Как утверждают историки, среди донских казаков, в особенности преклонного возраста, было распространено бранное выражение «Мара тебя возьми!». Это ругательство очень похоже на «Черт побери!». Однако Мара – сущность, гораздо могущественнее черта.
Мара «водит» и «берет»
Как утверждает Сергей Мосолов, автор издания «История казачества», казаки всегда были очень суеверными людьми: верили в клады, существование ведьм и колдунов, сглаз, заговоры. Кроме того они боялись некую мару. По крайней мере, в повести Николая Лескова «Некрещеный поп» мара упоминается при магических обстоятельствах. Так, когда один из героев произведения Лескова, действие которого происходит именно в казачьем селе, говорит: «Що вы, дурни, за марою ходите? Я дома лежу со своею жинкою; а это вас мара водит!», другие начинают креститься. В собрании сочинений Лескова имеется сноска о том, что марой казаки называли наваждение..
Однако наравне с суевериями среди казаков были распространены и специфические ругательства. Причем, в этих ругательствах также фигурировала мара. Евграф Савельев в издании «Древняя история казачества» писал о том, что не только малороссы, но и донские казаки низовых станиц ругались: «Мара тебя возьми!». В данном случае прослеживается аналогия с бранными выражениями вроде: «Черт возьми!» или «Черт побери!». Поэтому использование слова мара в значении «наваждение» было бы неуместным. Между тем большинство историков и лингвистов сходятся во мнении, что под «маской» Мары в этом ругательстве скрывался вовсе не черт.
«Мар», «мор», «мер»
Например, Валерий Никитин, автор издания «Казачество: нация или сословие?», заявляет о том, что ругательство «Мара тебя возьми!» равнозначно выражению «Смерть тебя возьми!». Так же, как и Никитин, Евграф Савельев утверждает, что слово «мара» обозначает «смерть». Мало того, Савельев пишет о том, что у сарматов, представителей древнего народа, состоявшего из кочевых племен ираноязычных племен, «мара» было своеобразным «ура». Бросаясь в бой, сарматы кричали: «Мара!» («Смерть!»). Также Савельев обращает внимание на то, что «мара», «мор» и «умер» на самом деле имеют один и тот же корень.
Вообще, если верить Александре Баженовой, автору издания «Легенды и боги древних славян», все слова, имеющие корень «мар»-«мор»-«мер» схожи по смыслу и приближаются к значению смерть, умирание, сон. В качестве примеров Баженова приводит такие существительные как: смерть, мрак, сумрак, сумерки, мор, замерек (первые заморозки), мороз, мары (туман, мгла или носилки для покойника), а также глаголы: умереть, мерковать (ночевать), смердеть (источать запах усопшего). Отсюда же происходит и глагол умориться – устать. Неслучайно и мара в значении «наваждение», как было указано выше, тоже из этой «серии».
Богиня конца
Недаром, как пишет в издании «Предки русских в древнем мире» Анатолий Абрашкин, Морена (Марена) или Мара была не только богиней материнства и брака, но и властительницей подземного мира. В «Трудах Киевской духовной академии» (1866 год) Мара указана как богиня смерти и сна. А Александра Баженова представляет Мару исключительно как древнюю ведическую богиню смерти, имя которой переводится как «умертвляющая». Мара является олицетворением всего того, что приводит к смерти живые существа, а также считается повелительницей смены сезонов, то есть смерти природы.
Именно поэтому чучело, которое, как писал Владимир Даль в своем «Толковом словаре живого великорусского языка», носили «при встрече весны, 1 марта», называли Марой или Мареной. В издании «Календарные обряды Владимирской деревни» (1995 год) указывается, что в древности в дни весеннего равноденствия чучело Марены, как богини зимы, торжественно сжигали на костре. Славяне верили в том, что Марена живет где-то далеко на севере, среди вечных снегов. С приходом весны светлые боги заковывают ее в оковы, и она на некоторое время становится бессильной. Для того, чтобы зима не вернулась раньше срока, чучело богини и предавали огню.