Фильма, о которой. прежде всего, обязательно следует оговориться, что по представлениям массового зрителя это и вовсе не фильм. Как говорил незабвенный г-н Шариков, "разговаривают, разговаривают, - контрреволюция одна".
Тот самый случай, когда не будет развития действия, но будет развитие диалога, а сам диалог будет больше похож на лекцию. За которым надо следить, в который надо вслушиваться, иначе отвлечешься и потом не догонишь). Кроме основных вех, разумеется.
Кстати, красивого Лондонского вида, что на картинке выше, вам не покажут, не надейтесь. Преимущественно вы будете вместе с героями находиться в предметном мире доктора Фрейда, который по его же словам, стараниями его дочери полностью скопирован с дома в Вене. Сначала я ожидала, что нам будут показывать знаковые и символические предметы, но нет. За исключением обсуждаемой книги - повода ко встрече двух ученых, собственно говоря; статуи малоизвестной святой - покровительницы душевнобольных и заблудших; маски изгнанного с Олимпа греческого бога и обсуждаемой же Библии деталей-то и не будет. Ну да, доктор покурит свою знаменитую сигару и предсказуемо пошутит о своем возвращении к оральной стадии, но вообще все-то больше будет крутиться вокруг необходимого ему для утоления раковых болей морфина. Кстати, ловите лайфхак - морфин в виски, после чего, однако, одурения не происходит. Что весьма странно, но не суть.
Мучимый болями и совершенно не мучимый никакими угрызениями совести по отношению к собственной дочери и отсутствующей (формально временно, а по сути - тотально) жене, а также никак не обмолвившийся, что теперь с его пациентами, Зигмунд не то, чтобы троллит профессора, не то, чтобы хочет перетащить его в собственную идеологию, а просто....проводит хорошо время за интеллектуальным разговором, ибо на завтрашний день он уже и не рассчитывает.
Можно спорить, насколько убедительно передан рак и сама болезнь (не документально точно), но нельзя поспорить с тем, что профессор в этом фильме к концу своей жизни подходит все же счастливым человеком. На словах он вроде как переживает из-за войн и тому подобного, на самом же деле - он давно убаюкан лаврами и славой, упоен и более чем увлечен почти (впрочем, почему ПОЧТИ?) патологической зависимостью своей дочери с мазохистскими фантазиями от себя самого. Правда, на мой взгляд, слишком уж топорные здесь в эту сторону "намеки и оговорки по Фрейду". Но актерская игра спасает все. И вытаскивает все.
По сути, весь этот фильм - одна великая длящаяся по законам хорошего драматического театра актерская игра. Мне сложно сказать, режиссер ли вел актеров или они его.
И немножко возвращаясь к сюжету, к фрейдовой дочери - как-то, на мой взгляд, сексуализировано показаны ее отношения, я не поняла, с кем - с коллегой? Подругой? Родственницей? Сначала я даже подумала, что сия дама с висячими длинными сережками и есть якобы уехавшая в путешествие с кузиной мать. Короче, тут не скажу, биографией героев не владею.
Это не фильм о мире и войне, о грядущей катастрофе и даже о смене идеологий.
На мой взгляд, но никому не навязываю и не претендую, это как раз фильм о всепобеждающей вере и присутствии Бога в мире - если буквально по картинке, то Бога Света. Кстати, образ животного в лесу как образ Бога, восходит едва ли не к средневековому европейскому христианскому искусству.
Для обычного зрителя - занудновато, заумно, тяжковато, бессюжетно. Можно ловить отдельные реплики на цитаты. Можно наслаждаться искрометным юмором, и, например, непреодолимым конфликтом немецкого и английского языка.
А можно смотреть как фильм о вере.
С уважением, Пи)