После радела советского Черноморского флота украинские военные шиковали, а брошенные Борисом Ельциным российские – жгли дрова в бочках и грелись, потому что на кораблях ЧФ РФ не было ни света, ни топлива, ни еды. Правда, уже вскоре ситуация кардинально поменялась. Сначала благодаря шефству Москвы, а затем и надбавкам за службу на «иностранной базе» российские военные стали получать больше. Да и отношение жителей Севастополем к ВСМУшникам поменялось. Такими воспоминаниями в интервью пропагандисту Дмитрию Гордону поделился командующий ВМС Украины Алексей Неижпапа, передает корреспондент «ПолитНавигатора». «Я пришел в 97-м году, и на кораблях у нас было все. У нас была заработная плата, питание, свет, вода и все остальное. Черноморский флот в то время, мягко говоря, голодал. Не было света на кораблях. Я стоял, помню, в Орджоникидзе, мой фрегат стоял в заводе, у нас был свет, все нормально, все хорошо, а напротив стояли корабли 68-й бригады охраны водного района, где не было света на кораб
После радела советского Черноморского флота украинские военные шиковали, а брошенные Борисом Ельциным российские – жгли дрова в бочках и грелись, потому что на кораблях ЧФ РФ не было ни света, ни топлива, ни еды.
Правда, уже вскоре ситуация кардинально поменялась. Сначала благодаря шефству Москвы, а затем и надбавкам за службу на «иностранной базе» российские военные стали получать больше. Да и отношение жителей Севастополем к ВСМУшникам поменялось.
Такими воспоминаниями в интервью пропагандисту Дмитрию Гордону поделился командующий ВМС Украины Алексей Неижпапа, передает корреспондент «ПолитНавигатора».
«Я пришел в 97-м году, и на кораблях у нас было все. У нас была заработная плата, питание, свет, вода и все остальное. Черноморский флот в то время, мягко говоря, голодал. Не было света на кораблях. Я стоял, помню, в Орджоникидзе, мой фрегат стоял в заводе, у нас был свет, все нормально, все хорошо, а напротив стояли корабли 68-й бригады охраны водного района, где не было света на кораблях, потому что не было света, ничего. Они грелись на причале – бочки, знаете, как в фильмах показывают про негров где-то в Нью-Йорке в плохом районе. Вот, чего стоила служба в 97-м году зимой. Стояли на причале, потому что света не было.Но прошли годы, шло время к изгнанию из Севастополя, 17-й год наступал. Денег у России становилось все больше, потому что бензоколонка работала на полную, был финансовый ресурс, они взялись после развала Советского Союза и начали наращивать свои возможности.Понятно, что готовились к событиям 14-го года заранее, в том числе за счет заработной платы. Известно, что в 10-х годах Черноморский флот в три раза превышал по зарплате офицеров, старшин, матросов, украинские Военно-морские силы…Были такие случаи, когда я был уже командиром бригады, офицер приходил ко мне, жаловался, что он заходит в магазин покупать какие-то вещи, продавщица к нему подходит, a форма почти одинаковая – желтые рубашки, только на погонах, и то издалека можно не увидеть, не различить, какие погоны. И когда продавщица подошла к нему, а он был с женой: «Вы, что, украинский военный?». – Да. – А, ну понятно. Разворачивается и уходит. Потому что «у вас денег нет, чего с вами общаться», – заявил Неижпапа.
Автор: Анатолий Лапин