При проведении регламентных работ электросилового и наземно-проверочно-пускового электрооборудования начальнику третьего расчета лейтенанту Горшкову выдали положенных 6 литров спирта для удаления влаги, путем промывки соединительных шкафов (ШС). Из всего полученного, мне – технику электрику было выделено, как всегда, две емкости по 400 грамм каждая. Для опрыскивания внутренней поверхности ШС, этот спирт я использовал по назначению. В качестве премии мне, за проделанную работу, было выдано еще 250 грамм для личных нужд. Остатков спирта для одного Горшкова было многовато, поэтому приходилось делиться и с другими сослуживцами. В одно время я находился в аппаратной десятой пусковой установки в шахте, кроме меня был еще и лифтер ефрейтор Воробьев, пришел командир 10 группы подготовки и пуска старший лейтенант Мартыненко, ему необходимо было спуститься на 6 этаж шахты. Он поставил на стол лифтера полную бутылку спирта, велел Воробьеву охранять содержимое и спустился на лифте на 6 этаж. После выполнения каких-то работ командир группы поднялся обратно, а оставленная им бутылка исчезла. Воробьев сказал, что отлучался от стола и где спирт не знает. Мартыненко пришел ко мне в аппаратную с претензией, я отрицал свое участие в исчезновении бутылки. Командир группы собрал нас двоих у лифта и стал выяснять кто из нас воришка. Мне было очень неприятно чувствовать себя вором, и я сказал ефрейтору перестать шутить и вернуть спирт. Воробьев обозвав меня «стукачом» и вернул бутылку. Вечером мы вернулись с боевой стартовой позиции в казарму. Здесь офицеров не было и мы с Воробьевым выяснили отношения, я попал кулаком ему в лоб чуть выше переносицы, сначала появилась большая шишка, а потом два огромных синяка под глазами. Поединок длился не долго, нас растащили.
Вечером в казарму пришел дежурный по дивизиону, мой начальник расчета лейтенант Горшков, он увидел лицо Воробьева и спросил у меня, что с ним случилось. Мне пришлось сказать, что он упал с брусьев. Горшков посоветовал ефрейтору быть осторожней со спортивными снарядами, а Воробьев пожаловался, что это моя работа. Когда лейтенант узнал причину нашего конфликта, то похвалил меня.
