На диете, целый месяц ты сидишь, В интернете, как худеют все глядишь. Стала злою, с голодухи ты теперь. В холодильник, резко ты замкнула дверь. Похудела, ты на двести сорок грамм, А хотела, на двенадцать килограмм. Обвиняешь, в этом ты свои весы, Хоть и знаешь, в этом нету их вины. Помешалась, на своей диете ты, Не готовишь, мне котлетки и супы. Я женился, на тебе ведь по любви, А влюбился, я в вареники твои. Каждый вечер, прихожу голодный я, А на ужин, у нас нету ничего. На диете, вроде бы, как ты сидишь, А худею, почему-то я малыш. Если дальше, так пойдут у нас дела, Разводиться, буду я с тобой тогда, Сколько можно, произвол такой терпеть. Не хочу я, надоело мне худеть.
На диете, целый месяц ты сидишь,
В интернете, как худеют все глядишь.
Стала злою, с голодухи ты теперь.
В холодильник, резко ты замкнула дверь.
Похудела, ты на двести сорок грамм,
А хотела, на двенадцать килограмм.
Обвиняешь, в этом ты свои весы,
Хоть и знаешь, в этом нету их вины.
Помешалась, на своей диете ты,
Не готовишь, мне котлетки и супы.
Я женился, на тебе ведь по любви,
А влюбился, я в вареники твои.
Каждый вечер, прихожу голодный я,
А на ужин, у нас нету ничего.
На диете, вроде бы, как ты сидишь,
А худею, почему-то я малыш.
Если дальше, так пойдут у нас дела,
Разводиться, буду я с тобой тогда,
Сколько можно, произвол такой терпеть.
Не хочу я, надоело мне худеть.