– И как? Голос раздался неожиданно, практически на ухо. И звучал он странно. Тихо так. Сокровенно. Наверное, даже душевно. Не хотелось, но пришлось отойти от занавески, за которой сейчас врачи делали свою работу, а я за ними подсматривала. – Что как? – повернула я голову в сторону бомжеватого вида, но чистенького дедка, который с прищуром смеющихся глаз, рассматривал меня. – Умрёт?.. Не умрёт? – Господи, - я закатила глаза к небу по привычке, снова отворачиваясь к неплотно задернутой шторке, - я-то откуда знаю? Я что – доктор? – И всё-таки? Как думаешь? – Господи... – я схватилась за голову и всё-таки оглянулась на , лежащую в постели женщину, и попыталась рассмотреть её лицо. - Может и умрёт. Может здесь уже не осталось тех, кто её любит. А там...- я неопределенно покрутила кистью руки в воздухе. – А там?.. – Там? Там, наверное, мама, папа, друзья, любимые. Может они ждут. Вдруг хоть там она кому-нибудь нужна? Ведь «там» есть? – А если здесь? – Боже! Ну, что же вы прицепились? – Выдох