В спальне Эмили, где стояла антикварная мебель, находилось старинное зеркало в резной раме из темного дерева. Это зеркало она получила в наследство от прабабушки, и оно всегда вызывало у неё странное чувство беспокойства. От зеркала исходил холод, и казалось, что за его поверхностью скрывается бездна, полная мрачных тайн.
Сначала Эмили списывала свою тревогу на воображение, но вскоре начала замечать странности. Однажды утром, взглянув в зеркало, она увидела, что её отражение стало искажённым. Лицо больше не выглядело её собственным — оно стало удлинённым, как у вампира, с бледным, землистым оттенком кожи. Черты лица вытянулись в зловещую улыбку, а глаза стали тёмными, словно бездонные пропасти, в которых она не могла найти своё отражение.
Эмили пыталась протереть поверхность зеркала, но ничего не изменилось. Искажение усиливалось с каждым днём. Её отражение превратилось в кошмар, который постепенно поглощал её собственную красоту. В зеркале её волосы становились седыми, кожа морщинистой, а глаза утратили свой живой блеск.
Эмили начала избегать зеркала. Она чувствовала, что медленно и мучительно превращается в то уродливое существо, которое видела в отражении. Она замкнулась в себе, избегая людей, не желая никому показываться с новой пугающей внешностью. Страх перед зеркалом превратился в страх перед собственным отражением, которое казалось ей чужим и устрашающим.
Ночью её страхи обострялись еще больше. Эмили просыпалась в холодном поту, охваченная тревогой и ужасом. Ей казалось, что из зеркала доносится шёпот, что тёмные глаза из отражения следят за ней, что проклятие овладевает её мыслями.
Она решилась избавиться от проклятого зеркала. Вытащила его из спальни, вынесла на улицу и, дрожащими руками, разбила его на мелкие осколки.
Эмили почувствовала облегчение. Казалось, что тяжесть, давившая на неё, исчезла. Она снова ощущала себя красивой, молодой и живой. Ей казалось, что проклятие исчезло вместе с осколками зеркала.
Но на следующее утро, взглянув в обычное зеркало в ванной, она снова увидела тот же ужас. Её отражение было искажённым, её черты лица такими же ужасными, как в проклятом зеркале.
Тогда Эмили поняла, что проклятие было не в зеркале. Оно было в ней самой. Проклятие было в её душе, в её страхах и неуверенности. Она уже стала тем чудовищем, которого так боялась увидеть в зеркале.