Четырнадцатилетняя Линда встречает загадочную Мисс Лу. Незнакомка очаровывает девочку и становится ей лучшей подругой. Однако сама Линда никак не может поверить в волшебство этой дружбы.
Каждый вечер мы созванивались с Мисс Лу. Я ей рассказывала, что интересного у меня произошло за день, хотя интересное в моей жизни происходило очень редко. Мисс Лу тоже делилась впечатлениями и всегда непременно интересовалась как мое здоровье после той затяжной прогулкой по пляжу. Иногда я звонила Мисс Лу почти ночью, и она рассказывала мне разные истории пока я не засыпала. Я не снимая носился кулон, который она мне подарила, спала, обнимая ее плюшевого лягушонка, читала ее книги, смотрела ее фильмы, слушала ее музыку.
В один из вечеров я подбежала к телефону с особенным трепетом. Обычно я всегда сама набирала Мисс Лу, но в этот раз звонок от собеседника раздался первым.
— Алло, — сказал голос из телефонной трубки, совсем не похожий на голос Мисс Лу.
— Алло, кто это?
— Линда, это я — Люси.
С Люси мы познакомились в больнице, когда я попала туда с обострением. У Люси тоже была болезнь легких и мы лежали в одной палате. Только Люси в больнице пришлось провести намного больше времени, так как ее болезнь была хронической.
— Представляешь, меня выписали. Уже две недели я дома, — сказала Люси.
— Очень рада за тебя. Как себя чувствуешь?
— Хорошо. Дома намного легче дышится, чем в больнице. А ты как?
— Я тоже неплохо.
— Линда, приезжай ко мне погостить на несколько дней. Так хочется повидать тебя. Ты же сейчас у папы живешь?
— Да, на западной стороне залива.
— А я на восточной! Это всего в сорока минутах от тебя. Мне родители уже разрешили, чтобы ты осталась. Приедешь?
В больнице Люси была моей лучшей подругой. В отличие от меня, ей всегда удавалась сохранять позитивный настрой. Мы поддерживали друг друга и вместе переживали все тернии будней пациентов детского отделения. Но когда я уехала к папе, моя жизнь сильно изменилась. Я боялась, что мы с Люси больше не найдем общих тем для разговора и мой приезд превратиться для кого-то из нас в пытку.
После долгих раздумий на следующий день я все же перезвонила Люси и решилась на поездку. Меня тешили мысли, что в гостях мне удастся сменить обстановку и пообщаться с ровесницей. Я погрузила свои вещи в машину и мы с папой направились в путь.
Ровно через 40 минут мы прибыли к восточному берегу. Дом семьи Люси был очень милым — красивого молочного цвета с резными окнами и башней. На заднем дворе был большой зеленый сад, который несмотря на конец осени все еще цвел, а с террасы открывался волшебный вид на пляж.
— Наконец-то вы приехали, — сказала Люси и подбежала, чтобы обнять менять. Рядом на пороге стояли ее родители и сидел кучерявый пес по кличке Сэр. Мама Люси тоже приобняла меня, а папа пожал руку моему отцу.
Хотя нам обеим было по четырнадцать лет, Люси выглядела года на два младше — худенькая, ниже меня на полголовы и с бледной, почти фарфоровой, кожей. А еще у Люси были длинные каштановые волосы, которые доходили ей почти до пояса.
— Ты останешься на ужин?
— Я бы с радостью, — сказал папа, оглядывая дом, — но мне завтра на работу.
— Передай тогда Мисс Лу, что я буду несколько дней на другом побережье. Вдруг она будет волноваться.
— Думаю, три дня пройдут не успеешь глазом моргнуть.
Папа потрепал меня по голове и направился к машине. Родители Люси еще попытались уговорить его остаться, но отец, как обычно, стоял на своем. Папа взял корзинку с сэндвичами, которую на скорую руку собрала ему мама Люси, поблагодарил хозяев за такой радушный прием и уехал.
Вечером вся семья собралась на ужин. Еда выглядела потрясающе, мне даже не верилось, что все это изобилие мог приготовить папа Люси в одиночку. За столом на отдельном стуле сидел в том числе и пес — как заверили меня хозяева, Сэр всегда ел с особой аристократичностью.
После десерта мы с Люси поднялись на второй этаж. Гостевая спальня, в которой мне предстояло провести выходные, была напротив комнаты Люси. Мое временное жилище показалась мне слишком уж уютным — полосатые обои, кровать, которую перед приездом застелил мама Люси розовыми покрывалами, и забавная фотография собаки в рамке.
— Сколько ты уже живешь у папы? — вдруг спросила Люси.
— Почти четыре месяца. Он забрал меня сразу после выписки.
— Должно быть ты за это время успела завести много новых друзей.
— Я бы так не сказала, — ответила я, сделав небольшую паузу — только одну очень хорошую подругу. Может, я когда-нибудь вас познакомлю. Уверена, она тебе понравится.
Комната Люси находилась прямо в башне. По всему периметру спальни располагались большие окна, которые озаряли теплым светом кровать, стоявшую прямо в центре. Шкафы в комнате Люси ломились от коллекционных изданий книг, стены были увешена рисунками, а под кроватью ютилось не меньше сотни плюшевых зверей.
— Можно я одолжу у тебя какую-нибудь книгу? Хочу немного почитать перед сном.
— Конечно. Хоть навсегда — у меня все равно слишком много.
Я окинула взглядом стеллаж и увидела полку с книгами английских писательниц. Меня удивило, что обложки были точно такими же, как у книг, которые лежали в моей загадочной посылке.
— Откуда они у тебя?
— О, сестры Бронте, — сказала Люси и тоже подошла к стеллажу, — мама знает, что я их обожаю. Она купила мне коллекционное издания 1960-х годов на каком-то блошином рынке. Скорее всего больше таких книг ни у кого уже нет.
По моему телу пробежали мурашки.
— Это ты…Ты прислала мне ту посылку несколько месяцев назад? Там были книги, журналы, компактный проигрыватель, DVD, платье и еще много всего. Скажи мне, Люси, все эти подарки от тебя?
В глазах Люси что-то заблестело, она улыбнулась и засмущалась.
— Возьми книги. Пусть у тебя тоже будет своя коллекция, — сказала она и, пожелав друг другу спокойной ночи, мы без лишних разговоров разошлись по комнатам.
Следующий день прошел будто за одно мгновение. Мы с Люси все утро играли во дворе, а потом пошли на прогулку по пляжу. Раньше мы болтали только о вещах, которые происходили в больнице, а теперь узнали, что у нас во многом схожи вкусы и интересы. Родители Люси тоже оказались очень приятными людьми. Ее папа даже соорудил нам качели на дереве, а мама весь день пекла разные вкусности. К вечеру мы съели столько печенья, что какое-то время даже не могли пошевелиться.
Перед сном мы с Люси сидели на диване в гостиной с кружками теплого молока и смотрели телевизор. К одиннадцати часам люси уже посапывала рядом на подушке. Увидев эту сонную картину, папа укрыл Люси одеялом, с легкостью подхватил ее и на руках отнес в спальню, будто она была совсем малышкой. А я была уверена, что никогда не чувствовала себя так счастливо, как сегодня, поэтому старалась не моргать, чтобы не заснуть раньше времени и до конца досмотреть фильм на музыкальном канале.
Только к десяти утра я смогла заставить себя разуть глаза. Погода на улице больше на радовала солнечным светом и теперь шептала о приближающейся зиме.
— Где Люси? — спросила я, спустившись к завтраку.
— Люси неважно себя чувствует и все еще в своей комнате, — ответила мне мама, накрывая на стол.
— Как это могло произойти, она же только вернулась из больницы?
— Понимаешь, Линда, — она говорила спокойно, но в ее интонации чувствовалась какая-то растерянность, — Люси выписали из больницы не потому, что она полностью поправилась, а потому, что для нее будет правильнее продолжать лечение дома.
— Я могу к ней зайти?
— Да. Только, пожалуйста, съешь завтрак. Я наготовила столько блинчиков, ума не приложу, куда теперь все это деть.
Я с особым усилием дожевала всю свою порцию, хотя мне не особо хотелось. Когда я подошла к башне, то увидела, что Люси сидит на кровати, укрыв ноги покрывалом, и читает книгу. Некоторые окна в спальне были все еще завешены шторами.
— Как ты? — спросила я, приоткрыв дверь.
— Линда, — с улыбкой ответила Люси, — заходи. Мы с тобой вчера провели такой активный день, наверное, я просто немного устала.
— Тебе что-то нужно?
— Нет, ничего.
— Тогда не буду больше тревожить, — сказала я и уже развернулась, чтобы выйти.
— Нет, — окрикнула Люси, приподнявшись с кровати, — прошу, останься, Лин. Мне эти книги уже надоели. Так хочется с тобой о чем-нибудь поболтать.
— Как ты меня назвала? — спросила я, чувствуя, что внутри что-то щелкнуло.
— Лин, — повторила Люси, недоумевая, — ну, помнишь, раньше мы с тобой постоянно воображали, какими будем, когда станем взрослыми. Как будем выглядеть, кем будем работать, чем интересоваться... Еще думали, что обязательно сократим наши имена, потому что так звучит круче. Ты бы была Мисс Лин, а я…
— Мисс Лу.
У меня подкосились ноги и я дрожа села на кровать. Люси испуганно посмотрела на меня своими восполненными глазами. В копне постельного белья она выглядела крохотной. Я же будто вкопанная сидела на краю. Каждый раз, когда я пыталась сказать хоть слово, в горле застревал комок, который не давал пройти ни единому звуку.
— Неужели ты Мисс Лу? Моя дорогая Мисс Лу? — все же прошептала я.
— Да, — испугано ответила Люси, — Линда, ты меня пугаешь.
— Прости, — я вдруг почувствовал, что по щекам текут слезы, — ты не представляешь, Лу, как сильно я тебя люблю и как много ты для меня значишь. Я так рада, что ты существуешь. Я так рада, что ты настоящая.
Я зажала Люси в объятиях. Люси, не зная, что сказать, просто обняла меня в ответ. Теплые, полные любви и заботы — это были точно такие же объятия. Это были те самые объятия Мисс Лу.