высотой с прекрасным светом, экраном и звуком.
Мы были заряжены на все 143%.
Итак, середина блока, народ танцует и поет, и вдруг у нас выключается всё: инструменты, микрофоны. Мы – немые рыбы. И Наташе не пришло в голову ничего лучше, чем повторить историю с Конем. Вот только она не учла, что на Чусовой у неё работал микрофон. А тут два этажа, огромная площадь и высокая сцена.
Итог вполне прогнозируемый. Песню услышали только люди около сцены. Не поддержали. Наташа допела куплет, развела руками и замолчала.
Так в полной тишине мы и провели пару мучительных минут.
А дальше арт-директор клуба совершил чудо. Иначе мы не знаем, как это назвать. За эти пару минут он нашел где-то в подсобке запасной пульт, закоммутировал нас, и мы продолжили играть.
С того момента больше Коня нам петь не приходилось.
А причиной того, что всё замолкло, стал сгоревший пульт. Ужасно редкая поломка.
Пусть с нами такого больше никогда не случится.
