Нурбану-султан ещё раз перелистала страницы книги расходов и раздражённо отодвинула от себя толстую тетрадь. Траты венецианки становились всё больше, уже давно выйдя за все разумные рамки.
- Позови ко мне Газанфера-агу, Разие.
- Как прикажете, госпожа. Вы собирались отдать распоряжения по поводу празднования Рамадана, сделаете это сейчас?
- Поговорим позже, Разие-хатун, я очень устала.
Нурбану понимала, что в казне гарема нет средств даже на скромные благотворительные обеды и подарки для нищих и сирот, а ведь этого доброго дела ждали от Валиде-султан, оно было известной и любимой традицией в Османской империи. В Стамбуле и за его пределами гадали, чем же в этом году мать султана порадует своих подданных.
С трудом скрывая раздражение и беспокойство, венецианка кивнула хазнедар на дверь и женщина послушно вышла.
- Вас что-то огорчило, Нурбану-султан? - главная калфа настороженно посмотрела на свою хозяйку: от ее взгляда не укрылось, что изученные записи расходов испортили настроение султанше.
- Я в замешательстве, Джанфеда. Боюсь, что скоро своды этого дворца обрушатся на мою голову...
- Откуда такие мысли, госпожа? В гареме все только и говорят, что о вашей щедрости! Девушки так довольны своими новыми нарядами! А как чудесно стало на этаже наложниц: стены расписаны прекрасными цветами и дивными птицами, а матрасы, на которых теперь спят наложницы, мягкие, будто облака. Эти перемены стоят каждого потраченного вами акче, не корите себя...
- Не на этаже наложниц самые большие траты, Джанфеда, а вот здесь, - Нурбану кивнула на неразобранные сундуки, стоявшие у стены, - я выкупила все украшения Михримах-султан, что выставили на торги, все меха, и... и, - Нурбану схватилась за голову, - о, Аллах, я и сама уже не помню, что лежит в этих сундуках!
- Можно оставить часть вещей, просто выберите и продайте то, что вам не нужно...
- Нет, Джанфеда, это невозможно. Что обо мне скажут? Нужно найти другой способ улучшить наше положение.
- Хотите взять в долг у той киры?
- Нет, конечно же нет. Мураду это не понравится, ты знаешь, наши отношения итак сейчас переживают не лучшие времена...
Женщины повернулись на звук открывшейся двери.
- Вы звали меня, госпожа?
- Да, Газанфер. Сообщи Кизилахмедли, что нам с ним нужно встретиться как можно скорее. Завтра утром пусть ждёт меня в мраморном павильоне.
- Что вы задумали, госпожа?
- Ахмед-паша давно говорил мне, что не все визири в совете дивана занимают свое место по праву... в то время, как есть более достойные мужи, готовые отблагодарить нас за содействие в получении хорошей должности... думаю, пришло время прислушаться к его разумному совету...
___
Поместье Михримах-султан в Бейшехире было несоизмеримо меньше, чем дворцы, к которым привыкла Айше-Хюмашах. Детские воспоминания, как это часто бывает, исказили реальность: двухэтажный домик с несколькими комнатами, казавшийся юной дочери Михримах-султан просторным и светлым, сейчас предстал перед молодой женщиной во всей своей неприятной правде: местами обветшалый, будто даже покосившийся, давно не знавший заботливой руки. Больше десятка лет за поместьем приглядывал одинокий старик, Онур-ага, сейчас растерянно склонившийся перед Айше-Хюмашах, которая и сама выглядела обескураженной увиденным. Семиз Ахмед взял супругу за рукав, тихо заговорив:
- Айше, до Коньи отсюда около часа езды. Сейчас во дворце никого нет, и мы могли бы провести там некоторое время, разумеется, сообщив об этом повелителю и получив его разрешение. Лучше бы, конечно, было сделать это заранее, но я уверен, что Султан Мурад не будет против, зная, что тебе в последнее время пришлось пережить.
Айше покачала головой:
- Нет, Ахмед, мы останемся здесь. Пусть слуги начинают заносить вещи.
- Госпожа, - наконец-то подал голос смотритель поместья, - пусть ваши слуги сначала уберут в доме, много лет я не поднимался на второй этаж. А я пока угощу вас чаем, если позволите. Вы, должно быть, устали с дороги, пойдёмте вот сюда.
Повар, которого Айше-Хюмашах взяла с собой в поездку, подняв глаза в небо поблагодарил Аллаха за то, что настоял привезти достаточно провианта и утвари, ведь стало очевидно, что и рынки в Бейшехире уступали Стамбульским. Помощники расторопно доставали из повозки корзинки со снедью, которой предстояло накормить семью султанши после неблизкого пути.
Айше-Хюмашах дала распоряжения служанкам и евнухам, и те отправились приводить в порядок комнаты для госпожи, её супруга и детей.
Только к вечеру все наконец-то было готово. Султанша сидела на диване у хорошо растопленного камина, перебирая пальцами длинные волосы дочери, положившей голову матери на колени. Впервые за долгие недели молодая женщина улыбалась, вспоминая, как у этого камина любила проводить время с братом, султанзаде Османом.
- Я принес ещё дров, госпожа. Теперь не замёрзнете, Иншалла.
- Довольно, Онур-ага, этого хватит. Помнишь, как в детстве Осман любил играть с поленьями? Он вытаскивал их снизу по одному, так, чтобы не рассыпать всё, и очень радовался, если это ему удавалось.
- Как не помнить, госпожа. Славный был ребенок. Пусть горят в аду злодеи, погубившие нашего султанзаде Османа.
- О чем ты говоришь, ага? Осман погиб из-за несчастного случая...
- Простите, госпожа, сказал сам не знаю что...
Мужчина испуганно засуетился, споткнулся, уронив пару поленьев, и, извиняясь, стал пятиться к выходу.
Читать далее нажмите ➡️ здесь
Вы прочитали 336 главу второй части романа "Валиде Нурбану", это логическое продолжение сериала "Великолепный век".
Читать первую главу тут.
Реклама ООО БМГ
ИНН 6685000955
Erid: 2Vtzquzij6c