Всех с днем космонавтики!!!🪐 Какая у меня сегодня для вас история удивительная! И про химию, и про космос, про мой универ немножко, а еще про Новодевичий монастырь и священномученника Серафима Чичагова! Как это все может быть связано? а очень просто! Знакомьтесь, на фото удивительная женщина, игумения Серафима Чичагова- Чёрная ( в миру Варвара Васильевна). Создатель современной латексной промышленности. Кандидат химических наук, доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки и техники РСФСР, лауреат Государственной премии СССР, кавалер орденов Трудового Красного Знамени и Октябрьской Революции. Ученый с мировым именем и один из создателей того самого скафандра, в котором полетел в космос Гагарин! Варвара Васильевна родилась 12 августа 1914 года в Санкт-Петербурге в семье чиновника. Ее мать была дочерью Леонида Михайловича Чичагова, впоследствии митрополита Серафима, принадлежавшего к одному из старейших дворянских родов - Чичаговых. Отца своего Варвара Васильевна не помнит, так как в год ее рождения он ушел на фронт Первой мировой войны и не вернулся, пропал без вести. Революция 1917 года застала их в Петрограде. Детство Варвары Васильевны было трудным, так как ее маме постоянно приходилось думать о куске хлеба и искать работу. 1932 году Варвара Васильевна поступает в институт Тонкой Химической Технологии, сразу становится одной из лучших студенток, но за "дворянское происхождение" ее отчисляют. Тяга девушки к учебе была настолько велика, что Варвара Васильевна продолжает учиться подпольно. Она с юмором рассказывала об этом времени: "Мою группу (полимеров) ликвидировали, а я все равно продолжала ходить на занятия в параллельную группу, пряталась от декана. В общем списке моей фамилии не было, но в журнал меня вписывали преподаватели со слов студентов. Кончила институт, сдала экзамены, а мои документы нигде найти не могут. Говорю: "Посмотрите в отчисленных". Спохватились, но делать нечего, так и выдали диплом". Еще до войны войны Варвара Васильевна начала работать на заводе Каучук. В 1941 г завод был эвакуирован , остались пустые цеха. Вывезли всю документацию. А в конце декабря на завод приходит требовние возобновить работу! На заводе должны были производить детали для самолетов, танков, аэростатные заграждения, спасательные лодки. Инженеров- технологов осталось всего 5 человек, и они восстановили полностью всю работу, все чертежи и рецептуру резин по памяти! Все они находились на казарменном положении, жили на заводе в течение 4-х лет, спали по 2-3 часа в сутки. Домой приходили раз в неделю на несколько часов. Последние дни жизни мать Серафима снова вспоминала этот колоссальный порыв женщин, бегущих домой к детям: "Когда на тебя вся эта толпа бежит, а ты должна ее остановить, ты не должна ее выпустить, потому что надо, надо, надо производить производить детали." Сначала Варвара Васильевна работала в лаборатории, потом стала начальником технического отдела, затем заместителем главного инженера завода. Очень часто заменяла главного инженера, и даже директора завода. Отрезанное от источников натурального каучука, расположенных в основном в Бразилии и в Индии, наше государство должно было решить проблему производства резины, особенно необходимой для военной промышленности.... Усилия ученых сосредоточились на разработке синтетической резины - латекса. С этого момента Варвара Васильевна полностью посвящает себя науке. После войны поступает в аспирантуру, а после защиты докторской диссертации получает звание профессора и становится зам. руководителя Научно-исследовательского института резиновой промышленности. "Я разработала технологию получения особо тонкой мягкой резины. Мой технологический процесс лег в основу нескольких новых заводов, например, по производству медицинских изделий, резиновых перчаток для хирургов, клапанов для искусственного сердца, трубок, зондов, катетеров, высотных радиозондовых оболочек. Тогда это было новое слово в химической промышленности. Участвовала в создании материалов для изготовления средств защиты космонавтов и других специалистов, работающих в условиях излучений, опасных для здоровья, разрабатывала элементы скафандра для космонавтов и перчаток для них: все сочленения надо было сделать двигающимися, а части эти резиновые, я же по специальности резинщица", - рассказывала Варвара Васильевна. Незаметно накопились публикации, создавшие мне авторитет в научных кругах, и я стала ученым с мировым именем. С семидесятых годов меня стали посылать за границу на разные конференции и симпозиумы, я объехала весь земной шар, делая доклады на английском языке... организовала три больших международных конференции (по шесть тысяч человек) у нас, в Советском Союзе". Результаты работ, выполненных под руководством и при непосредственном участии В.В. Черной, позволили создать отечественную промышленность производства резиновых изделий из латексов. Ее заслуги в развитии отечественной химической промышленности получили высокую оценку: ей присуждена Государственная премия СССР, присвоено почетное звание "Заслуженного деятеля науки и техники РСФСР". Имеются правительственные награды: Орден Трудового Красного Знамени, Орден Октябрьской Революции и более 8 медалей. Не раз бывали курьезные ситуации, когда высокое начальство, поручая ответственные задания, обязательно угрожало: "Не выполните в срок, - положите партбилет на стол!". Начальству партийному даже в голову не приходило, что на высоких должностях, которые занимала Варвара Васильевна, может находиться человек без партбилета! А партбилета у нее никогда и не было! Закономерно возникает вопрос: как же это могло произойти в советское время, что верующий человек, дворянка, закончила пролетарский вуз, работала на Оборонном заводе, была допущена к секретной работе, ездила за границу? Ведь за такое, по советским понятиям, можно было лишиться не только работы, но и жизни. "Мне помогали Иисус Христос, и Матерь Божия, и преподобный Серафим, которым я молилась, - просто объясняет Варвара Васильевна. - И, конечно же, митрополит Серафим, который уже был прославлен у Бога. Я говорю это не только по опыту моей молодости, но и по опыту всей моей жизни, которая корнями связана с дедом. Поступление в институт, поездки за границу не могли быть без его молитв. Ведь в анкете писала, что я из дворян. Эта чудесная помощь никогда не оскудевала и теперь ощущается мною даже больше, чем раньше..." Приобретение знаний, занятие наукой не противоречат исканию Царствия Божия. При глубокой религиозности и убежденности в правоте своего дела ученый может принести большую пользу своему Отечеству. Митрополит Серафим писал: "Главное - чтобы дела мирские и земные не препятствовали делу духовному и небесному. Наука должна опираться на религию". Больше всего сожалеет Варвара Васильевна о том случае, когда, оказавшись с коллегами в Бари, у раки Святителя Николая, не опустилась перед ней на колени. "Знаю, что четыре пары глаз за мной следят. Может быть, я могла бы поклониться и больше никуда не ездить." Чувство вины сохранилось у нее до конца дней. "Я сама никак не могу понять, как были все религиозными и вдруг в один миг стали носить красные платки и все свергать. Все рушить. Для России это было испытание за все наши грехи, которые делали не только мы, но наши деды и прадеды - поколения. Поэтому мы скатились так быстро. Старушечки потом вымолили все. Если бы не было старушек, не было бы монастырей - не было бы вообще веры в Бога. Крестьянки, женщины в разных красивых платках, которые приходят в храм и стоят, никогда не садятся, а стоят и четыре часа, и пять часов, если надо; стоят и молятся и несут благодать Божию в свою семью". Наукой надо заниматься в молодости, так как для этого нужна не только работоспособность, но и азарт. Трудоспособность у меня осталась, а азарт исчез... Не каучук, а дед был теперь объектом моего напряженного любопытства: почему он так жил? Что думал? Что чувствовал?". "В 1986 году, когда уже трудиться по специальности стало не под силу, я пошла работать в храм во имя Пророка Илии, что в Обыденском переулке. Радостно было приносить хотя бы маленькую пользу церкви, которую я очень люблю. И вот я благодарю Бога, что Он привел меня именно в тот храм, который связан с именем митрополита Серафима, моего дедушки. Там есть две иконы, написанные им: "Спаситель в белом хитоне" и "Преподобный Серафим в молении на камне". Пришла туда на самую маленькую должность - продавать свечи. Многие мои знакомые изумлялись: "Я - и в храме, у свечного ящика". Но я там за пять с лишним лет много для себя открыла заново и многое в себе изменила. Мне необходимо было победить свою гордость, понять, что все мои звания и заслуги в миру ничего не стоят. Мне надо было обрести смирение, терпение, милосердие". Тогда же Варвара Васильевна приняла постриг с именем Серафима, стала первой монахиней возраждающегося тогда Новодевичьего монастыря, потом его игуменией. В начале 90-х годов она говорила: "Возродится Россия, не может Россия не возродиться. Наука у нас, конечно, и производство сейчас в ужасном состоянии, но это ведь временно. Не может Россия существовать без науки, не может; причем, в России есть очень много талантливых людей".
69 подписчиков