История 'Станция'

Началось всё это со стука в дверь...

Сильного, уверенного, пронзающего и заставляющего внутренности вздрагивать при каждом ударе. Я не особо придал этому значения, поскольку работаю с людьми на станции технического обслуживания автомобилей и ко мне часто заглядывают клиенты, но не в такую погоду (на улице был сильный дождь с грозой, ветер заламывающий прямо к земле деревья высотой десять, ато и двадцать метров, сдувающий пробегающих мимо моей каморки крыс и крупных котов)...

Открыв дверь я был давольно сильно удивлён увиденным: перед самой дверью стоял старичок невысокого роста, метра полтора, сутулый, морщинистый, с худыми руками (я даже мог отчётливо увидеть каждую вену на них), в тонкой футболке с какой-то выцветшей от времени надписью и красной кепке, точно с какой-то олимпиады прошлых лет. Он тихонько протянул мне руку как бы здороваясь и второй сразу указал на стул в моём "офисе", как бы прося места посидеть и отдохнуть. Вопреки уставу и распоряжению директора "никого не пускать", я провёл его к стулу и начал расспрашивать.

Оказалось, его зовут Андрей Геннадьевич и он живёт в посёлке неподалёку. На мой вопрос что он делает возле трассы (моя станция стояла на парковке у федеральной трассы и не часто меня навещали люди, пришедшие на своих двоих) услышал только многозначное молчание и мудрую улыбку, будто старичок уже знал меня наизусть и готов был рассказать обо мне самом больше, чем знаю я.

Он медленно повернулся к окну и спросил хочу ли я услышать долгую историю как он здесь оказался и почему именно я его встретил, а не какой-то другой работник нашей станции. Навострив уши я принялся слушать его старенький, хриплый и не очень громкий голос, похожий больше на скрип старинной двери, нежели на голос человека.

"Оказался я здесь не просто так... Не просто... Было мне тогда лет двадцать... Точно, был ещё 1960 год, мы оправлялись до сих пор от войны и не могли никак найти место где бы вся наша семья могла спокойно заняться земледелием чтобы прокормить всех... Детей в семье нас было то-ли 8, то-ли 10. Ну, уже точно не помню, стара слишком стала память, да и общался я далеко не со всеми. Две старшие сестры были от первого брака Мамы, а вот Я и младшие братья уже от совместной жизни с Отцом... После долгих переездов по деревням мы наконец-то поселились недалеко тут, на опушке близь самого леса. Жизнь текла всегда сама собой, мы никогда её не торопили и всегда жили размеренно. Сестра моя, Ольга, ушла от семьи лет в 25 и вышла замуж за высокого, стройного спортсмена, вроде чемпиона игр Олимпийских. Дом они построили ровно вот на месте где твоя каморка стоит. Точь в точь стул стоял у низ в зале, почти там где я сижу.

День у них один был очень сложный, Ольга тогда поссорилась с мужем и вышла в лес прогуляться, мы часто так делали чтобы не приходили мысли плохие. Часов в двенадцать ночи она тогда прибежала к нам в дом и начала кричать Матери чтобы та её в дом пустила. Какой тогда стоял переполох по дому... На утро, не спав всю ночь мы всей семьёй пошли её к дому проводить, дабы поговорить с мужем и дать ему советов умных. Часа два мы искали её дом, пока пепелище не увидели.. Ох, уж и не знаю точно что там сказали милиционеры и следователи про это дело, но ни сестру, ни её мужа, ни Мать я больше не видал. Вот и приходу сюда иногда с вами, механиками поговорить, вспомнить хоть юность и время скоротать в ожидании Матери с Ольгой домой."

Услышав такой рассказ я был удивлён такой стойкости и наивности дедушки, ведь я слышал от других мастеров что он заглядывает изредка уже не первый год, но сам никогда его не видел. Пока я сидел, размышлял об услышанном Андрей Геннадьевич уже поспешил удалиться в непроглядной стене дождя, оставив меня наедине с мыслями. За несколько прошедших лет я так больше ни разу и не смог с ним увидеться и поговорить более, хотя мне казалось что он знает намного больше. Ни когда я уже не смогу забыть эту скупую слезу по стареньким морщинкам его лица, по немного обвисшим щекам, и голос захватывающий самое сердце и дух, перенимающий на себя всё внимание и отбрасывающий все мысли в голове. Его рассказ был для меня короток, непонятен, нечёток, но понимание произошедшего завораживает и покоряет воображение ещё больше, чем какой-то сутулый старичок, посреди дождя, в неприметной и небольшой каморке..