Хуана Мария, отшельница с острова Сан-Николас, провела в полной изоляции около 20 лет. К тому времени, как её обнаружили, её родной язык уже был утрачен. Судьба Хуаны Марии одновременно трагична, невероятна и поучительна.
О жизни этой женщины известно не так много, как хотелось бы историкам. Она родилась в начале XIX века и была представительницей народа николеньо, населявшего остров Сан-Николас (Нормандские острова, штат Калифорния).
В юности она стала свидетелем жестокой расправы над своими соплеменниками, которую устроили охотники на выдр, прибывшие из тогдашней Аляски за пушниной.
Как вспоминал путешественник и исследователь Джордж Нидевер, к 1830-м годам в результате массовых убийств от народа николеньо осталось не более 20 человек. Тогда группа монахов-францисканцев прислала к ним корабль. Они предложили выжившим жителям покинуть остров, который практически опустел. Конечно, аборигенам было трудно расставаться со своей родиной, ведь на Сан-Николасе этот народ жил уже 10 тысяч лет. Но другого выхода не было.
Одна женщина, Хуана Мария, осталась на острове с маленьким сыном. Никто не знает, почему. Одни современники говорили, что это была нелепая случайность, а другие — что она в последний момент передумала уплывать, увидев, что ее сын не поднялся на борт. Возможно, она и не хотела покидать остров.
"Вы можете узнать, что у нее было двое детей или что она по ошибке оставила ребенка, а потом вернулась и обнаружила, что его нет, — заметил археолог, бывший сотрудник командования воздушных систем ВМС США Стивен Шварц. — Или вы можете узнать, что она спрыгнула в воду и поплыла обратно и обнаружила, что ее ребенок сел в лодку. Версий много, и ни одна не дает уверенности, что в ней есть хоть доля правды".
За следующие 18 лет на остров несколько раз возвращались лодки в надежде найти женщину с ребенком, но найти их не удалось. Остров Сан-Николас — очень опасное место для высадки на берег: это часть архипелага Нормандских островов у побережья Калифорнии и практически бесплодная земля.
В свое время военно-морской флот США рассматривал его как подходящее место для первых испытаний ядерной бомбы.
В конце концов в 1853 году Хуану Марию нашли живой. На ней было самодельное платье из птичьих перьев. Одичавшая женщина жила в доме из китовых костей и тростника. Ее основной пищей была рыба, а также тюлений жир и морепродукты.
Отшельницу Николеньо, которую наконец привезли с острова, стали называть "дикой женщиной с Сан-Николаса". О ней много писали в газетах того времени. Например, издание Marysville Daily Herald в номере от 3 ноября 1853 года отмечало, что "мастерство, которое проявила эта женщина в изготовлении игл, швейных принадлежностей, корзин и сосудов для воды, поражает воображение".
Всё это она делала с помощью куска лезвия от старого ножа. Интересно, что кувшины для воды отшельница изготавливала из измельчённой морской травы, которую она плотно сплетала по форме фляги. Дно этих сосудов, а также часть стенок она обмазывала цементом, ингредиенты для изготовления которого можно найти на местных островах.
Также у неё был кусок сети, сделанный из сухожилий животного. Этой сетью она ловила рыбу. Размер сети составлял примерно 8 квадратных футов, и она была сплетена так же, как это обычно делают рыбаки.
К сожалению, переезд на материк не помог Хуане Марии избавиться от чувства одиночества. Дело в том, что к тому времени язык, на котором говорили её соплеменники, был утрачен.
Она была общительной и пыталась рассказать журналистам о своей жизни на острове. Однако они не могли понять её, потому что не знали её языка. Не нашлось ни одного человека, который бы мог понять, о чём она говорит.
Проблема заключалась в том, что хотя к середине XIX века в Лос-Анджелесе проживало много коренных народов, язык николеньо, по всей видимости, был уникальным и не имел аналогов.
Её сравнивали с Робинзоном Крузо: как и этот знаменитый герой, она приспособилась жить в одиночестве. Женщина научилась охотиться на тюленей и диких уток, чтобы прокормить себя. Она шила одежду, ловила рыбу, собирала плоды и травы, мастерила необходимые для жизни предметы.
"Первое, что она увидела и что вызвало у неё восхищение и шок, – это лошадь, – рассказал Стивен Шварц. – Ведь отшельница вообще никогда не видела животных такого большого размера. А когда она увидела человека, сидящего верхом на лошади, была ещё более поражена".
Она прожила на материке всего семь недель. Вскоре после переезда бывшая отшельница заболела дизентерией и умерла.
"На новом месте она была счастлива, — утверждает Шварц. — Она много ела, много улыбалась, пела и танцевала. Ей явно нравилась жизнь в новом, незнакомом мире".
В одной из газет писали, что Хуана Мария полюбила новые для неё продукты: моллюсков, кофе и разные виды ликёров. Она была очень раскованной и не следовала никаким правилам. Например, могла начать петь, потому что ей этого захотелось. И делала это часто.