Никогда такого не было, и вот опять. В торговом центре Южно-Сахалинска агрессивный мужчина сорвал выступление детского коллектива. Ему показалось, что одна из тринадцатилетних девушек, одетых в школьно-деловом стиле, выглядела как «девушка легкого поведения», о чем он и не преминул громко сообщить. Бывшая с детьми педагог попыталась остановить агрессию, вооружившись камерой мобильного телефона. Но «поборнику нравственности» это не понравилось. На руке женщины остался синяк.
Понятно, что в дело могла вмешаться весна, и сейчас проще всего будет списать происходящее на шалости просыпающихся гормонов. Ну а что, солнышко светит, день удлиняется, в голову лезут разные неприличные мысли. Но вот что я скажу. Таким нападениям, словесным или даже физическим, на моем веку участницы детских танцевальных коллективов подвергались не раз. Выступление на сцене предполагает яркие наряды, макияж. Иногда нет времени нанести его перед выступлением – приходится делать это заранее, а потом ехать в автобусе. Или наоборот, возвращаться после выступления…
Впрочем, танцовщицы – далеко не единственная мишень разогретых гормонами граждан. На первом месте по опасности, как ни странно, работа аниматоров, тех самых, которые ходят в ростовых костюмах по улицам. Вряд ли кто-то заподозрит в излишнем распутстве, например, девушку в ростовом костюме ежа. Но примерно год назад и она стала жертвой домогательств какого-то подвыпившего мужика, который сначала хотел подраться, а потом полез приставать. Наверное, провоцировала?
В Красноярске подвыпивший прохожий напал на девушку в костюме огромного белого кролика. Правда, кролик оказался не так прост, и мощно ответил агрессору железными кулаками. Видимо, не впервой. А позавчера в Екатеринбурге какой-то мужик был замечен в боевом столкновении с двумя пивными бочками. Одну он повалил на землю, а другая бочка бросилась на помощь… В чем вы виноваты, ежи, кролики, пивные бочки… Уж точно не излишней раскрепощенности и падении нравов.
Наибольшее внимание подвыпивших, не контролирующих себя и просто сумасшедших вызывают девушки (и юноши, и бочки неустановленного пола), которые одеты ярко. Это незапланированные преступление. Пошел, увидел ежа или бочку, кролика или гигантского Губку Боба – ввязался в драку. Или начал приставать, это уж какой гормон сильнее взыграет. А есть преступление спланированные. Вот с ними все страшнее.
Спарринг-партнер бочек, когда проспится, он же в ужасе осознает, что натворил. Он это не готовил, не хотел, бочонки сами манили и манили его, приглашая испытать удаль. А есть серийные насильники, которых годами не могут вычислить целые отделения полиции. Они подкарауливают своих жертв в безлюдных местах, нападают из укрытия, заранее готовят оружие и даже алиби… Как-то ученые, занимающиеся такой наукой как виктимология, решили составить портрет жертвы сознательного преступления. И он кардинально отличался от бочонка, кролика или ежа. Это были девушки максимально скованные, скромно и незаметно одетые, в закрытых позах, обращенные внутрь себя. Получается, никому нет покоя. Оденешься ярко - тебя атакует неспособный управлять собой весенний невменько. Оденешься скромно, пройдешь, не поднимая глаза – увеличишь шансы нападения со стороны организованного, осознанного преступника. Не ясно еще, что страшнее…
Как-то получается, что взаимосвязи между одеждой одних и поведением других – очень сложные и неоднозначные. По ним целые научные исследования пишут, и все не могут найти истину. Ясно одно. Если в городе завелся сумасшедший с дробовиком – то логичнее ловить одного сумасшедшего, чем раздавать все женщинам в городе бронежилеты. А если таких сумасшедших много, то это надо менять общество, а не заставлять всех женщин до 55 лет мыться под душем в плаще…
Однако вопрос почему-то предлагают решать именно жертве, кем бы они ни была. Девочкой, выступающей с классом в торговом центре. Подростком, решившим подработать ежом… Двумя бочонками, один из которых потом, говорят, расплакался от обиды…