Часть 3.” Всё тайное становится явным.”
Нас приняла очень приятная на вид женщина, она обследовала Моню. Всё происходило очень нежно и аккуратно. Честно признаться, я редко вижу, когда ветеринары настолько аккуратны к своим пациентам. Она очень внимательно обследовала Монечку. А после у меня провалилась земля из-под ног. Мне сказали о том, что кошка на гране сердечного приступа и ей стали делать нужные инъекции. Весь оставшийся день мы пробыли в клинике под наблюдением врача и периодически сдавали кровь и делали ЭКГ, чтобы наблюдать динамику. К счастью, вечером она стабилизировалась в относительную норму и нас отпустили домой, но мы с врачом были на связи.
Следующие пол месяца были как в тумане. Монечка отказывалась кушать вообще, мне приходилось кормить её самой. С каждым днём её состояние ухудшалось, и она стала меньше ходить, так как при ходьбе малышку очень сильно шатало. Она плохо ходила в туалет. Пыталась зайти в лоток, но ей давалось это делать с трудом, и я постоянно находилась рядом и ей помогала. Приходилось ежедневно делать несколько раз инъекции и давать нужные медикаменты.
С каждым днём я видела, как увядает наша кошка на моих руках, и с каждым днём я понимала, что от боли внутри готова была лезть на стены. За всё время лечения Мони, Никита приезжал всего на пару дней, а после уезжал обратно. Но в те дни, когда он был рядом, он плакал, нависая над кошкой. А у меня разрывалось сердце. Это был первый раз за наши долгие отношения, когда я увидела в глазах слёзы своего молодого человека слёзы.
Всё остальное время я была одна, и это важное уточнение. В тот момент я поняла, как это, когда тебя начинает триггерить настолько сильно, что ты готова наложить на себя руки. В буквальном смысле. У меня были ежедневные истерики, я не могла смериться с тем, что ей не становиться лучше, и что Моня умирает буквально на моих глазах. Несомненно, сильное выгорание, усталость от ежедневых поездок, нервных срывов и плохой сон давали о себе знать. Но основная причина была в другом. И только в тот момент я поняла, что именно сейчас я переживаю смерть своей мамы. Для меня это было неожиданным удивлением, потому что на тот момент со дня её смерти прошло пять лет, и я думала, что оно уже давно переварено. Но как оказалось нет. Каждый Божий день я грезила о смерти. Мне было настолько плохо, что такую боль я уже не могла выдержать. Но дать должное, чувство ответственности взяли вверх, ибо по мимо Мони у нас была еще одна кошка на передержке и наша собака.
Вторую кошку пришлось вернуть обратно свекрови, потому что мне одной было достаточно тяжело (с расчетом того, что я 24/7 была с Мотей), и я очень боялась, что Тима могла случайно навредить Моне. Она постоянно лезла к ней, ложилась прямо на неё, давя своим весом, периодически пыталась играть, несмотря на то что Моня была совсем не в состоянии.
Параллельно со всем этим делом, я пыталась заполучить поддержку от моей на тот момент близкой подруги и стараясь давать поддержку Никите, который был не рядом с нами, но который очень переживал за Монечку. Но в силу обстоятельств, ему приходилось уезжать в командировки. (На тот момент я была без работы, и обеспечивал нас только Никита).
Пару раз приходила его сестра со свекровью, передавая мне лечебный корм для малышки.
Все эти пол месяца мы были под наблюдением только у кардиолога, и я искренне не могла даже подумать о том, что нам нужно было обратиться к терапевту, в целом, чтобы выяснить основную причину. Потому что проблемное сердце - было следствием, а не причиной. И только после того, как мне сказала кардиолог о том, что нам нужно дополнительно обследоваться, я начала — это делать. Вы не подумайте, проблема была даже не в этом, а в том, что нам был необходим не узкопрофильный специалист, а терапевт, который назначит все нужные анализы и вообще поможет стабилизировать кошку (не в сердечных делах) и начнёт искать причину её болезни, да и в целом чтобы начать её лечить.
В общем мы пошли опять делать узи. Я сама не могла понять, что нам делать и от чего отталкиваться, потому что навалилось всё и сразу, а поддержки со стороны широкопрофильного ветеринара, повторюсь, у нас не было. Моню осмотрели, а после сказали, что в матке у неё как оказалось началось опять воспаление, и что её необходимо снова оперировать. В остальном меня уверили - у неё все было в порядке (по узи). И вот здесь, наконец-то, где-то внутри меня начало зарождаться очень сильное сомнение. Я понимала, что, если ей сделать опять операцию, из наркоза наша Моня не выйдет. Именно по этой причине, я поехала в еще одну, незнакомую клинику, но уже по совету своего знакомого. В этот же день у кошки произошёл микроинсульт, она перестала слышать на одно ушко и у неё онемело половина мордочки.
В первую очередь мы попали на ЭКГ, где подтвердили всё, что мне сказали ранее. Так же мы сдали опять кровь, и меня предупредили о том, что малышке нужно делать переливание крови, в ближайшие дни. Я согласилась её положить в стационар на капельницы, ожидая приёма очередного УЗИста через пару дней.
Хочу сказать о том, что на тот момент наши деньги стали заканчиваться, но появилась мнимая надежда. Я наконец-то получила полный перечень нужных анализов, и вообще, что делать дальше и какие предпринимать шаги. Мы с Никитой воодушевились, пока я с кошкой не попала через пару дней на приём узкопрофильного специалиста.
Часть 1. “Знакомство”.
Часть 2. “Роковой день.”
Часть 4. “Не мы “Её” выбираем, а “Она” нас”.