Когда мы в доме малютки услышали, что кандидаты уже приезжали, и не одни, но, познакомившись с Аней, отказывались от обоих детей, мне было волнительно..
До встречи я все думала: что же там может быть такого с маленькой девочкой, не имеющей никаких диагнозов, да и по фото в базе она просто куколка?
После первой встречи все сомнения развеялись - маленькая, хрупкая, милая девочка. В ДД о ней отзывались очень хорошо. В общении с ней тоже не увидели никаких отпугивающих моментов, ибо она практически не разговаривала.
На момент знакомства с Аней у нее был настолько бедный словарный запас, что она элементарно не могла объяснить, чем она любит заниматься или что кушала сегодня. Она говорила словами, не связанными между собой, или вообще молчала.
Меня это абсолютно не смутило, так как не было особого понимания, что должен и как говорить ребенок в ее возрасте (ей 5 лет).
Думаю, предыдущих кандидатов отпугивал статус детей. На тот момент их кровная мать не была лишена родительских прав и могла в любой момент объявиться. Других причин для отказа от детей я так и не нашла по сей день.
Согласие на детей мы приняли через минуту после знакомства с Аней.
Контакт с Аней был налажен с первых минут. У нее до сих пор нет страха чужих людей. Она с первых минут может залезть на руки к незнакомцу и уйти с ним в неизвестном направлении.
Когда мы приезжали к Ане, я была уверена, что она не понимает, кто мы и что мы хотим принять ее в свою семью. Не стали заранее об этом говорить, чтобы ребенок не ждал. Мы приезжали, играли, читали, что-то пытались ей рассказать. Но когда мы приехали забирать ее, и она нас увидела, то начала кричать всем:
– Смотрите, смотрите, за мной приехали! Я домой поехала.
А по пути домой она сказала кровному брату Данилу, который был очень испуган:
- Не плачь, это наша мама.
Данила она помнила, и когда мы забирали его из дома малютки, была очень ему рада. Сейчас она показывает себя очень хорошей сестрой. За Данила она «горой». Она заботится о нем и следит, чтобы и мы хорошо о нем заботились. Всегда делится с ним всем. И если нужно, может посидеть с ним пару часов, отвлекая игрой.
Очень хочется, чтобы эти теплые чувства они пронесли через всю жизнь.
Аня помнит свою прошлую жизнь. Периодически рассказывает истории так, как может (иногда абсолютно непонятно). Но если по началу эти истории были с именами, то сейчас истории все те же, только без имен. Она забыла, как зовут кровную маму, бабушку и других родственников. Видимо, мозг, вытесняет неприятные моменты (истории у нее - о не самых хороших моментах их жизни).
Аня и Данил были изъяты в одно время из семьи и провели в системе одинаковое время, но на Ане отпечаток остался большой. Она абсолютно не имеет границ в общении. Для нее нет своих, чужих. С любым незнакомцем, обратившим на нее внимание, через минуту она уже обнимается и готова пойти хоть куда.
С первых дней она говорит, что нас любит, а еще бабушек, дедушек, Васю, Катю и того незнакомца, с которым познакомилась минуту назад.
Дома она услужлива, все что не скажешь, она идет и делает. Ни разу не услышали от нее «не хочу», «не буду».
Со стороны смотря на нее, я думаю, какая она милая, хорошая, симпатичная девочка. Но умом понимаю, что это не ее истинное поведение. Не бывают такими дети. Со временем, думаю, она покажет себя.
Умом я ее приняла, этой мой ребенок и останется им, а сердцем - нет, принять до конца пока не могу.
Где-то прочитала, что адаптация у ребенка в семье длится столько времени, сколько он провела в системе. Я жду прям, когда этот срок подойдет!
Верю, что когда Аня адаптируется, перестанет показывать чувства, которых не испытывает. Станет обычным ребенком. И примет нас сердцем, а не словами.
Тогда и я смогу принять ее окончательно.
Читать все записи в блоге Анны Костроминой