Часть первая
Что произошло в том южном городке, куда Алиса поехала в отпуск, не знал толком никто. Но факт того, что после отпуска Алиса очень изменилась - стала замкнутой, неразговорчивой, всех, кто ее знал, озадачивал. Алиса - смешливая девушка двадцати двух лет от роду, с кудрявыми светлыми волосами и выразительными темно-синими как грозовое небо, глазами, с красивой женственной фигурой, заставлявшей цокать мужчин постарше и тупеть тех, кто помладше, всегда была душой компании. Работала Алиса в местной поликлинике, медсестрой, собираясь в следующем году поступать в медицинский университет. И потому, перед напряжённым рабочим годом, решилась на первую самостоятельную поездку на море. Мама подняла старых университетских подруг и Алису определили в надежные руки главного врача одного из южных санаториев – и под надзором и отдохнет, решила мама. Папа только вздыхал – ну какой девчонке, выговаривал он жене при каждом удобном случае, понравится, что за ней, как за узником, наблюдают? Но мама оставалась непреклонна: – Зато вернётся живой и здоровой, - упрямо твердила она. Вернулась. Живая. Но здоровая ли? Алина стала напряженной, вглядываясь в лица пациентов, словно ожидая призрака ада. Перестала встречаться с подругами, отговариваясь подготовкой к поступлению. Поначалу никого это не насторожило. Но потом поведение девушки стало напрягать. В первую очередь – ее маму. Нелли Андреевна, глядя на дёргавшуюся от каждого звонка, дочь, понимала, что там, в том южном городке, под сенью красивых платанов, произошло что-то, что стоило теперь дочери бессонных ночей. Звонок подруге ничего не дал - она очень удивилась словам Нелли Андреевны про состояние Алисы. По ее словам девочка выехала в хорошем настроении. Да и Нелли помнила последний звонок перед отъездом дочери - Алиса смеялась,что приедет домой не только с загаром ,но и с гастритом - билетов на самолет не было и е пришлось добираться обратно на поезде. Глядя на осунувшееся лицо Алисы, бледность которого не мог скрыть даже южный загар, она пыталась понять – стоит ли выяснять у дочери что лучилось или подождать, пока девушка созреет для разговора? Да или нет? Влезть или не стоит? И вспоминала тот самый первый случай, когда ее желание оградить дочь от насмешек привело к плачевным последствиям.
…Нелли Андреевна была из той когорты людей, которые на все случаи жизни предлагают … лекарства. Болит голова? Выпей таблетку. Болит живот? На тебе таблеточку. Нет настроения? Возьми вот эту, желтенькую…Возможно, все дело было в том, что мать Алисы была психиатром, а они, как известно, люди своеобразные, к концу жизни много чем напоминающие своих пациентов. Папа Алисы, Алексей Александрович, работал главным инженером в местной энергоснабжающей организации, в методы жены не вмешивался, пропадая на работе и многочисленных командировках. Дочь он видел редко, но от обязанностей отца не отлынивал, стараясь все свободное время проводить с семьей. Он впервые поругался с женой, когда та выписала собственной тринадцатилетней дочке антидепрессанты. Алиса тогда мучилась от первой несчастной любви и не спала ночами, отказываясь от еды. Тогда Алексей Александрович выкинул таблетки в унитаз, Алисе наказал собраться к бабушке в деревню, а жену предупредил – их дочь – не подопытный кролик.
Деревня пошла Алисе на пользу, предмет обожания выветрился из ее головы через две недели, а еще через месяц она вернулась посвежевшая, отдохнувшая и заметно округлившаяся на бабушкиных пирожках. Алиса и так была девочкой не худенькой, а тут упитанные щечки и заметные складочки на боках, привели Нелли Андреевну в ужас. Вместо приветствия она, всплеснула руками:
- Алиса, ты что, все это время спала и ела? Ты похожа на кабачок!
Алексей Александрович свирепо взглянул на жену, и та замолчала. Он подошел к поникшей дочери, обнял ее за плечи и сказал: – Алиса, детка, иди, разбирай вещи, завтра поедем по магазинам, будем обновлять гардероб.
Алиса зашла за угол и остановилась, подслушивая. Но отец лишь разочарованно протянул: - Неля-я-я-я, ты почему все умные мысли на работе оставляешь?
- А ты хочешь, чтоб ее дразнили? – жарко зашептала мама. – Чтоб в нее пальцем тыкали? Это они быстро сообразят, детки нынче сообразительные – им много поводов не надо, чтоб травлю организовать.
Папа крякнул: - Девочка растет, вытянется, и куда все уйдет. В конце концов, она умная девочка, поймет откуда ветер дует.
- А справится ли она с этим ветром? – задала резонный вопрос мама. – Не снесет ли этот ветер ее туда, куда снес Аню Талыкину из нашей школы?
Папа на этот вопрос не ответил. В коридоре замолчали, и Алиса, разочарованно шмыгнула в открытую дверь своей комнаты.
Вечером мама снова подняла вопрос лишнего веса, довольно оригинальным образом. Наигранно весело она объявила всей семье, собравшейся за вечерней трапезой: -Так, дорогие мои, я решила, что мне нужно отточить фигуру, поэтому, чтоб мне было не скучно, прошу меня поддержать и посидеть на диете весь этот месяц вместе с мной.
Алиса молчать не стала и глядя матери в глаза, спросила: – Мама, это из-за меня, да? Это чтоб я сбросила вес до школы?
Папа нахмурился. Мама отвела взгляд. Потом повернулась к дочери: – Да, Алиса, это из-за тебя. Чтоб ты вернулась к нормальным для твоего возраста параметрам. Чтобы потом у тебя не было проблем с …- она запнулась и продолжила неуверенно: - со здоровьем.
Продолжила так, что Алиса поняла, что дело здесь не в здоровье.
Алиса резко поднялась из-за стола: – Спасибо, родители, я наелась.
Папа положил ладонь на стол. – Алиса, сядь, пожалуйста, за стол.
Алиса отца любила, но сейчас обида жгла изнутри, вызывая слезы, а плакать на людях она не любила.
- Спасибо, папа, я не хочу, - она дернулась к выходу.
– Нелли? – отец многозначительно посмотрел на маму. – Ничего не хочешь Алисе объяснить?
Нелли – эффектная молодая женщина тридцати восьми лет, нахмурилась – уж очень ей не хотелось вспоминать ту давнюю историю. Но пришлось.
- Садись, Алиса, вздохнула мама, история будет долгой…