Какой бы ни была тетя Фрося хорошей, но все же больше не такой и плохой, жизнь дома всего то из восьми квартир, крутилась вокруг этой женщины. Была она неаккуратной, готовила как попало, с квартирантов брала немалые деньги, ругалась, сквернословила, но было одно качество, стоящее всех ее недостатков. Тетя Фрося умела слушать, поддакивать и странным образом впитывать людские горести. Больше жители дома делились своими неурядицами. Расскажешь о своей беде, а половины ее уже и нет, как-то выветрилась, а затем глядишь, и ситуация повернулась в другую сторону.
Может поэтому тетя Фрося, кладезь человеческих страданий, и сама была нервной, на первый взгляд грубой, а в душе жалостливой. Только никому не показывала своего сострадания, скрывала даже от себя, боялась раскиснуть. Кстати такое отношение тети Фроси людей тоже держало в тонусе. Поделится человек даже сокровенным, она в ответ гаркнет, и такое действие в большинстве случаев оказывало больше пользы чем жалость. Надо сказать, соседи сами не были ангелочками. И сложившийся парадокс в отношениях имел право на свою непростую жизнь.
Дмитрий Осипов при первой встрече не понял, что из себя представляет хозяйка квартиры, где он получил временный приют, но разобрался с ситуацией довольно быстро, в первый же вечер. На то он и был удачливым опером из уголовки. Сюсюкать, втираться в доверие, пытаться расспрашивать такую женщину было бесполезно. Тетя Фрося должна была сама рассказать, что произошло в восьмой квартире, а для этого нужна была определенная ситуация.
Поэтому капитан, отказавшись от сомнительного варева хозяйки, сбегал в ближайший магазин и купил на ужин два кружка ливерки, четыре плавленных сырка, буханку черного и бутылку водки, так, на всякий случай, еще не знал, что и как может получиться. У магазина еще примостилась старушка, торговала заготовками. Поэтому литровая банка с солеными огурцами пришлась тоже кстати. Вернувшись из магазина, Осипов устроился на скамейке у подъезда и начал поджидать себе жертву, а точнее товарища на вечерний перекус. К этому времени смена на заводе закончилась, и рабочие начали возвращаться по домам.
- Это тебя к Фроське определили? - Рядом на скамейку присел мужичок в возрасте, выглядевший довольно жалко. Он хоть и вернулся с работы, день прошел, но видимо вчерашний вечер, а может и часть ночи, все еще давали о себе знать.
- Меня, - кивнул Осипов. - в цех тары.
- Знаю, сказали уже… прописаться бы тебе паря, а то как-то...
- Я и жду компанию, а то тоскливо… К себе не позову, хозяйка запретила.
- Фроська такая, - усмехнулся мужичок, дыхнув непотребно, то ли вчерашнее еще не выветрилось, то ли внутреннее состояние соседа было уже хроническим. - Пошли ко мне, моя Ирка сегодня в ночь. Посидим спокойно. - Мужик тяжело поднялся. - Курево есть?
- Есть.
Квартира мужичка оказалась под номером два и тоже, как и Фроськина, располагалась на первом этаже, только была почище, и в квартире ощущалась хозяйская рука.
- Егор, - представился хозяин, ставя на стол маленькие стаканчики.
- Дима, - отрекомендовался опер.
- А я в инструментальном, - добавил Егор, - тебя-то как к нам занесло, откуда?
- Кундурский, после школы по северам мотался, по леспромхозам...
- Не похож ты на з/к, - засомневался хозяин.
- А я и не говорю, что чалился… - Дима начал разливать по стаканам, себе плеснул до половины, грамм пятьдесят. - Романтики захотелось.
- Ну и как, хлебнул романтики-то? - Егор ловко подставил палец под горлышко бутылки и приподнял, в его стакашек получилось грамм двадцать. - Мне сегодня хватит, - пояснил хозяин, ответив на удивленный взгляд гостя. Получалось, первое впечатление опера оказалось не верным.
- Хлебнул, - усмехнулся Дима, - вот, в город решил перебраться, надоело.
- А домой не тянет? - Удивился хозяин, имея ввиду Кунгур, и выпил, не чокаясь.
- Долгая история, - Осипов тоже выпил, занюхал хлебом, отломил маленький кусочек, закусил и невесело вздохнул. Опер действительно вспомнил первую и неудачную любовь.
- Девчонку не поделили? - Усмехнулся Егор.
- Типа… Догадался как?
- Делов-то… Если б чалился, другое дело, а за романтикой на севера кто ж поедет. Дураком надо быть. Согласен?
- Согласен. - Осипов еще плеснул по стакашкам. Удивительно, но вдруг почувствовал себя тем, о ком рассказывал. Действительно до сих пор помнил одноклассницу Веру, не дождалась его из армии, уехала учиться в Москву, замуж вышла. Вот из Кундура после школы милиции мог и не уезжать, Максимов забрал в областной центр.
- А ты не кручинься, на заводе много незамужних, в клуб сходи. Там на любой вкус, толстых, тонких, блондинки тоже есть7
- Тебе блондинки больше нравятся?
- Давай-ка еще по чуть - чуть. - Предложил Егор. - А когда выпили, продолжил. - Ирка-та у меня, вторая, а та… эх, да что говорить.
- Так блондинка кто? - Осипову стало интересно.
- Маринка, - мечтательно прошептал хозяин и решительно махнул рукой, - наливай, раз пошла такая пьянка. Похоже у Егора поводов для душевного отдохновения хватало частенько.
И только Дима поднял бутылку, в которой оставалось не так и много, дверь в квартиру решительно открылась, замок оказался не закрыт, и на кухню влетела тетя Фрося. Первым делом разъярённая женщина ударила по бутылке. Осипов не ожидал такого, рука разжалась, и водка полетела на пол. Мужики не столько испугались соседки, сколько проследили за бутылкой, катящейся по полу. Но дальше было уже не до нее.
- Егорка, ты чего мне постояльца спаиваешь?! - Фрося тяжелой рукой отвесила хозяину такой подзатыльник, что тот ткнулся лицом в нарезанную ливерку, разложенную на газетке. - Завтра все Ирине расскажу. Пожалела алкаша на свою шею. Хватит бабе мучаться! Собирай чемодан!
- Да ты чего, - Егор счищал с лица приставшую колбасу. - С товарищем по чуть - чуть...
- Это с каких пор вы вдруг так крепко подружились?!
- Теть Фрось! - Решил заступиться за Егора Осипов.
- А ты вообще, марш домой! Ишь, нарисовался уже! Дал Бог квартиранта. Знай, дверь запру, ночевать на улице будешь.
- Ну ладно, - Осипов послушно начал вставать из-за стола, не хотел сразу нарываться на конфликт.
- Сиди! - Егор обтер лицо рукавом и грозно встал. Хмель как слетел с хозяина, он распрямился и оказался выше Фроси, а когда сжал руку, то такого кулака можно было бояться. - Горе у твоего постояльца, моего дружбана. Поняла?!
- Одно у вас горе, водка закончилась, - Фрося не собиралась сдаваться, но на всякий случай сделала шаг назад к двери, пожалела, что не захватила что нибудь потяжелее из кухонной утвари.
- Девушка его бросила, - начал объяснять Егор, - товарищи мы по несчастью...
- Все по своей Маринке сохнешь? - Язвительно спросила Фрося. - Было бы о ком, шалава еще та была!
И тут, в ответ на это обидное замечание, кулак у Егора сжался еще сильнее, а рука начала подниматься.
- Тихо, тихо вы! - Осипов обежал стол и встал боком между хозяином и тетей Фросей. - Еще драки не хватало. Праздник все таки… - В его тоне послышались примирительные нотки.
- А чего она! - Уже менее воинственно сказал и Егор.
- А праздник-то какой? - Фрося тоже начала успокаиваться.
- Так новоселье! - Дима, убедившись, что Фрося и Егор успокоились, нашел упавшую бутылку. Она не только не разбилась, но и содержимое не вытекло. Пробка была завернута Осиповым на всякий непредвиденный случай, ну и чтоб не выдыхалась ценная жидкость.
- Какое, чье новоселье-то?! - Не поняла тетя Фрося.
- Так мое! - Дима потряс бутылкой.
- Я че-то не поняла, - женщина удивленно переводила взгляд с Егора на Диму, - а меня, что, значит побоку?! - Конфликт мог вспыхнуть снова, только уже по другому поводу.
- Так только тебя хотели позвать, - Егор подвинул соседке стул, поставил третий стаканчик и незаметно подмигнул Диме, мол давай.
Дима крутанул пробку и налил тете Фросе чуть не до краев. Остатки поделил между собой и Егором. - Ну, вздрогнули!
Соседка замахнула стаканчик залпом, для нее такое было не в диковинку. Мужики поддержали, переглянувшись, похоже дело пошло на лад. Егор пошарил в закромах и достал еще чекушку, очень кстати пришлась. Тетя Фрося хотела принести на закуску своего фирменного варева, но мужики опять переглянулись и благоразумно отказались.
Разговор за столом не умолкал, обсуждали все и вся. Послушали и Димину историю несчастной любви. Тут парню ничего придумывать не пришлось.
- А я бы к ней в Москву съездил, - вдруг то ли высказал свое мнение, то ли посоветовал Егор, - и в глаза бы ей посмотрел!
- Ишь чего! - Возмутилась Фрося. - И не думай, Дима. Нечего старое ворошить… Завтра ко мне племянница придет, с ней познакомлю. Во девка!
- Это Зойка что ли во?! - Возмутился Егор. - Нашла кого сватать. Димка, не слушай, на танцы завтра сходим.
- Ирка тебе такие танцы покажет, - засмеялась Фрося.
Ничего по делу в тот вечер Осипов не узнал, ну почти ничего. За разговором конечно думал, как бы по хитрому навести, спросить что, да так ничего и не придумал. Ситуация немного сдвинулась сама уже перед уходом.
- Менты не приходили сегодня? - Спросил Егор.
- Свалили, первый день спокойно стало… Варю жалко...
- Неплохая баба была, - заметил хозяин.
- Это по какому месту вы мужики всех баб меряете, а?
- Ну, я спать, - заявил Осипов. Ему конечно очень хотелось послушать этот разговор, но опер решил лучше уйти, сам не зная почему.
- Дим, ты спишь? - Тетя Фрося вернулась домой примерно через полчаса после ухода Осипова и заглянула к постояльцу.
- Сплю, - недовольно ответил опер, действительно спал.
- Борьку Шестакова на северах не встречал?
- Нет. - Осипов ответил не открывая глаз, не мог он его видеть, не был никогда на северах.
- Ну ладно, спи. На работу будить или сам встанешь?
- Сам.
Тетя Фрося ушла и скоро захрапела за тонкой перегородкой, а Осипов никак не мог уснуть. В голове шумело от выпитого и все крутилось - Борька Шестаков, имя и фамилия, которые забыть было нельзя. Почему-то оперу казалось, что этот человек имеет отношение к убийству Варвары Рудаковой.
1 глава, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 28
Антология произведений о Максимове