Голова у Ланы раскалывалась. Мысли прыгали. Столько лет. Столько лет Гриша ее обманывал. Как же она могла ничего не замечать? Ду.ра! А сейчас вышвыривает как ненужную тряпку. У него «удачно сложились обстоятельства» - это он говорил о сме.рти человека, который его принимал в своем доме. Что толку унижаться, а главное зачем. И странно вообще, что Гриша так подробно рассказывает. Ему что-то нужно, получается?
- Ты меня слышишь? – Гриша дотронулся до руки. – Лан, я понимаю, ты считаешь меня сейчас подлецом. Но жизнь одна. Я хочу тебя попросить. Я соглашусь на любые условия. Пожалуйста, не рассказывай ничего детям. Если они узнают об Ольге, они меня обвинят во всех грехах. И, я боюсь, перестанут общаться. А ты знаешь, как я их люблю. Жить без них не могу. Я не хочу, чтобы совместная жизнь с любимой женщиной отравлялась ссорой со старшими сыновьями.
Это было правдой. Отцом Гриша был замечательным. Если уж к кому и могла ревновать мужа Лана, так это к детям. Гриша постоянно их возил на рыбалку, в походы, они катались на роликах, которых Лана боялась как огня. Почти все выходные они проводили втроем. «Тебе надо отдыхать» - говорил Гриша ей.
Сейчас все виделось в другом свете. С одной стороны, Гриша проводил время с сыновьями, а с другой стороны, без нее.
- То есть ты мне изменял, ты меня бросаешь и еще хочешь, чтобы я молчала о том, что ты вытворял все эти годы? И что ты хочешь сказать детям?
- Полуправду. Скажем им, что они уехали, и, оставшись вдвоем, мы поняли, что нас ничего не связывает. И разошлись, чтобы попробовать устроить свою жизнь.
- Это не полуправда, а откровенная ложь.
- Я соглашусь на любые твои условия.
- Я не знаю. Я должна подумать. А почему ты не развелся со мной? Ты, получается, с ней уже лет 20? – Гриша утвердительно кивнул. – Если бы ты ушел раньше, у меня был шанс устроить свою жизнь. А так? Мне почти 50. У тебя будет семья. А я? Ты об этом думал?
- Думал. Да, я знаю, что поступил подло. И это будет отравлять мне жизнь. Но если бы я ушел, то не смог бы каждый день видеть детей. И Ольга все равно не была со мной. К тому же она не хотела, чтобы я жил один. Боялась, что если разведусь, то меня окрутит кто-то. И мне станет не до нее.
- Пока я не хочу тебя видеть. Можешь не бояться – детям я звонить не побегу. Не хочу их расстраивать. А сейчас уходи.
Гриша ушел, а Лана позвонила Вике, лучшей подруге. Хотя они и редко виделись, но уже много лет были почти как сестры.
Через час Вика с мужем входили в квартиру.
- И ты ничего не замечала?
- Нет. Ольга же сюда в открытую звонила. Они обсуждали что-то. Когда последние годы она приглашала руководство компании на выходные за город, Гриша ездил со мной. Даже сыновей пару раз брали.
- Не об этом думаете, - неожиданно сказал Олег. – Лан, Гришу я не оправдываю. Но ты его уже не остановишь. Тебе надо думать о себе и о сыновьях. Если он сказал, что согласен на любые условия, обеспечивай будущее вам. Они сейчас ослеплены перспективами семьи. Так что действительно пойдут на любые условия. Пусть он все оставляет тебе. А еще поговори, пусть купит ребятам по квартире. Продаст квартиру, которая досталась ему от родителей, добавит и купит им по однушке хотя бы. Думаю, он тебя не только с Ольгой обманывал, но и с доходами. Вряд ли если он с ней спал, то только зарплату получал.
- Олег! – цыкнула Вика. – Лане поддержка нужна, а ты…
- Я и поддерживаю. Он сейчас будет весь в новой семье. Детей пока любит. Не хочет ссор. Поэтому только сейчас можно что-то для них отвоевать, а потом все. Все достанется тем детям. Саша с Тимой будут далеко, а те, младшие рядом. Постепенно они станут для неге главнее. Постепенно они признают его отцом.
Лана едва слушала. Ей было все равно.
- Я не хочу врать. Получается, он мою жизнь разрушил. А сам…
- А чего ты добьешься, если расскажешь детям? Ну, поругаются Саша и Тима с отцом. Тебе от этого что, легче станет? Зато ты их обеспечишь. К тому же, Гриша то ли действительно не понимает, насколько они с Ольгой подло поступали, то ли ему наплевать на всех кроме себя. Если не пойдешь на его условия, неизвестно что он придумает. Купить может сыновей. Подарками, еще чем. Лучше согласись. Ложимся спать, а завтра решим.
Продолжение следует...