Если вы думаете, что Мольер был итальянцем, то вам надо сходить к стоматологу. У всякого прозрения, у всякой догадки должен быть свидетель. Очевидно, ваш зуб мудрости на месте. Не мешает ли он коренным, вот вопрос, на который вам ответит старик-дантист, похожий на Панталоне, тогда как сами вы будете Иль Капитано, не иначе...
Потому что нет ничего страшнее похода к стоматологу, кроме разве что ситуации, когда ваша супруга в первую брачную ночь, залезая к вам под резинку трусов, говорит: «Мой ласковый котик...».
Мольер был французом. Ваш моляр на месте.
Парле ву франсэ?
Я был однажды почти что женат. Идя за кулисы театра, в котором я работал оператором занавеса, каждый раз думал: «Сейчас я задёрну шторы, и она посмотрит мне в глаза. Буду ли я готов?».
Этой женщине я говорил: «Я Капитан!».
Капитан (он же Иль Капитано) — это такая маска в комедии дель арте. Хвастливый солдат, преувеличивающий свои подвиги, чтобы нравиться женщинам.
И продолжал: «Всякому Капитану нужно смотреть в зубы. Они чуть больше обыкновенных. Это выдаёт Капитана с потрохами».
... Когда мне было семь лет, я проводил много времени в деревне. За счастье было после студёной реки Медвенка, вокруг которой мы собрали «Братство Медвенки», сушить ноги у электрического нагревателя.
Нам противостояло «Братство Чернявки».
Мы относились к этому серьёзно, партикулярно.
Электрический нагреватель ходил между домами в нашем квартале, который мы для себя и окрестили «братством Медвенки». Это означало, что все мы вышли из одной реки.
С братством Чернявки мы не хотели иметь ничего общего. Они в свою реку прыгали рыбкой. Наша была мельче, мы могли только бомбочкой.
Но мы все вели себя как сборища Иль Капитанов.
Я храбрюсь до сих пор...
Глеб Буланников