Баба Яга стояла чуть поодаль от Избушки и наблюдала.
С великим удивлением и даже где-то с некоторым злорадством.
Богатырь брал разбег, большой, длинный, взлетал с разбегу на крылечко Избушки, и врубался в дверь, в попытке её не то открыть, не то вынести.
Избушка вздрагивала от щекотки, встряхивалась, и стряхивала богатыря на место, где начинался разбег.
Богатырь встряхивал головой, раз несколько, кое-как подымался, разминал плечи, особенно ушибленное, делал несколько подскоков на месте. ИИИИИ!!!!
Разбег, прыжок, подскок!
Дубовая дверь, посмеиваясь скрипом вместе со всем крыльцом, откидывает трясущего головой неудачливого взломщика на прежние позиции.
Он прилетает на мягкую травку, трет плечо, трясёт башкой, подымается….
ИИИИИИ…
Всё начинается сначала. Разбег, прыжок, подскок. Дверь гудит, Избушка хихикает, Баба Яга таращит глаза. Богатырь отлетает.
В очередной отлет Ягусе надоело быть наблюдателем. Она дождалась, пока богатырь не приземлится на мягкий, но кое-где с камушками, зеленый коврик, подошла к крылечку, поднялась по ступенькам.
Твердой ручкой дернула ручку на СЕБЯ. Дверь открылась. Яга с легкой насмешкой поклонилась богатырю, приглашая его войти внутрь.
Богатырь, глядя совершенно ошалевшими глазами на коварную дверь, открывающуюся вовсе не внутрь, и наружу, потер плечо, потряс ещё раз головой. И вошел.
Хозяйка усадила его на табурет, смазала плечо мазью от ушибов.
- И зачем же ты, добрый молодец, ко мне пожаловал? – уточнила Бабуся после процедур.
- Пожаловаться, Бабушка, ай, пожаловаться!
- На что же?- подняла брови Яга.
- На лошадь Пережевальского! - всхлипнул богатырь.
- Пржевальского? – осторожно уточнила Ягуся.
- Нет! Пережевальского! – настоял на своем богатырь, - купил её по дешевке! Ещё на базаре думал, а чего такую статную конягу и так дешево продают?! УУУУУ!!!
Он закачался на табурете.
- Она мне пережевала всё, что только смогла! Кольчугу! Меч! Колоду для рубки дров! Тренажер для кулаков! Да, всё, всё!
А нынче жена сказала, что, если я её не перевоспитаю, она меня вместе с ней выгонит!
- Это за что же? – Яге очень нравился рассказ, она вообще любила, когда скупые платят трижды.
- Эта…Переживальская, - богатырь злобно посмотрел в окно, и, вылетая из Избушки, проорал на ходу, - её любимый фартук переживала!
Переживальская стояла с невинным видом, пережевывая жерди для нового забора.
Взмах лапищей богатыря, заставил её выплюнуть щепки, нагнуть голову, опустить гриву долу, и пустить слезу.
- Вот! Видишь, Бабусенька! – обвиняюще ткнул пальцем в нехорошее существо богатырь, - она сначала пережуёт! А потом ещё и переживает! Таким себя …прямо виноватым чувствуешь! Что готов её свою любимую кружку принести для пережевывания! Э!!! – рявкнул он на тянущуюся к поясной сумке коняге, - я тебя!!! И что мне с ней делать?!
- С ней ничего! А забор мне поставишь! И новые жерди привезешь! – припечатала Яга, - Милюська!!! – позвала она внучку, дело для тебя есть. Давненько тебе работы не было.
Лошадь нахально, насмешливо и даже издевательски посмотрела на внучку.
Внучка испытывающе на Пережевальскую.
Через месяц попыток пережевать поверхности тщательно и старательно смазанные внучкой тертым хреном с горчичкой, лошадь кардинально изменила вкусовые пристрастия.
А подаренный ей сброшенный лосиный рог, дал ей долгий, долгий срок для пожевать.
Богатырь был счастлив! Его супруга тоже.
Новый забор Ягусе нравился.
Переживальская требовала сменить ей имя.
Но пока его выбирали.