Следует отметить некоторые особенности в работах. Дело в том, что ТРТИ входил в группу вузов проектирующих автоматизацию высшего образования Министерства высших учебных заведений (МИНВУЗ) РСФСР, на правах головного разработчика и координатора внедрения. В группу входил ещё московский институт стали и сплавов (МИСиС) отвечавший за техническое обеспечение, ЭВМ и периферийное оборудование, а также университет Дружбы народов имени Патриса Лумумбы, московский инженерно-физический институт (МИФИ) и томский политехнический институт.
А вот, например, МГУ, московский ФИЗТЕХ и таганрогский Педагогический институт подчинялись Министерству высшего и среднего специального образования уже СССР, для них мы ничего не делали, там была своя кухня.
С приходом Косыгинских реформ, НКБ МИУС сразу вышло из состава ТРТИ, перейдя на собственный финансовый баланс и, образовало вместе с другими предприятиями, хозрасчётное научное объединение, ХНО, также вышедшими из подчинения МИНВУЗа РСФСР и желающими независимости в своих работах.
Председателем ХНО был выбран, генерал майор инженерных войск Жанн Федорович Зинченко, известный в стране человек, как директор ЦНИИ «Агат».
Принцип ХНО - наука страны должна зарабатывать деньги сама и после уплаты налогов (96%!!!) тратить их по своему усмотрению, а не по приказам ректоров ВУЗов и чиновников министерств.
Кстати, на свои деньги НКБ МИУС построило базу отдыха «Скиф», причём заработанные в составе ХНО!
С Ж. Ф. Зинченко, как и с его другом, можно сказать, соратником и помощником в создании ХНО Валентином Михайловичем Пролейко, я познакомился и даже стали друзьями, при самых занятных обстоятельствах, когда он был уже начальником Главного научно-технического управления Министерства электронной промышленности СССР (МЭП). Это произошло позднее, в 1981 году, когда пришёл работать в НКБ МИУС.
Основой дружбы стала увлечение музыкой и высококачественным её воспроизведением. У него была вторая в Европе официально зарегистрированная коллекция виниловых пластинок джазовой музыки! Многие пластинки имели автографы таких, как Шарля Азнавура, Оскара Петерсона, Эллы Фитцжеральд и даже Билла Эванса. Кто-то говорил, что значительная часть коллекции находится в здании МЭП на Китайском проезде.
У него дома первый раз увидел СД проигрыватель. В отношении его японской усилительной технике я высказался скептически. В то время я слушал винил через переделанный мною ламповый усилитель «Прибой», хорошие английские звуковые колонки и немецкий проигрыватель такой же, какой был у него.
Услышав про усилитель на лампах Валентин Михайлович, буквально примчался ко мне домой, в Таганрог, чтобы послушать, как звучат лампы. Слегка обалдев, тоже купил советский «Прибой» и, сам переделал, но по собственной схеме, применив на входе двойные триоды в качестве усилителей тока! Представьте заместителя министра электронной промышленности СССР с дрелью и паяльником! Неординарная личность!
То есть, когда министр бывал в командировках, брал отпуска или болел, В. М. Пролейко его замещал. Он не был чиновником, а был талантливым инженером. Общение с ним обогащало и расширяло взгляды на жизнь. Понятное дело, у таких людей и жёны красавицы.
При таких переменах, автоматизацию высшего образования РСФСР, бросало из стороны в сторону, подобно кончику собачьего хвоста, когда та в восторге.