Мое детство было счастливым. Я желанный ребенок, особенно для моего отца. Малышкой мама вручала меня отцу, и тот гулял со мной как мог. Время от времени он гулял со мной по своим друзьям. Они брали бутылочку какой-нибудь огненной воды и предавались душевным беседам. Я точно помню, что мне было хорошо с выпивающими мужчинами. Они мне казались добрыми и теплыми, плюшево-обнимательными. Запомнился один случай. В этот раз отец пришел в гости со мной к очередному другу дяде Гене. Помню, что я даже будучи крошкой оценила его внешность как неудачную. Он был лыс и длинными волосами пытался скрыть свою плешь. Но смотрелось это глупо. Я даже в четыре года видела, что лысина у него есть, и он ее не любит. Лицо у дяди Гены было вытянутое и несколько лошадиных форм. Словом, новый собутыльник моего отца был откровенно страшненьким. Но из всей череды философов рюмки и куска сала, по которым мы ходили, помню именно дядю Гену. И воспоминание это светлое, радостное. Дядя Гена мне понравился. Этот мужчи