Я аккуратно отпустил осколок. Он тоже был пуст и чист. Я бы сказал как стёклышко, если бы это было не оно. Я отложил его, к другому, уже чистому.
Почему осознание ошибки приходит только после того, как ты её совершил? Да и зачем? Она уже сделана, почему бы просто не забыть ее. Почему каждый взгляд на нее заставлял меня сожалеть? Мне жаль, мне правда жаль. Прости же ты меня наконец...
Что я несу? Она никогда меня и не винила, лишь я ее...
Я взял ещё один, по руке потекла кровь. Вот бы холодная, тогда подумал я. Страшно. Не хочу ее видеть.
Маленькая девочка. Она так старалась. Я смотрел на нее, она рисовала какой-то пейзаж, так мне показалось. Он был красив для восьмилетнего ребенка, хотя может я был не прав.
- мне сейчас некогда, иди к отцу!- крикнула на нее мать.
- но ты же знаешь, мам, он опять ушел,- девочка заглядывала в бутылку, пыталась прочитать наклейку на ней, в ее глазах был лишь этот листик на стекленной емкости. Почему-то малютка не смотрела на мать.
- почему же он уходит?!
- мам а я откуда...- на пол был брошен бокал, так громко, но девочка не изменилась в лице,- можешь посмотреть на мой рисунок? Я для тебя так...
- уметайся! Иди к своему папаше, который точно так же меня не слышит! Слышала маленькая уродина?! Я вообще не твоя мать!
- мне неважно мам, я люблю тебя,- девочка подошла и обняла женщину за ногу, но ее тут же пнули.
- я тебе сказала! Уйди от меня!
Девочка подняла осколок стекла и ушла в свою комнату. Она смотрела на свой рисунок. Я не мог понять, что она там хочет разглядеть и приблизился. Ничего необычного. Обычный детский рисунок. Но малышка сжала осколок. По ее ручке потекла кровь, но ей было не до этого, она разрезала свой рисунок на маленькие кусочки, стеклом.
- недостаточно красиво...- она так тихо прошептала, будто объясняя мне причину,- а когда будет достаточно красиво, мамочка меня полюбит...
Она не плакала. Я пытался разглядеть хоть каплю грусти в ее глазах, но не нашел. Только недовольство. Собой. Как она недостаточно постаралась. Надо лучше. Лучше.
Я отпустил осколок. Будто он сам выпал из руки. Я не хотел смотреть дальше, я не хотел знать, что будет дальше. Но должен был. Я вновь взял его в руку. Ей было точно так же больно, верно? Тогда и мне стоит потерпеть.
Когда малышка закончила, уронив на ковер небольшие капли крови, она взяла карандаши и продолжила рисовать. Тогда не выдержав, я подошёл и спросил, больно ли ей.
- ручка немного болит, но это не страшно, если после этого мама меня полюбит,- она не повернулась, но я хорошо видел ее лицо. Оно было похоже на то, когда она танцевала под дождем. Брошенное. Одинокое. Оно всегда было таким?
- мне жаль,- я прошептал, мне так хотелось, чтобы она услышала это.
- значит ли это, что она меня не полюбит?- девочка не переставала рисовать, ей нужно нарисовать ещё множество рисунков, чтобы было достаточно красиво.
Я не справился. Слезы упали из моих глаз. Я сел в углу и начал рыдать, выпуская осколок из рук. Он был чист. Но не я.
- мне жаль... Мне так жаль... Прости меня, прошу... Я не должен был лишь наблюдать, я должен был тебе помочь... Прости меня...
Конечно она не ответит. Возможно и ответ в ее комнатке был моим воображением. Я не хотел проверять. И не стал бы. Никогда. Ведь если бы увидел это вновь...
Я успокоился. Осталось немного. Раньше мне казалось, что это совсем чуть-чуть, а сейчас, будто бесконечное количество кусков. Я вновь взял один, большой, я вновь совершил ошибку.
