Когда людям, которые не признают свою собственную ранимость, дают власть, они наносят новые раны и, возможно, ранят всех из-за своей потребности отрицать свою собственную ранимость.
Слово «исцелять» означает «исцелять» и, в частности, «делать целым».
Оказывается, быть целым человеком
означает, что мы должны принять свои уязвимые части, и что мы должны принять и научиться сталкиваться с нашими первоначальными внутренними ранами. Ибо в этом старом, мифологическом понимании роковое событие получения раны в раннем возрасте создает необходимость в глубоком процессе исцеления, который становится путем пробуждения для каждого человека.
Путь раненого целителя ведет к связи с глубинным «я» внутри, которое является нашей связью с целостностью, которая является корнем человеческой способности исцеляться. Существует старая идея, которая гласит, что точно так же, как нечто большее, чем мы сами, ранит нас в раннем возрасте, нечто большее, чем мы сами, стремится пробудиться через определенные раны, которые мы несем. В этом смысле отрицание внутренней раны означает также отрицание присутствия глубинной души или центрирующего «я», которое содержит именно то лекарство, которое мы ищем.
В некоторых мифических историях рана внутри человека называется священным недугом или святой раной. Есть еще одна игра слов, в которой рана, которую можно рассматривать как дыру, может также рассматриваться как святой элемент, который тайно содержит естественное противоядие, внутреннее лекарство, которое мы также вызвали к жизни.
Раненый целитель всегда ранен и всегда способен найти пути исцеления. Это архетипическое состояние. Смысл никогда не был в том, чтобы стать совершенным, или полностью исцеленным, или полностью целым. Смысл всегда был в том, чтобы стать святым. То есть, Завершить наши уязвимости и наши раны, потому что рана становится чревом, из которого Мы должны возрождаться снова и снова. И вот почему старая поговорка гласила: страдающие святы».
- Майкл Мид
