– Видимо, это от того, что мы прожили слишком долго вместе, – размышляла Нина, – Родные ругаются, бывает, а тут, считай, посторонние люди столько лет терпят друг друга.
Предыдущая часть рассказа здесь
За прошедшие годы вся благодарность Виты поистратилась. Поначалу она была более-менее доброжелательна, хотя холодок в её голосе никогда не таял.
Но со временем раздражительность становилась всё очевиднее, и через несколько лет женщина перестала скрывать её. Видно было, как тяготит соседку поневоле общество хозяйки квартиры.
Вита хотела устроить свою личную жизнь и часто пропадала где-то, но неизменно возвращалась обратно раздосадованная. По-видимому, серьёзных отношений с мужчинами у неё не складывалось.
Каждая попытка проходила по одному сценарию: сначала порхающая, воодушевлённая, она надеялась на удачу, и в такие дни даже добрела. Отношения могли тянуться месяцами, иногда расстраивались быстро, в перерывах между ними Вита была мрачнее тучи.
Годы шли, ничего не изменялось. Женщина злилась, что стареет, своё недовольство вымещала на бывшей свекрови, которая мало того, что мешалась под ногами, так ещё и делала замечания иногда.
Так как Вита бывала набегами, она могла замочить бельё в ванне и пропасть на неделю, уйти, разбросав в прихожей вещи, не задумываться о том, что в квартире надо периодически делать уборку.
Поначалу она делила коммунальные расходы пополам с Ниной, но потом перестала отдавать свою часть оплаты, вследствие чего начали появляться долги по квартплате.
Ответ за них довелось держать хозяйке, ей пришлось расплачиваться своёй пенсией. Денег не хватало, ведь она больше не работала. Потом какая-то добрая душа надоумила Нину разделить с жиличкой лицевые счета.
Вита обозлилась ещё больше, их проживание можно было сравнить теперь с затянувшимся сражением, на котором бывали иногда затишья и перемирия, перемежающиеся новыми стычками.
В силу возраста хозяйка могла по рассеянности не выключить свет, оставить ключ в замке или обувь на проходе. Тут уж начинала бушевать Вита, не стесняясь в выражении эмоций.
– Видимо, это от того, что мы прожили слишком долго вместе, – размышляла Нина, – Родные ругаются, бывает, а тут, считай, посторонние люди столько лет терпят друг друга.
Ведь и её понять можно, жизнь с чужим человеком - тоже не сахар. Может и ушла бы она, да некуда. Надо же, как не везёт. Пусть бы нашла она хорошего мужчину, гладишь, и переехала бы к нему.
Может, в ответ на пожелания Нины Вита как-то начала встречаться с мужчиной всерьёз. Новый роман продолжался уже несколько месяцев, когда она однажды пришла в квартиру вместе с ним.
Тот прошел, по-хозяйски оглядывая помещения, уже дошёл до комнаты Нины, когда Вита его остановила.
– Нет, Геша, туда не ходи!
– Почему это? – недовольно остановился мужчина, – Что там у тебя?
– Там моя свекровь, бывшая.
– Да? Ты не говорила.
– Да как-то к слову не пришлось.
– Вообще-то у меня были виды на эту квартиру. Можно сдавать её или продать, чтобы разменять мою на большую. А старуху - в богодельню сдать!
– Да разве она поедет, – отвечала Вита, – И потом, она всё равно уже старая, сколько там ей жить осталось, пусть уж доживёт здесь, потерпим.
– Ну, как знаешь, – недовольно засопел Геша, – Хочешь, нянькайся с ней, а мне старухи без надобности. Пошёл я!
Вита кинулась вслед за ним, проводила и вскоре вернулась. Немного погодя Нина услышала за стенкой её приглушённый плач. До этого времени она, став невольным свидетелем произошедшего разговора, страшно испугалась, притаилась и сидела, ни жива, ни мертва. И всё же, осмелев понемногу, женщина вышла, чтобы успокоить Виту. Увидев её, та разозлилась.
– Уходи отсюда! – выкрикивала она сквозь рыдания, – Всё из-за тебя! Опять я осталась одна, а всё потому что жилья своего нет, никому я такая не нужна. Рада этому, да?! – и она опять зашлась в рыданиях.
– Да как я могу радоваться, если тебе плохо? – удивилась Нина, – Ну полно, не убивайся ты так. Если хочешь, я уйду в дом престарелых, чтобы не мешать твоему женскому счастью. Только подумай хорошо, будет ли оно, счастье, если мужчине не ты сама, а квартира твоя нужна.
Продолжение здесь
Никто не избежит преклонных лет, это надо помнить в любом возрасте, чтобы не пришлось самому повторить незавидную участь человека, которого мы когда-то обидели, может быть, даже невольно, и не пожалеть о своём поступке.