1 августа (19 июля по старому стилю) 1914 года для России началась Первая Мировая война. И уже в сентябре великая княгиня Елизавета Фёдоровна, старшая сестра императрицы Александры Фёдоровны (супруги Николая II), направила предложение московским городским властям:
"Не признаете ли вы возможным отвести на окраине Москвы участок земли под кладбище для умерших в московских лазаретах воинов настоящей войны. Их родственникам и нам всем утешительно будет знать точное место упокоения павших при защите нашей дорогой Родины героев и иметь возможность там помолиться".
Инициатива была одобрена оперативно, и сразу организована специальная комиссия, которую возглавил Сергей Васильевич Пучков, главврач Александровской (бывшей Гаазовской) больницы. Уже через несколько дней комиссия представила идею будущего мемориального некрополя:
"Проектируемое кладбище должно быть не только во всех отношениях благоустроенным, но оно должно служить памятником великих событий, ныне нами переживаемых, а также памятником дружной объединенной работы общественных сил в деле оказания помощи жертвам войны, почему участок земли для кладбища должен быть значительного размера и на нем необходимо соорудить храм, по величине и архитектуре отвечающий указанной выше цели. Вместе с тем … на этом кладбище должно быть отведено место для погребения умерших сестер милосердия Московских общин, самоотверженно работающих в деле служения больным и раненым как в мирное, так и в военное время, и часто умирающих на своем посту от заразных болезней, а иногда и от неприятельского оружия".
Идея была одобрена, и комиссия принялась собирать пожертвование на устройство некрополя, а также искать участок подходящих размеров.
К ноябрю необходимые средства были собраны, и Пучков приобрел за 271 000 рублей сад села Всехсвятского размером около 12 га. Вообще, у этой территории интересная история: с XVIII века она принадлежала грузинским царевичам. В саду произрастали диковинные деревья, многочисленные гости катались на лодках по живописному пруду, в роскошных дворцах играла музыка... Во время войны 1812 года место было сильно разорено, и потом вроде бы восстановлено, но уже начало переходить из рук в руки, пока не было наконец куплено для устройства кладбища. Но расположение дорожек частично сохранилось с времен, когда тут жили грузинские царевичи.
В конце года Николай II распорядился увеличить территорию будущего некрополя за счет государственных земель, на что Госдумой было выделено еще 71 520 рублей. И вот 15 февраля 1915 года состоялось торжественное открытие Братского кладбища.
В наши дни сложно представить такую картину: когда отдать почести воинам, отдавшим жизнь за родную страну, и проводить в последний путь пришли бы всенародные избранники. И гробы бы понесли. Ага да.
В то время было не так. Посмотрим, как описывали этот день в газетах:
История сохранила имена первых пяти человек, которые были похоронены после торжественного молебена и крестного хода: казачий сотник Виктор Прянишников, старшие унтер-офицеры Филипп Панков и Андрей Анохин, ефрейтор Георгий Гутенко, рядовой Яков Салов.
Обычные солдаты, которых в последний путь провожало все московское правительство и сама великая княгиня Елизавета Фёдоровна.
К открытию была возведена временная часовня, однако планировали построить регулярный храм, на который город никак не мог изыскать денег. Все-таки война. В итоге средства на строительство храма предложили супруги Катковы, потерявшие на полях сражений двух своих сыновей. Погибшие были похоронены в семейном склепе Катковых, в усадьбе Знаменское-Садки, но родители собирались перенести их прах после на Братское кладбище, чему в итоге помешала революция.
За строительство храма взялся Алексей Викторович Щусев.
Закладка Спасо-Преображенского храма состоялась 6 августа 1915 года, в годовщину смерти братьев. К строению были пристроены два предела, освященные в 1916 и 1917гг. в честь небесных покровителей усопших, Архангела Михаила и Андрея Первозванного. А к декабрю 1918 года освятили и основное строение.
Забегая вперед, сразу напишу, что этому творению Щусева был уготован недолгий срок: уже в начале 1920х часть подземных помещений храма была отдана под склады, к 1930м в церкви развернулась скульптурная мастерская, а в конце 1940х храм был снесен полностью.
Территория некрополя была поделена на секторы: в одной части хоронили простых солдат, в другой — офицеров, в третьей — авиаторов. Был отдельный участок для захоронения погибших сестер милосердия, отдельные участки для солдат неправославного вероисповедания (католический, иудейский и магометанский секторы). Еще планировали устроить памятный музей, но планы так и не были реализованы.
За время Первой мировой войны на Братском кладбище было похоронено 17 340 нижних чинов, 580 офицеров, 23 сестры милосердия, 14 врачей, 38 общественных деятелей. Сегодня известна лишь ничтожная часть их имен.
После революции некрополь некоторое время продолжал использоваться по назначению. 26 ноября 1917 года здесь похоронили 37 юнкеров, погибших в боях с большевиками. Александр Вертинский под впечатлением от этих похорон написал романс "То, что я должен сказать":
Я не знаю, зачем и кому это нужно,
Кто послал их на смерть недрожавшей рукой,
Только так беспощадно, так зло и ненужно
Опустили их в Вечный Покой!
Осторожные зрители молча кутались в шубы,
И какая-то женщина с искаженным лицом
Целовала покойника в посиневшие губы
И швырнула в священника обручальным кольцом.
Закидали их елками, замесили их грязью
И пошли по домам — под шумок толковать,
Что пора положить бы уж конец безобразью,
Что и так уже скоро, мол, мы начнем голодать.
И никто не додумался просто стать на колени
И сказать этим мальчикам, что в бездарной стране
Даже светлые подвиги — это только ступени
В бесконечные пропасти — к недоступной Весне!
По легенде, Вертинского из-за этого романса вызывали для объяснений в ЧК, обвиняя в сочувствии к врагам советской власти. Он сказал там: "Это же просто песня, и потом, вы же не можете запретить мне их жалеть!". А ему ответили: "Надо будет, и дышать запретим!"
А с 1918 по 1920 год на территории некрополя проводили массовые расстрелы. Тут полегли проитоиерей Иоанн Восторгов, епископ Ефрем, сенатор Степан Белецкий, министры Николай Маклаков и Алексей Хвостов. У стены некрополя были расстреляны и офицеры из подпольной организации "Союз защиты Родины и Свободы", которые сделали неудачную попытку освобождения императорской семьи.
Точное количество и имена всех жертв неизвестны.
Потом еще некоторое время хоронили здесь и жертв гражданской войны, с обеих сторон, а также летчиков, погибших во время испытаний. Но в 1925 году кладбище было полностью закрыто, а в 1932 году — ликвидировано.
Могилы к 1940м постепенно сравняли с землей и разбили парк (ирония судьбы — частично сохранив все те же дорожки, оставшиеся со времен грузинских царевичей). Часть территории застроили, особенно "живописно" нынче смотрится обшарпанный кинотеатр "Ленинград", построенный в конце 1950х.
Единственное надгробие, сохранившиеся на кладбище в наши дни — над захоронением Сергея Шлихтера. Созданный в студии Меркурова, этот огромный камень весом в пару тонн, видимо, просто поленились куда-то перетаскивать. В наши дни это выглядит совершенно удивительно, когда среди дорожек парка, где гуляет множество людей, внезапно обнаруживается огромное надгробие. И несколько памятных мемориальных табличек рядом.
К началу нашего века о бывшем кладбище вспомнили и постепенно начали возводить здесь множество памятных мемориалов. Честно говоря, пока я прошла территорию с одного края к другому, то мне казалось, что я участвую в квесте "найди все памятники". Их теперь здесь великое множество, на каждом пересечении дорожек. В дальнем конце парка (если идти от метро Сокол) обнаружился щит с перечислением всех памятников: так я узнала, что "собрала" не все, и пошла искать недостающие.
Давайте покажу вам все памятники и как выглядит бывшее кладбище сегодня.
Вообще, парк производит очень приятное впечатление. Множество прекрасных дорожек, лавочки, детские площадки. В прошлую субботу, когда я здесь гуляла, всё цвело и благоухало.
В 1998 году на территории была выстроена часовня Спаса Преображения.
В 2014 году потомки великого князя Николая Николаевича, внука Николая I, который был Верховным главнокомандующим сухопутными и морскими силами в начале Первой Мировой войны, обратились с просьбой о перезахоронении своего предка и его супруги, Анастасии Черногорской. После революции они успели сбежать из России и были похоронены в церкви Святого Михаила Архангела в Каннах. Но великий князь всегда хотел лежать рядом со своими солдатами.
И вот его пожелание сбылось: 30 апреля 2015 года прах супругов был перезахоронен в часовне Спаса Преображения.
Как я писала выше, имена тысяч похороненных на Братском кладбище практически не сохранились. Но обязательно хочу упомянуть трех человек:
— Павел Адамович фон Плеве (1850-1916) был одним из самых выдающихся генералов Первой Мировой войны. Он был мастером кризисных ситуаций: его посылали на самые сложные с тактической точки зрения участки для выправления ситуации, и он блестяще находил выход из казалось бы безнадежных положений. 18 сентября 1914 года он получил Святого Георгия 4-й степени, высшую военную награду России. А в не слишком удачном для России 1915 году именно действия Плеве помогли стране не закончить эту войну с полным поражением. По состоянию здоровья 10 февраля 1916 генерал был освобожден от воинской службы, но прожил после этого, увы, недолго.
— Николай Иванович Косиненко (1881-1917) погиб в бою в чине генерал-майора. До войны был известен как исследователь Памира: первый европеец, прошедший долину Язгулема, первооткрыватель ледника Бивачного, исследователь ледника Федченко.
— Сергей Саввич Мамонтов (1867-1915), сын того самого знаменитого Саввы Мамонтова. Это был талантливый поэт и драматург, основавший "Мамонтовский театр миниатюр", в котором ставились небольшие одноактовые пьесы. Там еще начинал свой путь к славе юный Александр Вертинский. Сергей Саввич на войне был корреспондентом газеты "Русское слово" и фотографировал для журнала "Искра". Скончался от воспаления почек.
Интересно, что на память от села Всехсвятское остались не только дорожки в мемориальной парке, но и церковь Церковь Всех Святых, расположенная прямо за выходом из метро Сокол.
Хотела было рассказать сразу и о ней, но потом решила написать отдельно. Как-то не получается там в двух словах, ибо около этой церкви тоже когда-то было свое кладбище.
Завтра, надеюсь, напишу.
А на сегодня заканчиваю свое повествование, спасибо за внимание.