1 глава.
С чего начались злоключения нашего героя.
Красное солнце уже коснулось горизонта. Конец Зимы в Краснодарском крае иногда давал такие вечера,
что понять какое время года не могли даже птицы и чирикали по-весеннему.
Закончилось последнее выступление передвижного цирка шапито.Звери ели нехитрый ужин. Артисты больше выпивали и вспоминали прошлые гастроли. Всегда успешные и фееричные, потому-что раньше всё было лучше:
— Эх помню в Одессе, зал просто рыдает...
— Какая Одесса. Наше всё маленькие городки. Все дамы без ума от артистов. Помню в Жмеринке, выхожу на арену и понимаю, в глазах всех зрительниц я уже накормлен, напоен и раздет...
— Это с тех пор ты жилетку на голое тело носишь? — раздался недружный смех, подняли ещё по рюмочке.
В вагончике директора, за столом, сидели двое. Старая цыганка, совершенно литературного вида.
Огромная шаль с кистями, серьги, монисто. Картину могла бы дополнить трубка, но увы, 21 век наложил свое дыхание на этот древний народ. Цыганка затянулась сигаретой, выдохнула голубой дым в потолок и положила сигарету в пепельницу в виде медведя.
Напротив, облокотив локти на стол, сидел не менее фактурный персонаж. Чёрные кудри, огромные карие глаза, орлиный нос, красная атласная рубаха с жилеткой. Конь, гитара и бескрайняя степь его стихия, но ужасный 21 век, увы оставил свой след. В руках "ромалы" вертел мобильный телефон и очевидно очень нервничал.
— Мамо, я не знаю, как этот медвежонок, притворившись змеей, залез в клетку к тигру. Видит бог, я не хотел чтобы он стал обедом. Я желал ему долгих лет, тем более, что он уже продан, в зоопарк богатого человека. Аванс потрачен, возвращать нечего.
— Если бы мы были с гастролями в Одессе, я бы сказала тебе:" Только глупый сын торговки с Привоза, ищет экономию на клетке с тигром. Он думает, что если тигр не может выйти,то к нему никто не зайдет. Шлемазл, одно слово, все объясняет."
— Мамо, мы цыгане, а не евреи.— попытался возразить ромал.
— Я, цыганка, а ты шлемазл или "подс". У цыган нет таких идиотов и подходящего слова нет.— цыганка ещё раз затянулась сигаретой и затушила её в голове медного мишки.
— Я найду деньги и верну Князю задаток за медведя.
— Ты взял деньги, дал слово. Князь услышит твою страшную историю, расплачется и скажет не надо денег давай вместе поплачем о дохлом медвежонке. Извиниться, придется всем что у тебя есть. Благодаря тебе, старая мать потащит кибитку на своем горбу. Если цыган обещал он выполнит обещание. Обещал продать, продаст. Твой прадед обещал генерал-губернатору Одессы привезти зебру и привез. То, что после дождя она стала белой кобылой, только добавило твоему прадеду уважения среди цыган. Никто не хочет видеть себя дураком и губернатор не стал кричать, что он идиот перепутал кобылу с зеброй.
— Медведь не лошадь, где я возьму мохнатое, бесхвостое, зубастое, на медведя похожее?
— Когда бог послал мне сына, я не просила для него мозги осла. Лошадь-зебра, кошка-кролик, собака-медвежонок, цыган -факир, который превращает клячу в скакуна. Так было, так будет. Лохматый, бурый, значит медведь. Дальше, что выросло, то выросло. Табор собрался и ушел в степь.
2 глава.
Про то, как маленький тибетский мастиф появился на свет и свет сразу повернулся к нему задом.
Мать и отец, дают жизнь, но за миг, перед входом в реальный мир, далекие предки: Бабушки, прадедушки и другие прапра, наделяют новорожденного всем, что поможети ему пройти эту жизнь до конца. Говорят у зверей нет души, но как объяснить, почему антилопа отдает себя в пасть гепарда, чтобы её дети могли спатись.
— Мих-мих, открывай глаза уже пора,—ласковый голос в голове настойчиво уговаривал маленького щенка наконец открыть глаза, но маленький Мих-мих каждый раз откладывл это событие. Ему нравился теплый уютный мир, в котором есть только свет, тепло и ласковые голоса предков. Каждый из них дарил ему то, что обязательно пригодится в реальной жизни: отвагу, хороший нюх, выносливость, природную сообразительность. Только одно, самое ценное, предки не могут нам дать при рождении - удачу. Её каждый добывает сам.
Мих-мих открыл глаз. Свет из приятного, стал резким. Запахи стали острее. Один из них прямо звал к себе, запах молока и мамы. На пути к запаху торчали мохнатые, хвостатые зады и Мих пополз на запах, распихивая лбом братьев и сестер.
Время шло быстро, щенки росли, к приятному запаху мамы добавился запах хозяйки, которая приносила вкусняшки. Появились приятные вкусы, веселые развлечения, а запахов стало больше и Михмих забыл теплый мир с голосами и принял жизнь игр с братьями и сестрами, вкусняшками и сном, в котром игры продолжались.
Зазвонил телефон, хозяйка посмотрела, номер был незнакомый.
— Алло
— Бонджорно. Я читать, вы продавть тибетских мастифов?
— Да, у меня есть щенки тибетского мастифа, но они еще очень маленькие, я буду продавать их, но позже.
— Мне очень хвалить ваш собак, я читать фейсбук, вы пентакампионе.
— Большое спасибо, но щенки еще очень маленькие, вы можете выбрать, но забрать позже, примерно через месяц.
— Мне нельзя ждать, я срочно лететь Италия. Я заплачу вам 10% больше.
— Нет. Вы можете выбрать но заберете позже.
— Хорошо, я выбрать и оставить аванс.
— До встречи.
Михмих проснулся от голосов и противного запаха. Один голос был приятный, роодной, а второй пах противно, от него веяло враждой и опасностью.
— Вот они наши красавцы.
— Где есть коричневый, я хотеть коричневый.
— Красных нет. Только черо-подпалые.
— Я не хотеть красный, я хотеть медведь, большой собака-медведь.
— Он и будет как медведь, только черный с коричневой мордой и белой грудью. Смотрите какой красавец.— Хозяйка подняла Михмиха на руки и отдала незнакомцу. Запах незнакомца стал еще сильнее и отвратительней. Мих не знал, что так мерзко пахнет табак и с ним ещё много раз придется встретиться. Еще от него пахло разными зверями. Теми, что едят траву, Мих точно знал, что они съели траву. И кошками, только сильнее и противней. Как пахнет кошка Мих уже знал.
Незнакомец поднял щенка и в это время раздался БАБАХ!!! Вольер начало заволакивать дымом. Снаружи раздались крики: "Пожар." Иностранец закричал: "Пожар," и рванул к выходу. Хозяйка упала на колени, сгребла оставшихся щенков в охапку и побежала за ним. Дым рассеялся, пожара не было. Иностранец растворился, а с ним пропал и Михмих.
На сельской дорге стояли два ярких брюнета и их диалог не походил на дружескую беседу. Они махали руками и тыкали пальцем в открытый багажник.
— Ты зачем взорвал!? Идиот!
— Ты же сказал, возьмешь на руки, поднимешь над головой, я бах, ты смываешься.
— Она мне его сама сунула.
— Зачем поднял?
— Я отдать хотел.
Мих увидел свет. Сначала было темно и душно, его швыряло из стороны в сторону, страх сковал всё маленькое тело и жутко воняло. Потом швырять перестало, появился свет. В квадрате синего неба стоял тот противный и другой. Они громко кричали, махали руками и тыкали в него пальцами. Мих зажмурился. Из розового сна ему пришел звук, который точно передал состояние маленького щенка, жизнь которого дала большую трещину. Он впервые его услышал от себя, звук обиды, разочарования и утраты той счастливой жизни из которой его забрали эти два мерзавца. Из багажника раздался щенячий визг. Мужчины посмотрели внутрь, щенок забился в угол и жалобно скулил.
— Будет гималайским медведем, они черные.
— Дурак ты..., гималайский. Отдадим гримеру, пусть думает.
Глава 3
Печальная глава, как Михмих стал медведем.
В вагончике возле зеркала шла бойкая беседа. Уже известный нам персонаж "Цыганский итальянец", что-то с жаром объяснял, а его собеседник только качал головой, всем видом показывая категорическое нет.
— Я не живодер, я гример, работник искусства!— Не знаю, как назвать наполовину лысого, наполовину седого господина, который с пафосом подняв палец к потолку вещал в позе Отелло о своём ремесле.
— Дядя Яша, дорогой вы мой человек. Вы из Аллы Ивановны делаете русалку, хотя у неё почтенный возраст, огромный зад и усы. Если мы не сделаем из этого пса медведя, мы больше не будем работниками искусства. Мы будем бездомными бродягами.— пытался уговорить седо-лысого Отеллу уже знакомый продавец медведей.
— Хоршо, только из любви к искусству, но это большой удар по моему имиджу.
— Даже больший, чем шутка нашего коверного?— дядя Яша поморщился, а гад улыбнулся, как могут улыбаться только мерзавцы.
— Хорошо. Какого медведя будем делать? Белого, бурого, гималайского или нам необходим североамериканский гризли?
— Гималайский подошел бы больше, но продан бурый.
— Бурый, так бурый. Несите артиста.
Михмих сидел в клетке в темном сыром помещении. Вокруг в клетках что-то сопело, фыркало. Из дальнего угла ужасно воняло огромной кошкой. Было страшно, хотелось есть и домой. Мих закрыл глаза, в памяти всплыли сестры и братья, мама, хозяйка, снова захотелось завыть, но в голову вернулся ласковый голос из самого начала жизни.
— Михмих, ты сильный, ты бесстрашный, ты выйдешь на волю. Никогда не сдавайся, даже если весь мир будет против тебя, борись. Помни мы всегда рядом.
Открылась дверь , в помещение попал уличный свет. В углу зарычала кошка. Мих посмотрел туда откуда шел рык.
— Какая она огромная! Неужели Мурка хозяйки станет такой большой.— Мих вспомнил кошку, которая иногда проходила мимо их вольера. Сестренка очень хотела ухватить ту кошку за хвост.
— Эту за хвост совсем хватать не хочется, вон зубы у неё какие, жуть.— подумал Мих и попятился в самый тёмный угол клетки.
К клетке подошел мерзавец, пахнущий табаком.
— Ну что кабыздох, пойдем, дядя сделает из тебя медведя.— вонючий гад накинул на шею Михмиха веревку и потащил за собой. Мих упирался, пытался рычать, кусать веревку, но чем сильнее он упирался, тем крепче веревка сжимала горло и становилось трудно дышать.
— Ай красавец, вылитый мишка. Лапы огромные, рычит кусается, цвет поправим и всё. Золотой ты мой Потапыч.— цыган затащил щенка в вагончик и посадил на стол. Мих почти задохнулся, но продолжал упираться и рычать. Другой, не такой мерзавец, пах совершенно иначе. Его запах, не такой отвратительный, был похож на пыль из угла вольера и сено. Он аккуратно снял с Миха веревку, погладил по голове, взял в руки уши и поднял вверх.
— Великоваты для медведя.
— Подрежем.
— Себе подрежь. Загнем, поднимем, подклеим, шерсть покрасим. Что с хвостом будем делать?
— Сделай шерсть и уши, а с хвостом, я разберусь.
Михмих брыкался, кусался, но руки были сильнее. Его мазали какой-то гадостью, тянули за уши, чем-то обсыпали, дули горячим ветром. Он уже совсем обессилел, когда экзекуция закончилась.
— Ну вот, кажется всё.— Сказал другой глядя с удовлетворением на свою работу.
— Дядя Яша, вы факир, волшебник. Медведь получился даже лучше, чем был настоящий. Винни Пух. Вылитый Винни. Ты будешь Винни.
— Искусство ярче чем жизнь, по-этому люди и ходят смотреть на актеров, у них все ярче, сильнее, интересней. В театре любимая девушка не ест макароны и боже упаси никогда не пукает...— дядя Яша вздохнул, — а в жизни бывает.
Гад взял Миха на руки и вышел из вагончика.
Запахи в помещении, куда мерзавец притащил Миха были совсем незнакомые. В природе они не встречались, по-этому вызывали опасения. Мих ещё не знал, что этот запах навсегда будет связан с сильной болью. Посредине стоял железный стол, сверху круглая лампа, у стены шкаф. Из шкафа шел этот странный запах. Цирковой ветеринар работу свою не любил, зашивать раны тигров, кастрировать лошадей и рвать зубы медведям было весьма опасно и не очень денежно. На скотобойне, где он работал до этого, было спокойней, но любовь к алкоголю привела его сначала в нарко-лечебницу, а потом в передвижной цирк. Григорий любил работать с животными, по-этому купил себе диплом ветеринара и продолжил делать то, что делал всю жизнь — убивать зверей, тем более, что в отличии от бойни, здесь доступ к спирту был практически неограниченный.
Негодяй поставил Миха на стол.
— Видишь медведя? — спросил гад.
— Вижу. Самый редкий зверь в природе, медведь с хвостом.— ветеринар икнул и продолжил.— Сегодня на арене цирка единственный в мире хвостатый медведь. Публика в восторге касса полна, аплодисменты.
— Нет, медведь нужен обычный.
— Нужен обычный, отрежем хвост, оригинальный — пришьем хобот, всё в наших руках.
— Если сдохнет, я тебе отрежу и пришью вместо носа хобот.— негодяй пытался глядеть на ветеринара максимально угрожающе, но после скотобойни на этого персонажа могло повлиять только применение силы, причём в грубой форме.
— Обижаете, эту операцию ветеринары проходят на первом курсе.— Григорий безбожно врал, не было ни первого курса ни последнего. Единственный опыт по отрезанию хвоста у него был в детстве, когда он решил из дворняги, которая жила во дворе, сделать щенка алабая. Бизнес по продаже элитных щенков не пошел, но дворняга выжила. Мужик в белом вынул из ящика блестящие штуки и начал раскладывать их на столе. Одна из них со звоном упала на пол. Он поднял её и положил на стол.
— Продизенфицировать не нужно? — спросил гад.
— Ах да, конечно.— доктор открыл шкаф , взял колбу с прозрачной жидкостью, выдохнул, сделал глоток, зажмурился, задержал дыхание. Потом взял железяку, еще раз выдохнул уже на нее и обтер об халат.
— У собак прекрасный иммунитет, не зря говорят, заживает, как на собаке.— доктор поискал глазами закуску, но алоэ на окне заставило лишь поморщится.
— Сдохнет, прибью. Надо анестезию сделать.
— Точно.— доктор ещё раз открыл шкаф, достал ту же колбу и шприц для клистиров. Набрал в него больше половины и повернулся к негодяю.— Держите его коллега.
Мих брыкался упирался, вырывался, как мог, но безжалостные руки открыли его пасть и мерзкая жгучая жидкость огненной струей влетела в рот. Дыхание перехватило. Всё вокруг поплыло, голоса стали дальше. Резкая боль пронзила весь позвоночник Миха, от хвоста до самой шеи и он потерял сознание.
— Очнулся, а вы говорили сдохнет. Я профессионал как никак. Перед отправкой клиенту рекомендую ещё 50 грамм анестезии. Так сказать антистресс.— Услышал Михмих сквозь серую пелену и снова провалился в небытиё.
Глава 4.
В которой негодяй будет наказан, а Михмиху откроется дверь в новую жизнь.
Усадьба Князя стояла на берегу реки. Каменный дом с колоннами, перед домом фонтан в виде льва и вокруг шикарный газон с гуляющими павлинами. Сзади дома был роскошный парк, из него были слышны звуки зверей. На балконе, за столом, сидели двое мужчин. Старший — грузный , спокойный, уверенный в себе. В английском языке есть слово: "Сэр", которое сразу расставляет участников беседы по рангу. Не найдя в современном русском языке подходящего наименования своей персоне, дядя выбрал себе статусное наречение —"Князь". То, что на войне именуют позывной, если войны нет, имеет менее статусное название: "кликуха" или вообще "погоняло".
— Князь, смотри какой красавчик.— второй собеседник был молод, худ и носат. Карие глаза бегали по сторонам, словно боялись остановиться на одном предмете. На войне, ему подошел бы позывной "Шнырь", как впрочем и в мирной жизни.
— Забавный, а что такой смирный, сдохнуть хочет?
— Ты что, Князь. В дороге укачало.
В клетке лежал рыжий зверь, лохматый, похожий на игрушечного медведя. Вокруг клетки бегала девочка лет шести, наряженая принцессой с огромными бантами на голове.
— Мишка, мишка, какой красивый мишка. Почему он спит?— девочка посмотрела огромными голубыми глазами на носатого.
— Он устал, он далеко ехал. Его зовут Винни.— Шнырь говорил не глядя в глаза девочке, натужно улыбаясь.
— Винни, Винни, папа, у нас есть свинка, она будет Пятачок! Папа, купи ослика! Хочу ослика, Иа Иа Иа!— Девочка начала скакать на одной ноге. То ли изображая ослика, то ли призывая мультяшного персонажа.
— Игорь сходи в кабинет, там на столе конверт, принеси сюда.— сказал Князь своему охраннику.
— Достань зверя, посмотрим на него поближе.
— Может не надо. Он устал, когда отдохнет, тогда и переселишь.— Шнырь вымучил улыбку.
— Я не чучело покупаю. Доставай.
Михмих лежал, его мучила жажда, тошнило. В голове братья и сестры бегали прямо по мозгам и лаяли так, что хотелось засунуть голову в воду и выгнать их нафиг. Мих не знал, что в мире людей, у этого состояния есть название — похмелье. Мерзкие руки потащили куда-то наверх, глаза открылись и перед мордой Мих увидел нос. Мерзкий нос, пахнущий табаком, который забрал его из счастья. Мих собрал последние силы, с грозным ГАВ вцепился в этот мерзкий нос и начал трясти его из всех оставшихся щенячьих сил. От такого звериного рвения пластырь с ушей отклеился и они развернулись в крылья ангела мести, который готов был умереть но не простить мерзкого вонючего гада, который принес в его жизнь столько страданий.
— Винни, Винни !!! — Девочка закрыла лицо руками.
— Ах ты ...— Дальше шло упоминание мамы Михмиха, мужчин, накрашенных в женщин и того, что он готов был с ними сделать.
Князь схватил мерзавца за ворот пиджака и начал трясти гада сзади. Мих отлетел в сторону и упал без сил.
— Папа, Винни хороший, я хочу Винни.— девочка гладила папу по руке.
— Доча, ты видела, он укусил дядяю.
— Дядя сам виноват.
— Дядя виноват, его папа накажет. Я тебе куплю ослика.— Князь погладил дочку по голове.
— Иа, Иа, Иа — девочка заскакала вокруг отца.
— Мы отдадим Винни девочкам, у них много разных собачек и они найдут ему других хозяев.— Князь позвонил в приют и машина уже выехала. Девочка уже забыла про щенка, её больше интересовал ослик.
Михмих лежал в клетке. Рядом была еда, вода, но внутри что-то изменилось. Запахи были серые, свет блеклый. Не хотелось ни играть, ни скакать. Он не знал,как это называется, но вспоминая вольер с братьями и сестрами, хотелось издать звук, как тогда, в багажнике мерзавца. К клетке подошла девушка. От неё пахло другими собаками и вкусной едой. Не противная, подумал Мих, но на всякий случай отвернулся. Последнее время чужие люди не приносили ничего хорошего.
— Малыш, давай дружить,— девочка открыла клетку и потрепала Миха за ушами.
— Ты Мишка, бедный Мишка.— сказала девушка.
— Не Мишка, не Винни, фу гадость, меня зовут Михмих.
— Нет, для Мишки, ты слишком серьезный. Миха.— девушка ещё раз повторила,— Миха, Миха.
Михмих поднял голову и посмотрел на девушку.
— Миха, Миха.— радостно повторила девушка.
Миха, конечно не Михмих, но точно лучше Винни. Подумал Мих. Девочка, чем-то напоминала хозяйку, от неё пахло добротой и вкусняшками. Мих вильнул хвостом, но ничего не произошло. Он ещё раз попробовал, но хвост не слушался. Мих зажмурился,
напряг все оставшиеся силы и махнул хвостом. Весь круп пришел в движение.
— Миха, Миха.— девушка захлопала в ладоши. Мих ещё раз помахал тем, что осталось от хвоста и подумал, что на негодяя она совсем не похожа.
Михмих раскачиваясь ехал на хорошей девушке и смотрел на клетки со зверями. Они лениво лежали без смысла в жизни. У них не было смысла, а у Миха был, у него была хозяйка, добрая хорошая хозяйка. Проходя мимо одной из клеток, Мих увидел в ней Негодяя. Он прижал свою мерзкую рожу с прокушенным носом к прутьям клетки и мысленно выл. Это Михмих отлично услышал. Когда девушка поравнялась с клеткой мерзавца, язык Миха вывалился на всю длину. Было не то, чтобы жарко, но как то само собой получилось. Мих не знал, что у людей, высунутый язык, самая страшная дразнилка. Из клетки с негодяем раздался вой, или скуль, или нытье. Человеческий язык Мих ещё не очень понимал.