Третья ошибка, отражающая неправильное отношение к всемогуществу Бога, – это ограничение Бога в Его всемогуществе.
Один из учеников Его, Андрей, брат Симона Петра, говорит Ему: здесь есть у одного мальчика пять хлебов ячменных и две рыбки; но что это для такого множества? Иисус сказал: велите им возлечь. Было же на том месте много травы. Итак возлегло людей числом около пяти тысяч. Иисус, взяв хлебы и воздав благодарение, роздал ученикам, а ученики возлежавшим, также и рыбы, сколько кто хотел. И когда насытились, то сказал ученикам Своим: соберите оставшиеся куски, чтобы ничего не пропало. И собрали, и наполнили двенадцать коробов кусками от пяти ячменных хлебов, оставшимися у тех, которые ели (Ин. 6:8–13).
1. В стихах 8–9 мы видим человеческое ограничение всемогущества.
2. В стихах 10–13 – Божественная безграничность во всемогуществе.
Начнем с первого.
1. Человеческое ограничение всемогущества
Один из учеников Его, Андрей, брат Симона Петра, говорит Ему: здесь есть у одного мальчика пять хлебов ячменных и две рыбки; но что это для такого множества? (Ин. 6:8–9).
Расписываясь в своем бессилии, Андрей все же упоминает о небольшом количестве продуктов, имеющихся в наличии. В отличие от Филиппа Андрей идет дальше, но все же останавливается, упираясь во внешнее ограничение Божественного всемогущества (только две рыбки и пять хлебов). Андрей желает накормить всех голодных, он отдает все, что находит, все ресурсы, которые есть под рукой, но все же признает их слабость и неэффективность для решения проблемы. При этом Андрей не проявляет веры в то, что Христос не ограничен этими ресурсами. Если Филипп сомневается в том, что всех голодных удастся накормить, то Андрей, скорее, видит ограниченность ресурсов и не проявляет веры в то, что для Бога это – не проблема.
Мэтью Генри так комментирует эти стихи: «Слабость его веры (то есть Андрея), открывается в словах: "Но что это для такого множества?" Предложить это такому количеству народа – значит всего лишь посмеяться над ним. Филипп и Андрей не имели такого почтения перед могущественной силой Христа…».
Если и мы с вами, показывая Богу «две рыбки и пять хлебов», говорим: «Что это для такого множества?», то считаем, что Бог в Своем всемогуществе ограничен немощными человеческими ресурсами.
Смотря на свою человеческую слабость, мы можем говорить: «Я не смогу привести к Христу ни одного человека. Кто я? Что Бог может сделать через меня?»
Смотря на немногочисленную церковь, мы можем думать: «Разве Бог через нее силен оказывать влияние на другие общины и на мир?»
Все это проявление нашего ограничения Божественного всемогущества.
Но, как мы видим далее, Бог не ограничен ни обстоятельствами, ни человеческой немощью. Используя немощные человеческие ресурсы, Бог совершает великие дела, демонстрируя этим, что в Своем величии Он не ограничен ничем.
В следующей статье мы продолжим говорить об ошибках, отражающих неправильное отношение к всемогуществу Бога.