В то далёкое время детства, когда после сгоревшего болотного камыша (тростника) у дедовского сарая, были высажены вишни в два ряда.
Саженцы прижились и быстро пошли в рост.
В один из солнечных и довольно тёплых весенних дней, стояла штильная погода, вишни дружно зацвели.
Белоснежность лепестков среди зелёных листочков манило к себе.
Ближайшие деревца вишни росли в нескольких метрах от дома, я стал прохаживаться среди небольшой вишнёвой аллеи.
Останавливаясь на несколько секунд, рассматривал цветки вишни и прислушивался к гулу, который издавали пчёлы, перелетая от цветка к цветку.
В каждом ряду росло штук по шесть вишен.
Те деревца, которые росли у поливной канавы, можно сказать, выглядели пушистее и выше, тех которые росли у дорожки к туалету.
Я прошёлся по аллее и остановился у последней вишни возле канавы.
Здесь под тёплым солнцем стоял и наблюдал как трудолюбивые пчёлы, перелетая с цветка к цветку, собирали нектар.
Пробовал проследить за одной пчелой и пытался понять, как она обнаруживает, есть ли в цветке нектар.
Но пчела выделывала такие виражи среди веточек вишни, что уследить требовало внимания и упорства.
Моё внимание привлекли жёлтые утолщённые мешочки на задних ногах пчёл, я сразу сделал вывод, туда они складывают мёд.
Мне хотелось посмотреть на это вблизи и конкретно рассмотреть, возможность изъятия мёда.
У меня ловко получалось схватить ближайшую в себе пчелу с цветка, если хватал пчелу за одно крыло, то чувствуя, как она выворачивается, отпускал, а вот когда прижимал оба крыла, вот тогда с любопытством рассматривал пчелу, немного по трепыхавшись, она успокаивалась.
Посмотрел одну пчелу, отпускал, ловил другую.
Я слышал от других, что пчёлы больно жалят, уже испробовал на себе укусы ос, а вот пчелы меня ещё не жалили.
Моё познание анатомии пчёл была не велика, поэтому сделал вывод, что пчёлы кусают также как и комары.
Удачно схватил левой рукой очередную пчелу, стал внимательно разглядывать хоботок у головы, да по сравнению с комариным, довольно мощный.
Пчела, подрыгавшись немного, успокоилась, только брюшко ходило ходуном, то свернётся, то вытянется.
- Злится, думал я, как кот виляет хвостом, когда не доволен, так и эта пчела двигает брюшком.
- Ладно, сейчас отпущу, полетишь собирать нектар, только вот посмотрю и потрогаю кончик брюшка.
Указательным пальцем правой руки дотронулся до тонкого выроста в конце брюшка.
Такой боли я давно не испытывал, да ещё так неожиданно, я взревел, моментально разжал пальцы, которыми держал пчелу и уставился на горящий огнём указательный палец.
Там увидел небольшую торчащую колючку, которая шевелилась, это ещё больше меня напугало.
Дома я был один, звать на помощь было не кого, от боли и страха побежал на зады огорода, привычка наверно у меня была такая, когда попадал в неприятную историю.
С глазами полными слёз бежал по огороду, предметы попадавшиеся на пути, видел в размытом виде, лавируя между кустами виноградника, выбежал за огороды.
По доске, лежащую через канальчик, перебежал на другую сторону.
Сразу сообразил, сунуть палец в воду.
Вернулся, уселся на доску, палец сунул в воду, почувствовал небольшое облегчение, вытер слёзы.
Вытащил палец из воды, стал дуть на него, чтобы немного унять боль, увидел торчащее жало, которое со страху не сразу вытащил.
Снова дул на палец, чувствовал, как разрывало палец изнутри, боль пульсировала с каждым ударом сердца.
Время проходило, а боль меньше не становилась, я уже не мог определить, что лучше дуть на палец или держать его в воде.
Терпение кончалось, а по пульсирующей боли можно было точно сосчитать пульс.
Не проходящая боль навела меня на неприятную мысль, а вдруг такая боль навсегда и так мне стало себя жалко, что стал я всхлипывать и постанывать.
Прошло нескольких часов, и я не заметил, что боль утихла, только неприятно давила изнутри.
Держа указательный палец навесу впереди себя, вернулся домой, обходя цветущие вишни стороной по другой дорожке, слыша как там дружно гудели пчёлы.
И эти полученные познания крепко и на долго засели в моей голове, что пчела хоть и мала, но может кусаться больно.
А что вы хотели, должна же она уметь защищать свой мёд, собранный с таким трудом, перелетая с цветка на цветок.