Итоги дебатов между Трампом и Байденом ускорили появление труднорешаемой для России проблемы. Мы ставили на Джо Байдена, а он оказался на грани провала. Как быть?
Покерфейс нездорового человека
«Для России предпочтительнее Байден», – заявлял в ходе своей президентской кампании Владимир Путин, прозрачно намекая на выгоду от слабого главы США.
Выгода была прежде всего в предсказуемости политики Вашингтона, нетерпимой, но малоэффективной по отношению к России.
Теперь кампанию против Байдена начали вести все, включая демократов. Демонстрируя такую же причудливость, как и их кандидат. Зачем надо было всего три месяца назад рисовать Байдену тотальную победу во всех партячейках на праймериз? Он что, был здоровее или лучше переносил лекарства?
Демократы в полном тупике. С каменным, как у Сонного Джо, лицом. Выражения, звучащие из уст их лидеров, ближайших сторонников Байдена, выбираются ещё более жёсткие: в ход идут все части тела без исключения. В целом комментарии в адрес Байдена выражены в той же непотребной стилистике, которую он применил в отношении Трампа.
Что скажет теперь французский президент Эммануэль Макрон, который ранее гарантировал поражение Трампа? За него теперь решат 30 июня французские избиратели, проголосовав за более адекватных политиков.
Как теперь российской оппозиции критиковать Путина, если у самих такая катастрофа с начальником? Как им мусолить тему «ядерного шантажа», если само присутствие Байдена в Белом доме небезопасно для жизни человечества? На что надеяться тотально зависящим от Вашингтона его прокси-территориям в Европе? Вопросов много, ответы нужно давать срочно.
Новые возможности
Для России главный вопрос: какие возможности наша страна получит от кризиса западной процедурократии (речь не только о процедурах медицинского характера)?
У России уже выработан антикризисный и антисанкционный план действий. Жизнь заставила делать разворот в сторону растущих экономик и политических систем остального мира, отцепиться от финансовой системы, которая мечтает о разрушении российской экономики, выстраивать устойчивый мир на укреплении связей с Китаем, странами Персидского залива, Африкой и Латинской Америкой. При победе Байдена мы, видимо, продолжили бы этот разворот.
Поражение Байдена внесёт заметные коррективы в систему мироустройства.
Рычаги управления ситуацией в Соединённых Штатах возьмут более жёсткие, но более практичные люди из стана республиканцев типа Майка Джонсона и военных советников Трампа. У Штатов точно будут другие госсекретарь и министр обороны. Они будут готовы говорить с Россией, но знаем ли мы новые рамки возможного? Ослаблять хватку на Украине или, наоборот, ужесточить её? Повышать ставки в боданиях с НАТО или выложить какой-нибудь козырь? И вообще, надо ли теперь вмешиваться в американские выборы (что бы это ни значило), если их исход ясен?
До сих пор благодаря в том числе чарам пророков вроде Макрона в поражение Байдена не верилось. Теперь к нему начал готовиться весь мир.
Отношения России с демократами плохие, но понятные. Комиссия Патрушев – Салливан (в бытность Николая Патрушева секретарём Совбеза Джейк Салливан – помощник Байдена по безопасности) работала над сделкой, которая сорвалась, но, как и в случае с сорванным миром в Стамбуле, Кремль, возможно, будет апеллировать к уже сформулированной позиции «договора о безопасности» в Европе.
Или мы попробуем заглянуть в будущее. Без Байдена и даже без Трампа. В будущее, в котором свои интересы заявляют новые европейские политики типа Джорджи Мелони и Жордана Барделлы.
Готовы ли мы сами отстраниться от гипнотической схватки призраков прошлого?
Неплохие варианты по итогам дебатов в США. В них Россия выиграла для себя новые возможности, это очевидно.
🅾️Все материалы: octagon.media