Математика и Любовь (часть 2)

Сентябрь 2015 Москва – Брюссель – Москва

Паркуюсь у фармацевтической компании и пересаживаюсь на велик. От парковки до моего офиса – 3 километра по территории кампуса. Апрель в Бельгии – наш московский июнь.

Два года я разгонял мозг группами, бесконечностями и непрерывностью.

Я чувствую в себе наконец силы начать с сентября полноценные три курса – Алгебру, Матанализ и Геометрию в НМУ.

Начинаю слушать первые лекции онлайн– и вот наконец-то я понимаю этот язык. Но я все еще летаю в Бельгию и не могу приходить на семинары. Онлайн сдачи листков еще нет – до пандемии еще 4 года. Без сдачи листков все это не работает. Чтобы быть музыкантом – надо играть на инструменте, а не только ходить слушать музыку в Консерваторию.

22 марта 2016 Москва – Брюссель – Москва

За стеклом иллюминатора нет ничего. Ну как ничего? Сегодня весь полет была дымка – и это на высоте 11 000 метров. Так что полное ощущение того, что ты летишь в пустоте. И это, как ни странно, успокаивает. Все эти бесконечно разнообразные проявления бытия – ларьки, выставки, деревья, сериалы, телепузики, чувство вины, стены, границы, чувство превосходства, война, боль, музыка, музыка, музыка – все это вызывает тошноту, точно такую как та, что описана в книге, которую я держу на коленях. Сартр – великий и сильно недооцененный.

Я не могу жить в этом мире. Мне не интересно то, что интересно всем остальным – «жизнь первого порядка восприятия» как она отпечатывается в моей голове – это что-то жирное, нелепое, вроде какого-то грубого дешевого наркотика.

Но есть совсем другой мир – мир, где все истины настолько чисты, насколько это вообще возможно.

Откладываю «Тошноту» и переключаюсь на Зорича – и сразу все встает на свои места. Никакой пустоты нет – есть тени на стене пещеры, по которым я угадываю что происходит на самом деле.

«Наш самолет приземлится в аэропорту Амстердама. Просим извинения за неудобство».

И только из звонков родителей и друзей по приземлении я узнаю, что ровно за 20 минут до нашей посадки в аэропорту Брюсселя произошел теракт. Но меня это не сильно тревожит. У меня есть математика.

Проект в Бельгии заканчивается и через неделю я уже осяду в Москве надолго – до самой пандемии.

5 сентября 2016 Москва, НМУ.

Начало сентября в Москве – это и есть настоящий Новый Год. Запах свежевыпавшей листвы, особенная московская утренняя сентябрьская прохлада – такая, которой не будет больше ни в одно время года.

И вот наконец я здесь! Это волнующее ощущение чего-то первого, как будто ты начинаешь жизнь с чистого листа, и передо мной правда открытая тетрадь без единой строчки.

Я прихожу на первую лекцию по Алгебре-1 за два часа до начала. Слушатели уже сидят в большом лекционном зале на четвертом этаже, через час зал будет уже полным, а через два молодые люди будут стоять снаружи и смотреть трансляцию через открытые окна.

На первую лекцию приходит 300 человек. К концу первого семестра остается 30, а сдает хотя бы один курс – 10. Из этих 10 до выпуска доживают 2-3.

Я занимаю первую парту рядом с уже знакомым по чату НМУ в ВК Вадимом.

Хотя все лекции пишутся и их можно пересмотреть – я делаю детальные конспекты от руки, и мышечная память помогает мне потом все вспомнить.

Группы, кольца, поля, идеалы колец. Группы я представляю себе картинами кубистов, кольца – импрессионистов, поля – классиков. Чем больше структур – тем меньше зерно.

Я остаюсь на семинар (Вадим уходит) и сдаю первые свои задачи из листочка к лекции - и это дает совсем другое ощущение владения материалом, есть обратная связь.

Я еду домой по Бульварному , потом по Садовому, Третьему и наконец по МКАДу.

А внутри всех этих колец недостижимым идеалом светится гордый четырехэтажный особняк, слушатели сдают листочки до полуночи.