– Фигурное катание я очень люблю. Царство небесное Александру Георгиевичу Горшкову, мы с ним подружились в Ванкувере, я отсидел все соревнования там. Мы смотрели очень много прокатов, он так переживал за результат!
Мы многое сделали для фигурного катания: лед построили специально для них в Новогорске, чтобы вообще никто не мешал. Развели их с шорт-треком – это очень важно. В женском одиночном катании до этого не было медалей.
Олимпиада в Сочи стала переломной, после нее нас понесло, потому что поняли, что нужно делать – создали несколько групп. У Этери Георгиевны собственный центр появился. У Нины Мозер был собственный центр. То есть мы пошли по таким центрам, давая ячейки сборным командам.
Командник в фигурном катании уже был опробован на каком-то международном турнире. Ни у одной страны мира такого набора спортсменов не было – явная заявка на золотую медаль.
В фигурном катании у нас была Липницкая – лидер, который выигрывал чемпионат России, чемпионат Европы. В парном катании – чемпионы мира Волосожар и Траньков. Столбова с Климовым тоже могли, если что. Мы говорили с Горшковым, тренерами, самими ребятами, как составить команду.
Я, конечно, отдавал приоритет Нине Михайловне Мозер, абсолютно доверял ей. Она – очень серьезный тренер.
– Тутберидзе тоже была тогда.
– Да, но мы пошли по тому пути. Я приехал на последние тренировки у Этери Георгиевны и спросил Липницкую: «Юля, ты выдержишь и в командном, и в индивидуальном турнирах?» Та сказала, что выдержит.
В итоге Аделина Сотникова так потрясла, что корейцы до сих пор в шоке: рассказывают, считают баллы. Но мы видели, что она выиграла абсолютно объективно – по чистоте, по сложности программы, – сказал экс-министр спорта РФ.
