Егор Бероев — актёр, который не только покоряет зрителей харизмой, но и, как оказалось, привлекает внимание правоохранительных органов Болгарии. И если кто-то думает, что «Турецкий гамбит» — это максимум экшена в его карьере, то ошибается. Ведь за кадром у Бероева приключения были не менее захватывающими.
Представьте картину: Болгария, перерыв между съёмками. В воздухе витает дух авантюризма, и наш герой, как и подобает воплотителю Эраста Фандорина, решил испытать свои детективные способности. Вместе с режиссёром Джаником Файзиевым, он увлекался игрой в стиле Шерлока Холмса — просто подходить к случайным прохожим и проверять свои дедуктивные теории. Ну что может пойти не так?
Как оказалось, абсолютно всё. Болгарская полиция явно не в восторге от таких «холмсовских» игр. И вот Файзиев и Бероев, люди искусства и кинематографа, оказались в совершенно новом для них амплуа — подозреваемых в странном поведении. Полицейские, конечно, не видели «Турецкий гамбит», и поэтому понять, что перед ними два выдающихся «сыщика», не смогли. Ночь за решёткой, под пристальными взглядами местных стражей порядка, видимо, заставила актёров пересмотреть свои методы досуга.
Представьте: за окном темнота, холодная болгарская ночь, а в камере сидят два человека, обсуждая, как именно их хобби превратилось в реальную детективную историю. Но вот, утром всё прояснилось: они сумели убедить полицию, что хоть и выглядят странно, но без них российская съёмочная группа останется без звёздного состава. С трудом, но их отпустили. Однако этот эпизод навсегда остался в тени великого «Гамбита».
Но и это ещё не все злоключения, поджидавшие Бероева на съёмках. Оказывается, самое сложное было не в батальных сценах и не в прыжках под мчащуюся карету, а в, казалось бы, мирной сцене в палатке журналистов. В этом небольшом помещении собралось столько великих артистов, что казалось, там не хватало места даже для слов. Реплика — шаг — поворот, а рядом бегают гримёры, звукорежиссёры и осветители, словно это балет, а не съёмка.
Пожалуй, сцена в палатке могла бы стать самой эпической постановкой, если бы не одно «но»: желудочный грипп подкосил половину съёмочной группы. Да, на экране мы видим бравых героев, полных сил, но в реальности актёры едва стояли на ногах. Каждую секунду они боролись не только с ролями, но и с собственным организмом. А гримёры бегали за ними не только чтобы поправить макияж, но и чтобы подхватить на случай неожиданной слабости.
Возвращаясь к Бероеву, нельзя не вспомнить, что этот человек, даже висевший под каретой и оглушённый пиротехниками, не думал о том, чтобы бросить кино. Он упорно шел вперёд. Но разве он мог предположить, что настоящие испытания ждут его не на поле боя «Турецкого гамбита», а в холодных коридорах болгарской полиции?
Кажется, этот человек не просто актер, но герой собственного экшн-фильма. Сначала рискованные трюки на съёмочной площадке, потом ночь в полиции за странное поведение, а после — борьба с гриппом на съёмках. Кто-то скажет, что это трудности, но Бероев наверняка считает это всего лишь рабочими моментами.
И что же нам остаётся? Вспоминать об этих закадровых историях, зная, что за каждым кадром экрана стоит целый мир приключений, иногда не менее захватывающий, чем сам фильм.