Чудеса. Деньги. Как мы с друзьями искали монетку, а нашли целый клад

Карманных денег мне не давали. Ну то есть абсолютно. Во-первых, лишних денег в семье просто не было. Во- вторых, мама почему-то категорически запрещала мне есть на улице. Булочки, мороженое, конфеты я должен был поедать только дома, предварительно тщательно вымыв руки. Но ведь на улице, да еще и в компании друзей все это вкуснее раз в сто!

Но не беда. В благословенное советское время деньги на мороженое или булочку можно было найти в прямом смысле этого слова. Бедные современные дети! Ну что они могут найти? Десять копеек? Рубль? И что на это купишь? Хорошо, что специально для них стали выпускать монеты достоинством в десять рублей. Но что-то пока они на дороге не валяются. А в 1978 году опытный собиратель мог запросто, если конечно повезет, найти 20 копеек. А 20 копеек это точно мороженое, или даже два, и почти коржик с арахисом за 22 копейки. Поэтому часто мы с Гришей, моим друганом, медленно прогуливались около нашего магазина, особое внимание уделяя его внутренностям в районе кассы. Примерно в половине случаев поиск был успешным.

В этот день ничего найти не удалось. Искали вчетвером – я, лучший друг Гриша, одноклассник Леха и лехин двоюродный брат Женька на год младше. Редкий случай, но не нашли вообще ничего, даже одной копеечки. Договорились, что нашедший даст откусить неудачникам, ну а с Гриней мы все делили поровну, друганы же. Леха хотел мороженое, я мой любимый коржик за 22 копейки, Гриша с Женькой мнения не высказывали. Пройдя знакомым маршрутом в третий раз, констатировали облом.

У нас был хороший двор. Кроме обязательной песочницы, цельно- металлической горки и радуги, в нашем дворе был стол. Вот к нему мы и направились. Подошли к столу, сели спиной к столешнице и продолжили обсуждение. Неугомонный Леха предложил сходить в соседний микрорайон в тамошний магазин. Но там можно было отхватить приличных люлей, поэтому предложение было сходу отвергнуто. И вот в этот момент я зачем-то обернулся. Ровно половина поверхности стола была покрыта монетами достоинством от 3 до 20 копеек. Не заметить раньше мы их просто не могли, поскольку шли к столу не задом, а как все нормальные люди. Так как в материализацию денег из воздуха верится с трудом, выходит, что не заметили. Монеты лежали аккуратными рядами, вперемежку.

Просипев: «Деньги!» – я впал в ступор. Леха грудью кинулся на стол, размашисто сгребая все к себе. Тут я опомнился, отпихнул его и начал сгребать остатки, попутно выхватывая из-под его загребущих лап отдельные монеты. Грише достался пятачок, упавший со стола, Женьке не досталось ничего.

Я увидел деньги первым, но сумел взять едва ли одну треть. Это было несправедливо! Я и Леха застыли друг против друга, глаза в глаза. Расклад такой – Леха сильнее меня, я сильнее Гриши, Гриша сильнее Женьки. Вдвоем с Гришей мы сделали бы Леху легко. Женька мог даже и не вмешаться. В десятилетнем возрасте год это очень много, пара ударов, и Женька скорее всего рыдал бы где-нибудь в кустах. Но Леха все равно бы ушел. Отобрать деньги мы бы у него не смогли. Побить да, но отобрать деньги – невозможно. Он все равно отбился бы и ушел. Кроме того, двое на одного это впадлу. Из-за денег, конечно, уже не совсем впадлу, но все-таки… Все эти мысли промелькнули в моей голове секунды за две, и я решил не драться. Леха сразу это понял, и вот тогда счастье захлестнуло нас. Мой трофей составил два рубля и  не помню сколько копеек. Лехин – не менее пяти рублей.

Тут мы разделились. Я и Гриша пошли в магазин, а Леха с Женькой на базар. Странно, но на базаре мы деньги почему-то никогда не искали.

Это был просто пир! Мороженое за 20 копеек, мой любимый коржик за 22 копейки, трубочки с повидлом, по два стакана сока… Наконец-то я мог угостить Гришу по полной! Ему, в отличие от меня, карманные деньги иногда давали.

Я, конечно, не верю в материализацию денег из параллельной реальности. Мы могли их не заметить поначалу, потому что видели этот стол сотни раз. А наличие на столе кучи денег мозг просто не мог принять за реальность. Но нас было четверо. И никто не увидел. Все-таки для меня тогда это было чудо. Чудом остается и сейчас.