У кого какие заботы, а у кротов всегда весной подтопление их нор-шахт начинается. Наружу бы вылезти на спасение, но там - лисы да собаки… И главный враг – кот Васька, как большой усатый крот, возле нор всегда на посту стоит. Надо как-то проблему решать. Вот старый крот Гаврила по книжкам полазал, почитал там что-то, слов учёных набрался и собрал многочисленное семейство на аврал:
-Будем мелиорацией заниматься.
Не поняли кроты, что такое -«мелиорация». Спросить стесняются. Но слово очень понравилось, чем-то на «механизацию» похоже. Хотя предположили: рыть землю им всё равно мордой придётся.
Один родственничек спросил:
-Может, кабанов на мелиорацию позвать?
Гаврила предложение не принял:
-Они нас всех вместе с землёй наверх выроют. Никакой мелиорации не понадобится.
Полезли на поверхность изучать, что такое «мелиорация». Вылезли ненадолго, пока хищников поблизости не наблюдается. Огляделись. Женщина не вдалеке копает носком сапога землю на дороге, чтобы из лужи воду в канаву спустить.
— Вот вам и вся мелиорация, - говорит Гаврила, - Наше поле - тоже большая лужа, и надо её в речку спустить.
-А мы, значит, - сапоги у этой дамочки, - обиделись, проникнувшись образностью учёного главы, кроты.
-Ну можно сказать и так, - торопился с разъяснениями Гаврила. – Часть из вас, во главе со мной, будет готовить центральный коллектор – ту же канаву, куда спускается вода из лужи, только под землёй, и пойдёт она по всему полю вон на тот снежный холмик на берегу реки. Остальные - будут рыть боковые ходы к этой канаве. Так и спустим всю воду в реку.
Тут сразу же и исчез Гаврила с подопечными с поверхности, вводя в недоумение приближающегося кота – столько кротов совсем рядом было, и вдруг – ни одного! Поблазнило, что ли?
Потом кот услышал шум под землёй, будто там шуровал маленький экскаватор. Кроты не любят делать большие пробелы между словами и делами – сразу включились в работу. Кот бегает по полю – везде шум стоит. Много кротов на этом поле жило. Почва мягкая, подходящая для рытья шахт и мелиорации. Больше времени на центральную канаву ушло.
Наконец и ту вырыли. С боковых ходов в неё воду пустили и последний штрих – в реку земляную дамбу на конце канавы надо разрушить. Но бугорок, на который коллектор выводили, крепким орешком оказался – грунт слишком плотный…
Кроты упёрлись что есть силы и вывалились вместе с начавшей поступать водой к медведю в берлогу…
-Такого ещё не бывало. Обмочился я что ли? - заворочался медведь. Чуть кротов всех не передавил. И тут как фонтан из всех щелей засвистит... Вскочил на ноги медведь с рёвом, сразу всю берлогу вверх поднял. А там кот стоит, радостный в ожидании добычи.
-Ах, дак это ты, Васька, шутки шутишь!
Тут уж кот взревел по-тигриному, — вот так крот вылез к нему из земли! Сразу - хвост трубой да - быстрей с Кротова поля. А медведь не отстаёт:
-Задеру-у-у!
Васька догадался с ходу на электрический столб на краю поля залететь. Медведь пошатал столб и не ушатал, ушёл в лес недосып гасить.
А Васька так ничего и не понял. «Видно, за зиму кроты с медведей выросли!» - думал он напуганными мозгами. И до темноты со столба не спускался - мало ли что. Хоть зад кошачий на острой макушке не умещался и болел очень.
Так кроты одним махом, сами того не подозревая, своей мелиорацией от двух главных врагов избавились - воды и кота.
Теперь Васька на их поле путь заказал. Вода сама собой утекает, не задерживается на поле. Живи – не хочу припеваючи дальше.