Опека и попечительство как одна из форм защиты прав и интересов граждан (часть 3)
2.2. Перспективы развития деятельности органов опеки и попечительства в РФ
Одной из задач выпускной квалификационной работы является рассмотрение перспектив развития деятельности ООП в РФ. Прежде всего, это касается такого направления их работы, как правоприменительная деятельность. Так, СК РФ предусматривает (п. 4 ст. 58, п. 2 ст. 62, п. 2 ст. 65 и др.) ООП разрешают разногласия между родителями по поводу осуществления ими отдельных родительских прав. При этом органы опеки вправе давать необязательные для исполнения письменные или устные рекомендации по существу разногласий после получения соответствующей информации. При этом, разумеется, во главу угла ООП обязаны ставить интересы ребёнка. В необходимых случаях, при том, они вправе для разрешения конфликта воспользоваться профессиональной помощью педагога или психолога. Полагаем, что в отдельных случаях выявления неблагополучия в семьях (например, алкоголизм, наркомания, домашнее насилие и т.п.) полномочия ООП могут иметь принудительный, обязательный характер, что уже предлагалось в литературе[1].
Действующее законодательство допускает участие ООП в рассмотрении споров, связанных с воспитанием детей, в двояком качестве: как стороны истца по делу, и как государственного органа, дающего по существу спора заключение (п. 1 ст. 34 ГК РФ, ч. 1 ст. 6 Закона). Безусловно, деятельность ООП в подобных ситуациях должна тщательно контролироваться, поскольку осуществление на досудебной стадии функции разрешения спора далеко не всегда проводится законно и справедливо. При последующем судебном разбирательстве решение может быть прямо противоположным. Но всё же по нашему мнению, ООП должны иметь право своевременно реагировать на все факты семейного неблагополучия и насилия над детьми. «Бездействие органов системы профилактики, приводящее к нарушению прав детей, ставящее под угрозу их жизнь и здоровье не должны оставаться без реагирования со стороны прокуратуры»[2].
Между тем, исходя из анализа судебной практики, следовало бы наделить, по-нашему мнению, ООП полномочиями по участию в делах, связанных с реализацией жилищных прав несовершеннолетних. Так, например, суд указал, что в силу п. 1 ст. 78 СК РФ участие ООП в указанной категории дел не обязательно[3], отклонив доводы ответчиков о привлечении в дело ООП.
Представляется, что вывод суда о необязательности участия в подобных делах ООП хотя и основан на законе, тем не менее, привлечение его хотя бы для дачи заключения в соответствии с требованиями ГПК РФ было бы нелишним.
Существуют перспективы совершенствования правового регулирования деятельности ООП. Частично они уже были рассмотрены в предыдущей части дипломной работы, здесь же отметим следующие моменты. Прежде всего, вызывает вопросы процессуальное положение ООП в гражданском процессе. Большинство исследователей полагают, что их статус определяется ст. 47 ГПК РФ – как лиц, вступающих в процесс в целях дачи заключения[4]. При этом ставится под сомнение возможность привлечения ООП в процесс в качестве третьего лица.
Так, некоторые авторы полагают, что в соответствии со ст. 78 СК РФ ООП привлекаются судом для составления и предоставления в суд заключения по существу спора, основанного на актах обследования[5], которые представляют собой специфический вид деятельности, который больше связан не с процессуальной, а профессиональной деятельностью органов опеки.
Представляется, что данный довод неубедителен, поскольку письменное заключение профессионально подготовленного лица может быть отнесено к доказательствам, его можно сравнить с заключением специалиста. В целом же, на наш взгляд, проблема процессуального статуса ООП требует законодательного решения. Исходя из того, что они выступают, прежде всего, в интересах подопечного, он мог бы быть приравнен к статусу опекуна или попечителя, то есть – законного представителя (ст. 52 ГПК РФ), в связи с чем можно предложить следующую редакцию п. 1 данной статьи: «Права, свободы и законные интересы недееспособных или не обладающих полной дееспособностью граждан защищают в суде их родители, усыновители, опекуны, попечители, органы опеки и попечительства, или иные лица, которым это право предоставлено федеральным законом».
Столь же невнятен и статус ООП в семейно-правовых отношениях. Является ли он их субъектом или участником? По нашему мнению, спор этот бессмысленен, поскольку с точки зрения теории права субъект правоотношения и его участник – это одно и то же. Семейные правоотношения неоднородны, и поэтому говорить о субъектности ООП в них – всё равно, что спорить о том, является ли их субъектом (или участником) прокурор, например.
В свете вышеизложенных тезисов о том, что сотрудники ООП должны своевременного и адекватно реагировать на все факты семейного неблагополучия и насилия над детьми, а также предварительно разрешать некоторые семейные споры, можно сделать вывод, согласно которому ООП – это специальный государственный орган, осуществляющий (в перспективе) медиацию в семейно-правовой сфере, связанной с обеспечением и защитой прав несовершеннолетних детей. Представляется, что именно такое понимание соответствует сущности указанных органов.
Разумеется, при рассмотрении перспектив ООП немаловажно и обратить внимание на кадровое обеспечение сотрудников органов опеки и попечительства, на нехватку кадров и их качество[6]. Представляется, что ООП могут более активно вести профилактику, активно участвуя в формировании необходимой доказательственной базы для обращения в суд.
На сегодняшний день, по нашему глубокому убеждению, необходима качественная реформа ООП, но она, убеждён автор, невозможна без глубокой реформы семейного законодательства, а если сказать несколько шире – то и реформы всего законодательства об опеке и попечительстве. Не случайно в юридической литературе достаточно давно предлагается кодифицировать соответствующие нормы. Кодекс законов об опеке и попечительстве мог бы объединить и унифицировать нормы различных отраслей, урегулировать существующие пробелы и коллизии[7]. При этом ООП должны быть наделены такой компетенцией, которая позволит им своевременно и качественно реагировать на ситуации социального неблагополучия, принимать соответствующие меры как рекомендательного, так и принудительного характера, обозначит их как органы социальной медиации. При этом вполне возможно будет реализовать предложения о введении обязательной квалифицированной психологической помощи несовершеннолетним и их родителям, путём, например, обязательного участия психолога во всех делах, связанных с осуществлением семейных и родительских прав.
При этом социальная медиация ООП должна развиваться в таком направлении, чтобы в любом случае были учтены интересы и права ребёнка, сохраняя при этом целостность семейных отношений между родителями и детьми.
Мы считаем не менее важным развивать процесс медиации так, чтобы он учитывал взгляды и интересы ребенка и сохранял целостность отношений между родителями и детьми. Для этого, если потребуется, необходима специальная подготовка судейского корпуса и наличие системы соответствующей профилактики.
Итак, подводя итог параграфу, можно обобщить выводы:
1) Исходя из того, что органы опеки и попечительства выступают, прежде всего, в интересах подопечного, их правовой статус в гражданском процесс РФ мог бы быть приравнен к статусу опекуна или попечителя, то есть – законного представителя, в связи с чем можно предложить следующую редакцию п. 1 ст. 52 ГПК РФ: «Права, свободы и законные интересы недееспособных или не обладающих полной дееспособностью граждан защищают в суде их родители, усыновители, опекуны, попечители, органы опеки и попечительства, или иные лица, которым это право предоставлено федеральным законом».
2) В свете вышеизложенных тезисов о том, что сотрудники ООП должны своевременного и адекватно реагировать на все факты семейного неблагополучия и насилия над детьми, а также предварительно разрешать некоторые семейные споры, можно сделать вывод, согласно которому ООП – это специальный государственный орган, осуществляющий (в перспективе) медиацию в семейно-правовой сфере, связанной с обеспечением и защитой прав несовершеннолетних детей. Представляется, что именно такое понимание соответствует сущности указанных органов. Статью 6 Закона следует дополнить частью 6 следующего содержания: «Органы опеки и попечительства осуществляют медиацию в семейно-правовой сфере, связанной с обеспечением и защитой прав несовершеннолетних детей».
3) Следует отметить отсутствие в действующем законодательстве правовых основ для организации профилактической работы с семьями, в которых дети находятся в трудной жизненной ситуации, а также проблему кадрового обеспечения органов опеки и попечительства. Статью 7 Закона следует дополнить частью 3 следующего содержания: «В случаях нахождения ребенка в трудной жизненной ситуации органы опеки и попечительства обязаны предпринять меры профилактической работы с семьёй в порядке, определяемом Правительством РФ». Соответственно, указанные меры и порядок их применения должны быть определены Постановлением Правительства.
Таким образом, проведя анализ наиболее очевидных проблем перспектив опеки и попечительства в российском законодательстве, в заключение главы можно сделать следующие выводы:
1) Требуется более чёткое определение предоставленных ограниченно дееспособным и недееспособным гражданам правомочий, чтобы они могли реализовать их в полной мере. Возможно, для этого потребуется принятие поправок в законодательство или Постановления Пленума ВС РФ, содержание которых позволило бы суду учитывать степень нарушения способности таких граждан понимать значение своих действий или руководить ими в конкретных сферах жизнедеятельности и в максимальной степени гарантировали бы защиту их прав и законных интересов.
2) Проблемным является статус детей несовершеннолетних родителей в возрасте от 16 до 18 лет. Для решения этого вопроса предлагается изменить ч. 2 ст. 62 СК РФ, изложив его в следующей редакции: «До достижения несовершеннолетними родителями возраста восемнадцати лет и в других случаях приобретения ими гражданской дееспособности в полном объеме до достижения совершеннолетия, их ребенку назначается опекун».
3) Представляется, что достижение совершеннолетия не всегда может быть обязательным критерием для назначения лица опекуном (попечителем). Например, нередки случаи, когда взрослые братья и сёстры, достигшие возраста 16, вполне способны исполнять обязанности опекунов и попечителей лучше, чем посторонние люди. При этом, несомненно, должно учитываться согласие детей, достигших 10 лет, и при этом у подопечных нет других близких родственников, желающих оформить опеку или попечительство, также необходимо в подобных случаях и совместное проживание. В связи с этим необходимо изменить содержание ч. 2 ст. 35 ГК РФ, изложив её в следующей редакции: «Опекунами и попечителями могут назначаться совершеннолетние дееспособные граждане, а в исключительных случаях – и несовершеннолетние родственники».
4) Нормы о том, что опекунами и попечителями назначаются близкие родственники в приоритетном порядке в российском законодательстве отсутствуют, что, как нам представляется, не является правильным решением. Конечно, в практической деятельности такое встречается весьма часто, однако следовало бы нормативно закрепить подобное правило, тем более, что оно предусматривается во многих зарубежных правопорядках. Поэтому было бы нелишним внести соответствующие изменения в ГК РФ и СК РФ.
5) Остальные условия назначения опекуном или попечителем над детьми представляются разумными и целесообразными. Что касается гражданского законодательства, то сужение круга лиц, имеющих судимость только за «умышленные преступления против жизни и здоровья» представляется неоправданно узким, поскольку при прямом толковании получается, что опекунами и попечителями могут быть, к примеру, лица, совершившие умышленные преступления против общественной безопасности. Ч. 2 ст. 35 ГК РФ ледует изложить в следующей редакции: «Не могут быть назначены опекунами и попечителями граждане, лишенные родительских прав, а также граждане, имеющие на момент установления опеки или попечительства судимость за умышленное преступление против жизни или здоровья граждан или против общественной безопасности».
6) Существует проблема совместности подачи заявления родителями в случаях временной опеки, поскольку не решён вопрос о случаях раздельного проживания. Независимо от места жительства или местонахождения родителей заявление должно подаваться совместно. Не решён и вопрос о перечне уважительных причин установления временной опеки (попечительства), установление которого в законе или в акте толкования было бы желательно. Ч. 1 ст. 13 Закона следует изложить в следующей редакции: «Родитель, совместно проживающий с ребенком, может подать в орган опеки и попечительства совместное заявление о назначении ему опекуна или попечителя на период, когда по уважительным причинам (перечень уважительных причин, например, болезнь родителя) он не сможет исполнять свои родительские обязанности, с указанием конкретного лица».
7) Не решён также и вопрос о случаях, когда родители не приступают к исполнению своих обязанностей по истечении срока временной опеки (попечительства). В этом случае правовой статус опекуна становится неопределённым, теряется статус законного представительства, и, соответственно, он не сможет осуществить защиту прав ребёнка перед третьими лицами. Представляется, что в подобных случаях ООП необходимо выявить причины неявки родителей и продлить, при необходимости, срок опеки. При этом вызывает сомнения и неуказание в Законе определённого срока временной опеки, что способно вызвать злоупотребления со стороны родителей. Ч. 1 ст. 13 Закона надлежит изложить в следующей редакции: «В акте органа опеки и попечительства о назначении опекуна или попечителя по заявлению родителей должен быть указан срок действия полномочий опекуна или попечителя. Предельный срок действия полномочий опекуна или попечителя составляет (например) 3 года. В случае неявки родителей по истечении указанного срока он может быть продлён на срок, не превышающий первоначально указанный в акте органа опеки и попечительства».
8) Исходя из того, что органы опеки и попечительства выступают, прежде всего, в интересах подопечного, их правовой статус в гражданском процессе РФ мог бы быть приравнен к статусу опекуна или попечителя, то есть – законного представителя, в связи с чем можно предложить следующую редакцию п. 1 ст. 52 ГПК РФ: «Права, свободы и законные интересы недееспособных или не обладающих полной дееспособностью граждан защищают в суде их родители, усыновители, опекуны, попечители, органы опеки и попечительства, или иные лица, которым это право предоставлено федеральным законом».
9) В свете вышеизложенных тезисов о том, что сотрудники ООП должны своевременного и адекватно реагировать на все факты семейного неблагополучия и насилия над детьми, а также предварительно разрешать некоторые семейные споры, можно сделать вывод, согласно которому ООП – это специальный государственный орган, осуществляющий (в перспективе) медиацию в семейно-правовой сфере, связанной с обеспечением и защитой прав несовершеннолетних детей. Представляется, что именно такое понимание соответствует сущности указанных органов. Статью 6 Закона следует дополнить частью 6 следующего содержания: «Органы опеки и попечительства осуществляют медиацию в семейно-правовой сфере, связанной с обеспечением и защитой прав несовершеннолетних детей».
10) Следует отметить отсутствие в действующем законодательстве правовых основ для организации профилактической работы с семьями, в которых дети находятся в трудной жизненной ситуации, а также проблему кадрового обеспечения органов опеки и попечительства. Статью 7 Закона следует дополнить частью 3 следующего содержания: «В случаях нахождения ребенка в трудной жизненной ситуации органы опеки и попечительства обязаны предпринять меры профилактической работы с семьёй в порядке, определяемом Правительством РФ». Соответственно, указанные меры и порядок их применения должны быть определены Постановлением Правительства.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Таким образом, в заключение можно сделать следующие выводы и предложения:
1) С точки зрения теории права, опека и попечительство – не единичное действие, а юридическое состояние, порождающее определённые взаимные права и обязанности между его сторонами, и, прежде всего, обязанность опекуна и попечителя осуществлять защиту прав и интересов подопечного, в этом сущность указанного института.
2) В связи с этим следовало бы предложить изменение указанных понятий в следующей редакции:
Опека - это защита прав и интересов несовершеннолетних граждан (до четырнадцати лет) и граждан, признанных судом недееспособными, осуществляемая органом опеки и попечительства. Орган назначает граждан (опекунов) в качестве законных представителей подопечных для осуществления всех юридически значимых действий от их имени и в их интересах.
Попечительство - это защита прав и интересов несовершеннолетних граждан от четырнадцати до восемнадцати лет, а также граждан, ограниченных судом в дееспособности, осуществляемая органом опеки и попечительства. Орган назначает граждан (попечителей) для оказания несовершеннолетним содействия в осуществлении их прав, защиты от злоупотреблений, а также для дачи согласия на действия совершеннолетних подопечных по ст. 30 ГК РФ.
Представляется, что предложенные определения в большей степени соответствуют характеру и смыслу рассматриваемых правоотношений.
3) Опека и попечительство оставались практически неизменным институтом со времен IX века, вместе с тем совершенствовались их форма и содержание в зависимости от эпохи и потребностей общества.
4) Следует говорить об опеке и попечительстве как о комплексном институте права, регулирующем, в зависимости от объекта опеки, гражданско-правовые, семейно-правовые и, в зависимости от субъекта опеки, также публичные административно-правовые общественные отношения. Органы опеки и попечительства – это органы публичной власти специальной компетенции, осуществляющие функции по организации и осуществлению деятельности частных лиц, выполняющих социально значимую форму защиты лиц, дееспособность которых ограничена – опеку и попечительство. В этом их сущность.
5) Представляется целесообразным (по аналогии с представительством) ввести в гражданское законодательство термин «законная опека и попечительство». Например, ст. 35 ГК РФ можно дополнить ч. 5 следующего содержания: «Родители несовершеннолетнего в возрасте до 14 лет выступают его законными опекунами. Родители несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет выступают его законными попечителями».
6) Устройство под опеку и попечительство представляет собой юридический процесс, то есть строгую последовательность взаимосвязанных между собой действий ООП, направленных на защиту прав лиц, ограниченных в своей дееспособности.
7) Необходимыми стадиями этого процесса являются:
– выявление и учёт лиц, нуждающихся в передаче под опеку и попечительство;
– устройство указанных лиц под опеку и попечительство;
– осуществление отдельных полномочий по опеке и попечительству (дача согласия на совершение сделок, выдача разрешений и т.д.);
– контроль и надзор за опекунами и попечителями;
– ответственность ООП и его должностных лиц.
8) Требуется более чёткое определение предоставленных ограниченно дееспособным и недееспособным гражданам правомочий, чтобы они могли реализовать их в полной мере. Возможно, для этого потребуется принятие поправок в законодательство или Постановления Пленума ВС РФ, содержание которых позволило бы суду учитывать степень нарушения способности таких граждан понимать значение своих действий или руководить ими в конкретных сферах жизнедеятельности и в максимальной степени гарантировали бы защиту их прав и законных интересов.
9) Проблемным является статус детей несовершеннолетних родителей в возрасте от 16 до 18 лет. Для решения этого вопроса предлагается изменить ч. 2 ст. 62 СК РФ, изложив его в следующей редакции: «До достижения несовершеннолетними родителями возраста восемнадцати лет и в других случаях приобретения ими гражданской дееспособности в полном объеме до достижения совершеннолетия, их ребенку назначается опекун».
10) Представляется, что достижение совершеннолетия не всегда может быть обязательным критерием для назначения лица опекуном (попечителем). Например, нередки случаи, когда взрослые братья и сёстры, достигшие возраста 16, вполне способны исполнять обязанности опекунов и попечителей лучше, чем посторонние люди. При этом, несомненно, должно учитываться согласие детей, достигших 10 лет, и при этом у подопечных нет других близких родственников, желающих оформить опеку или попечительство, также необходимо в подобных случаях и совместное проживание. В связи с этим необходимо изменить содержание ч. 2 ст. 35 ГК РФ, изложив её в следующей редакции: «Опекунами и попечителями могут назначаться совершеннолетние дееспособные граждане, а в исключительных случаях – и несовершеннолетние родственники».
11) Нормы о том, что опекунами и попечителями назначаются близкие родственники в приоритетном порядке в российском законодательстве отсутствуют, что, как нам представляется, не является правильным решением. Конечно, в практической деятельности такое встречается весьма часто, однако следовало бы нормативно закрепить подобное правило, тем более, что оно предусматривается во многих зарубежных правопорядках. Поэтому было бы нелишним внести соответствующие изменения в ГК РФ и СК РФ.
12) Остальные условия назначения опекуном или попечителем над детьми представляются разумными и целесообразными. Что касается гражданского законодательства, то сужение круга лиц, имеющих судимость только за «умышленные преступления против жизни и здоровья» представляется неоправданно узким, поскольку при прямом толковании получается, что опекунами и попечителями могут быть, к примеру, лица, совершившие умышленные преступления против общественной безопасности. Ч. 2 ст. 35 ГК РФ ледует изложить в следующей редакции: «Не могут быть назначены опекунами и попечителями граждане, лишенные родительских прав, а также граждане, имеющие на момент установления опеки или попечительства судимость за умышленное преступление против жизни или здоровья граждан или против общественной безопасности».
13) Существует проблема совместности подачи заявления родителями в случаях временной опеки, поскольку не решён вопрос о случаях раздельного проживания. Независимо от места жительства или местонахождения родителей заявление должно подаваться совместно. Не решён и вопрос о перечне уважительных причин установления временной опеки (попечительства), установление которого в законе или в акте толкования было бы желательно. Ч. 1 ст. 13 Закона следует изложить в следующей редакции: «Родитель, совместно проживающий с ребенком, может подать в орган опеки и попечительства совместное заявление о назначении ему опекуна или попечителя на период, когда по уважительным причинам (перечень уважительных причин, например, болезнь родителя) он не сможет исполнять свои родительские обязанности, с указанием конкретного лица».
14) Не решён также и вопрос о случаях, когда родители не приступают к исполнению своих обязанностей по истечении срока временной опеки (попечительства). В этом случае правовой статус опекуна становится неопределённым, теряется статус законного представительства, и, соответственно, он не сможет осуществить защиту прав ребёнка перед третьими лицами. Представляется, что в подобных случаях ООП необходимо выявить причины неявки родителей и продлить, при необходимости, срок опеки. При этом вызывает сомнения и неуказание в Законе определённого срока временной опеки, что способно вызвать злоупотребления со стороны родителей. Ч. 1 ст. 13 Закона надлежит изложить в следующей редакции: «В акте органа опеки и попечительства о назначении опекуна или попечителя по заявлению родителей должен быть указан срок действия полномочий опекуна или попечителя. Предельный срок действия полномочий опекуна или попечителя составляет (например) 3 года. В случае неявки родителей по истечении указанного срока он может быть продлён на срок, не превышающий первоначально указанный в акте органа опеки и попечительства».
15) Исходя из того, что органы опеки и попечительства выступают, прежде всего, в интересах подопечного, их правовой статус в гражданском процессе РФ мог бы быть приравнен к статусу опекуна или попечителя, то есть – законного представителя, в связи с чем можно предложить следующую редакцию п. 1 ст. 52 ГПК РФ: «Права, свободы и законные интересы недееспособных или не обладающих полной дееспособностью граждан защищают в суде их родители, усыновители, опекуны, попечители, органы опеки и попечительства, или иные лица, которым это право предоставлено федеральным законом».
16) В свете вышеизложенных тезисов о том, что сотрудники ООП должны своевременного и адекватно реагировать на все факты семейного неблагополучия и насилия над детьми, а также предварительно разрешать некоторые семейные споры, можно сделать вывод, согласно которому ООП – это специальный государственный орган, осуществляющий (в перспективе) медиацию в семейно-правовой сфере, связанной с обеспечением и защитой прав несовершеннолетних детей. Представляется, что именно такое понимание соответствует сущности указанных органов. Статью 6 Закона следует дополнить частью 6 следующего содержания: «Органы опеки и попечительства осуществляют медиацию в семейно-правовой сфере, связанной с обеспечением и защитой прав несовершеннолетних детей».
17) Следует отметить отсутствие в действующем законодательстве правовых основ для организации профилактической работы с семьями, в которых дети находятся в трудной жизненной ситуации, а также проблему кадрового обеспечения органов опеки и попечительства. Статью 7 Закона следует дополнить частью 3 следующего содержания: «В случаях нахождения ребенка в трудной жизненной ситуации органы опеки и попечительства обязаны предпринять меры профилактической работы с семьёй в порядке, определяемом Правительством РФ». Соответственно, указанные меры и порядок их применения должны быть определены Постановлением Правительства.
Обобщая все сделанные выводы можно в финале отметить, что на сегодняшний день, по нашему глубокому убеждению, необходима качественная реформа ООП, но она, убеждён автор, невозможна без глубокой реформы семейного законодательства, а если сказать несколько шире – то и реформы всего законодательства об опеке и попечительстве. Не случайно в юридической литературе достаточно давно предлагается кодифицировать соответствующие нормы. Кодекс законов об опеке и попечительстве мог бы объединить и унифицировать нормы различных отраслей, урегулировать существующие пробелы и коллизии. При этом ООП должны быть наделены такой компетенцией, которая позволит им своевременно и качественно реагировать на ситуации социального неблагополучия, принимать соответствующие меры как рекомендательного, так и принудительного характера, обозначит их как органы социальной медиации. При этом вполне возможно будет реализовать предложения о введении обязательной квалифицированной психологической помощи несовершеннолетним и их родителям, путём, например, обязательного участия психолога во всех делах, связанных с осуществлением семейных и родительских прав.
При этом социальная медиация ООП должна развиваться в таком направлении, чтобы в любом случае были учтены интересы и права ребёнка, сохраняя при этом целостность семейных отношений между родителями и детьми.
Мы считаем не менее важным развивать процесс медиации так, чтобы он учитывал взгляды и интересы ребенка и сохранял целостность отношений между родителями и детьми. Для этого, если потребуется, необходима специальная подготовка судейского корпуса и наличие системы соответствующей профилактики.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Нормативные акты
1. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993 (с изм. от 01.07.2020) // http://pravo.gov.ru, 06.10.2022.
2. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 № 138-ФЗ (ред. от 25.12.2023 с изм. от 25.01.2024) // СЗ РФ от 18.11.2002, № 46, ст. 4532.
3. Трудовой кодекс Российской Федерации от 30.12.2001 № 197-ФЗ (ред. от 14.02.2024) // СЗ РФ от 07.01.2002, № 1 (ч. 1), ст. 3.
4. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ (ред. от 11.03.2024) // СЗ РФ от 07.01.2002, № 1 (ч. 1), ст. 1.
5. Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ (ред. от 31.07.2023) // СЗ РФ от 01.01.1996, № 1, ст. 16.
6. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 11.03.2024) // СЗ РФ от 05.12.1994, № 32, ст. 3301.
7. Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации Федеральный закон от 21.12.2021 № 414-ФЗ (ред. от 04.08.2023) // СЗ РФ от 27.12.2021, № 52 (часть I), ст. 8973.
8. Об опеке и попечительстве. Федеральный закон от 24.04.2008 № 48-ФЗ (ред. от 10.07.2023) // СЗ РФ от 28.04.2008, № 17, ст. 1755.
9. Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации. Федеральный закон от 06.10.2003 № 131-ФЗ(ред. от 03.08.2018) // СЗ РФ от 06.10.2003, № 40, ст. 3822.
10.О государственном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей. Федеральный закон от 16.04.2001 № 44-ФЗ (ред. от 28.12.2022) // СЗ РФ от 23.04.2001, № 17, ст. 1643.
11.О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Федеральный закон от 21.12.1996 № 159-ФЗ (ред. от 07.03.2018) // СЗ РФ от 23.12.1996, № 52, ст. 5880.
12.Об отдельных вопросах осуществления опеки и попечительства в отношении совершеннолетних недееспособных или не полностью дееспособных граждан. Постановление Правительства РФ от 17.11.2010 № 927 (ред. от 17.03.2018) // СЗ РФ от 29.11.2010, № 48, ст. 6401.
13.Об утверждении Порядка формирования, ведения и использования государственного банка данных о детях, оставшихся без попечения родителей. Приказ Минпросвещения России от 15.06.2020 № 300 // СПС «Консультант+».
14.Письмо Минобрнауки России от 08.04.2014 № ВК-615/07 // СПС «Консультант+».
Международно-правовые акты
15.Конвенция о правах ребенка от 20.11.1989 // Сборник международных договоров СССР, выпуск XLVI, 1993.
16.Конвенция о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей от 25.10.1980 // СЗ РФ от 19.12.2011, № 51, ст. 7452.
17.Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах от 16.12.1966 // БВС РФ. 1994. № 12.
18.Всеобщая декларация прав человека от 10.12.1948 // Российская газета от 10.12.1998.
Судебная практика
19.Постановление Конституционного Суда РФ от 27.06.2012 № 15-П // СЗ РФ от 16.07.2012, № 29, ст. 4167.
20.Определение Конституционного Суда РФ от 24.01.2013 № 120-О // СПС «Консультант+».
21.Определение Конституционного Суда РФ от 19.10.2010 № 1282-О-О // СПС «Консультант+».
22.О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 // БВС РФ. 2015. № 8.
23.О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.1998 № 10 // БВС РФ. 1998. № 7.
24.Обзор практики рассмотрения судами дел, связанных с обеспечением детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, жилыми помещениями. Утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.11.2013 // БВС РФ. 2014. № 3.
25.Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 10.07.2018 № 88-АПГ18-2 // СПС «Консультант+».
26.Определение Верховного Суда РФ от 02.09.2009 № 72-Г09-5 // СПС «Консультант+».
27.Апелляционное определение Верховного суда Чувашской Республики от 08.12.2021 по делу № 33-4376/2021 // СПС «Консультант+».
28.Определение Приморского краевого суда от 13.02.2022 по делу № 33-1009 // СПС «Консультант+».
29.Апелляционное определение Пермского краевого суда от 04.07.2022 по делу № 33-54910 // СПС «Консультант+».
30.Апелляционное определение Нижегородского областного суда от 09.04.2023 по делу № 33-30101 // СПС «Консультант+».
31.Апелляционное определение Московского городского суда от 12.10.2022 по делу № 11-10877 // СПС «Консультант+».
32.Апелляционное определение Московского городского суда от 26.05.2022 по делу № 33-20872/2022 // СПС «Консультант+».
Специальная литература
33.Айрумян, А. М. Ответственность органов опеки и попечительства / А. М. Айрумян // Актуальные проблемы права, экономики и управления : Сборник материалов студенческой научной конференции. В 2-х частях, Москва, 25 марта 2021 года / Отв. редактор Н.М. Ладнушкина. Том Часть 2. – Саратов: Издательство «Саратовский источник», 2021. – С. 87-91.
34.Арутюнова, Э. В. Органы опеки и попечительства как субъекты процедуры усыновления // Пробелы в российском законодательстве. – 2010. – № 3. – С.124-126.
35.Бакиева, С. Р. Анализ материалов государственного банка данных о детях, оставшихся без попечения родителей / С. Р. Бакиева // Семейное и жилищное право. – 2022. – № 3. – С. 3-5.
36.Бархо, С. Ю. Понятие и сущность института опеки и попечительства и его эволюция в российском гражданском праве // E-Scio. – 2020. – № 12 (51). – С. 54-60.
37.Давудов, Д. А. Проблемы эффективного функционирования органов опеки и попечительства: перспективы развития / Д. А. Давудов, О. С. Толстова // Технологии формирования правовой культуры в современном образовательном пространстве : Материалы VII Всероссийской научно-практической конференции с международным участием, Волгоград, 25–26 апреля 2023 года. – Волгоград: Волгоградский государственный аграрный университет, 2023. – С. 292-301.
38.Евстратова, Е. А. Проблемы взаимодействия судов и органов опеки и попечительства в семейных спорах / Е. А. Евстратова, Е. Н. Лунева // Modern Science. – 2022. – № 1-2. – С. 125-128.
39.Заикина, И. В. Понятие и значение органов опеки и попечительства для детей / И. В. Заикина, Т. А. Трясугина // Современное право России: проблемы и перспективы : Материалы IV международной научно-практической конференции: сборник статей, Москва, 05 декабря 2019 года. – Москва: Институт мировых цивилизаций, 2020. – С. 206-212.
40.Имомова, Н. М. Система защиты семейных прав несовершеннолетних: понятие, место и роль органов опеки и попечительства (опыт республики Таджикистан) / Н. М. Имомова // Юридическая наука: история и современность. – 2021. – № 3. – С. 141-147.
41.Карпова, О. А., Балаян, Э. Ю. Место органов опеки и попечительства над несовершеннолетними в системе органов публичной власти Российской Федерации // Государственная власть и местное самоуправление. – № 4. – 2023. – С. 24-28.
42.Магдесян Г.А. Теоретические аспекты гражданско-правового регулирования опеки и попечительства в Российской Федерации: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – М., 2009. – 30 с.
43.Макиев, А. Б. Правовые основы, задачи и принципы правового регулирования опеки и попечительства в Российской Федерации / А. Б. Макиев // Юридический факт. – 2021. – № 142. – С. 7-9.
44.Маньковский, И.Ю. Хрестоматия по отечественной истории государства и права. Ч. 1. – Барнаул., 2014. – 246 с.
45.Минаева, У. А. Становление и развитие опеки и попечительства над несовершеннолетними детьми в России / У. А. Минаева, О. А. Данковцев // Актуальные проблемы социального образования: региональный аспект : материалы Всероссийской с международным участием научно-практической конференции, Липецк, 15 ноября 2017 года. – Липецк: Липецкий государственный педагогический университет имени П.П. Семенова-Тян-Шанского, 2017. – С. 71-73.
46.Моисеев, Д.В. Правовые аспекты нормативного регулирования органов опеки и попечительства в РФ // Вестник национального института бизнеса. – 2022. – № 47. – С. 34-42.
47.Мокроносова, В. С. Исторические аспекты развития института опеки и попечительства в период Российской Империи // Международный журнал гуманитарных и естественных наук. – 2023. – № 5-3 (80). – С. 45-47.
48.Никифоров Б.С. Деятельность органов опеки по обеспечению интересов детей // Вестник Московского университета МВД России. – 2011. – № 6. – С.180-184.
49.Окунева, Ю. Ю. История развития института опеки и попечительства в России / Ю. Ю. Окунева // Вестник магистратуры. – 2016. – № 11-2 (62). – С. 180-181.
50.Пирогова, Е. Е. Процессуальное положение органов опеки и попечительства в гражданском процессе // Семейное и жилищное право. – 2018. – № 2. – С. 15-18.
51.Рабец А. М. Теоретические проблемы зарождения и развития советского опекунского права // Вестник ТвГУ. Серия «Право». – 2018. – № 1. – С. 41-49.
52.Рыбалка, Е. А., Казанцева, Е. В. Правовое регулирование институтов опеки и попечительства в римском праве и современной России // Юристъ-Правоведъ. – 2019. – № 4 (91). – С. 25-29.
53.Рыбалова, О. А., Подконтрольность как один из основных принципов государственного регулирования опеки и попечителсьтва // Евразийский Союз Ученых. – 2015. – № 7-5 (16). – С. 69-74.
54.Сорокина, С. А. Проблемы института опеки и попечительства и пути их решения / С. А. Сорокина // Студенческий вестник. – 2021. – № 14-2(159). – С. 75-79.
55.Степанян, А. С. Понятие и цели опеки и попечительства / А. С. Степанян // Юридические науки. – 2007. – № 4. – С. 134-136.
56.Сысоева, Е. А. Проблемы установления опеки и попечительства в Российском законодательстве / Е. А. Сысоева // Теория права и межгосударственных отношений. – 2018. – № 2(8). – С. 116-123.
57.Толковый словарь русского языка / Под ред. проф. Д.Н. Ушакова. Том IV. – М., 1940. – С. 1037.
58.Ускова, Ю. В. Некоторые аспекты и проблемы установления опеки (попечительства) в российском законодательстве // Научный журнал КубГАУ – 2014. – № 100(06) – С. 2-6.
59.Чаптыкова, В. Е. Опека и попечительство: современные проблемы реализации // Международный журнал гуманитарных и естественных наук. – 2020. – № 10-4. – С. 141-144.
60.Шиловская, А. Л. Опека как форма защиты прав ребенка // Социально-политические науки. – 2017. – № 6. – С. 82-85.
61.Юдина, О. П. Управление процессами опеки и попечительства несовершеннолетних: Автореф. дис. … канд. соц. наук. – М., 2004. – 30 с.
62.Юдина, Ю. В. Понятие и социальное значение опеки и попечительства: история вопроса / Ю. В. Юдина // Теория государства и права. – 2019. – № 4(16). – С. 184-193.
[1] Евстратова, Е. А. Проблемы взаимодействия судов и органов опеки и попечительства в семейных спорах / Е. А. Евстратова, Е. Н. Лунева // Modern Science. – 2022. – № 1-2. – С. 125-126.
[2] Там же. С. 126.
[3] Апелляционное определение Московского городского суда от 26.05.2022 по делу № 33-20872/2022 // СПС «Консультант+».
[4] Пирогова, Е. Е. Процессуальное положение органов опеки и попечительства в гражданском процессе // Семейное и жилищное право. – 2018. – № 2. – С. 16.
[5] Там же.
[6] Давудов, Д. А. Проблемы эффективного функционирования органов опеки и попечительства: перспективы развития / Д. А. Давудов, О. С. Толстова // Технологии формирования правовой культуры в современном образовательном пространстве : Материалы VII Всероссийской научно-практической конференции с международным участием, Волгоград, 25–26 апреля 2023 года. – Волгоград: Волгоградский государственный аграрный университет, 2023. – С. 299.
[7] Магдесян Г.А. Указ. соч. С. 25.