Напряженный и трогательный триллер про живых мертвецов и семейные ценности
Маленькая Су Ан (очаровательная Ким Су Ан) живет с отцом (Кон Ю) — очень занятым служащим государственного фонда, который больше внимания уделяет деловым переговорам по смартфону, чем ей. На очередной праздник он дарит дочери очередную приставку (ту же, что и на недавний предыдущий). А грустная девочка хочет увидеть маму, которая бросила равнодушного супруга и уехала в другой город. Мама в Пусане, папа в Сеуле — всего-то надо сесть в поезд и преодолеть 442 километра. В день рождения Су Ан они с отцом так и поступят, только вместо свечек грустному семейству и их попутчикам из разных сословий придется гасить зомби. В Южной Корее как раз началась ночь живых мертвецов. «Поезд в Пусан» прибыл в отечественный прокат уже в статусе зрительского хита, не только корейского, но и мирового (сборы приближаются к ста миллионам долларов). Сан Хо даже сделал анимационный приквел «Станция “Сеул”», фиксирующий начало локального южнокорейского зомби-апокалипсиса. Впрочем, из-за жанровой принадлежности «Поезда в Пусан» случится еще не одна баталия: скроенный по лекалам фильма-катастрофы (где семейное переживание повреждает что-то в тектонических плитах бытия), фильм Сан Хо, с одной стороны, слишком типичен для зомби-муви, с другой — постоянно норовит нырнуть в другой жанр. Например, в семейную мелодраму про раскаяние отца-эгоиста, который заботится только о себе и своём. Или в конспирологический триллер про деятельность правительства, аукнувшуюся всем труженикам Южной Кореи. Наконец, в сюжетной логике Сан-хо некоторые прозревают зерна коммунизма — эдакий идеологический поворот к соседям из Северной Кореи: мол, западные ценности и экономические принципы привели к катастрофе, а самоотверженный коллективизм пассажиров поезда оказывается единственным путем к спасению.
Однако сложно представить что-то более сплоченное, чем толпа зомби, даже не толпа — настоящая стихия, полноводный поток изуродованных тел, которые резво преодолевают любые препятствия, лишь бы полакомиться перепуганными бейсболистами (главный американский вид спорта), предпринимателями и госчиновниками. Вдобавок поезд мчится из Сеула в Пусан — подальше от границы с КНДР; жонглируя интерпретациями, «Поезд в Пусан» можно прочитать и как фигу северокорейским соседям. Сан Хо, кажется, и показывает этот сомнительный выбор: герои оказываются между огнем и полымем — склонной к манипуляциям рукой рынка и «диктатурой пролетариата». Из двух зол логичнее выбрать, разумеется, семью, каким бы ортодоксальным карьеристом отец Су Ан ни был. Вдобавок идеологические игры у Сан Хо не так акцентированы, как в недавней ленте «Сквозь снег» его земляка Пон Джун Хо, где в поезде, мчащемся по замерзшей после катаклизма Земле, случилась натуральная революция. «Поезд в Пусан», скорее, выверенный аттракцион: практически идеальный ритм и известная жанровая предопределенность мчат зрителя по рельсам не хуже того самого поезда. Обаятельные герои-характеры отвечают за разные возрастные, гендерные и социальные группы, полижанровость — что комплексный обед в самолете (впрочем, чистого жанра давно не существует, особенно у корейских кинематографистов). Настоящий фильм-универсал, куда ни посмотри; а универсальность, как известно, не порок, но и не для всех зрителей благо.