Констанция, Миледи, Кэтти – за всех пела Дриацкая! Как погиб ее дар.
Вы можете не сразу вспомнить ее лицо. Ведь 47 лет пролетело с тех пор, как Елена Дриацкая стала Клариче в музыкальной комедии «Труффальдино из Бергамо». Но ее голос забыть невозможно.
Жить осталось так мало! Мне уже семнадцать лет! – пела ее хрупкая невеста в том фильме.
И все мужчины СССР мечтали спасти разбитое сердце этой прелестницы. А спустя два года этот же голос украсил телефильм «Д’Артаньян и три мушкетера». Констанция, Миледи, Кэтти – за всех пела Дриацкая! Но отчего же сама там не сыграла? И почему роль Клариче так и осталась единственной в ее судьбе?
…Лена получила от Небес бесценный дар. Голос! Хрустальный, чарующий… И потому пела чуть ли не с пеленок. А когда выросла, стала звездой театра музкомедии в родном Ленинграде. Благодаря этому и получила роль Клариче. И после премьеры комедии от счастья летала – ведь обрела славу! А еще у Лены есть муж, которому она вот-вот родит сына… О чем еще мечтать?! Только о новых ролях!
Увы, вскоре театр запретил ей сниматься в кино – мол, баловство. Она дарила голос другим актрисам, а сама оставалась за кадром. А следом – еще удар. В театре и первый-то декрет Лены восприняли в штыки – а кто петь-то будет?! А уже когда она забеременела снова – грянул скандал!
Тебе семья дороже театра! – кричали на нее. – Что ты за актриса?!
После рождения дочурки Елена вернулась на родные подмостки, но ее лиши- ли всех ролей. И бедняжка сломалась. Из-за переживаний разом навалились болячки. А самое страшное – ее дар, хрустальный голос, погиб. Елена даже шептать не могла – не то что петь. И была в отчаянии! Надеялась на поддержку семьи, но…
Полюбил другую. Развожусь, – услышала она от мужа.
Так, в начале 90-х, актриса потеряла все – голос, сцену. Семью! Экс-супруг отбыл в Австралию. И забрал с собой их сына Сашу. Елена сама разрешила – ей, безработной и больной, двух детишек было не поднять. Они в 90-х с дочкой Яной и так еле-еле выжили. Но выжили! Елена хваталась за любую подработку, чтоб копеечку в дом принести. И упражнялась-упражнялась, пытаясь восстановить голос… К счастью, он вернулся. Пусть и не такой волшебный, как раньше. Зато Елену взяли на должность хормейстера. Времена немоты, нищеты и отчаяния остались позади. И ныне она даже говорить о них не хочет:
Это страшно. Когда гибнет все в один миг – кажется, и сама жизнь кончена…