Интерра

- Берите только самое необходимое, рюкзак с личными вещами, одна сумка в багаж, и пожалуйста, поменьше барахла, девочки!

Я торопливо покидала в сумку пару плотных штанов с карманами, теплую кофту, полотенце, и зависла с легким коротким платьем в руках. Проходящая мимо Фина ткнула меня локтем.

- Бери, мы же там не в рабстве будем! – она подмигнула и двинулась дальше к группе девчонок помладше.

Лицо само собой скривилось от одной мысли о том, что мне может понадобиться платье. Я быстро скомкала его и сунула обратно в ящик. Теплые носки, белье, может ещё одни штаны?

Ладно. Закончили. Сумка вышла даже легче, чем я думала. В рюкзак отправился контейнер с месячным запасом инъекций, стеклянные предзаправленные шприцы в полиэтиленовой ленте предательски позвякивали, напоминая о болезни. Пару шприцов надо оторвать, чтобы не доставать контейнер во время перелета, осталось только придумать, как их не разбить. Почему нельзя было сделать пластиковые? Или поставить помпу, как у диабетиков. Ненавижу.

- Ей, готова? – я вздрогнула от неожиданности, вечно он подкрадывается со спины. – Зачем ты в рюкзак сложила весь контейнер? Сдай в багаж, они же тебе не понадобятся в таком количестве, перелет всего двое суток.

- Мне так спокойнее, привет! К тому же рюкзак все равно полупустой.

- Косметики нет? – он усмехнулся, я оценила шутку.

- Косметику как раз можно в багаж. Но у меня ее нет, ха-ха. Вам уже раздали посадочные?

- Нам раздали кое-что покруче, - он перешёл на полушепот, - Не всем, само собой, но смотри.

Он подошёл вплотную и едва раскрыл ладонь, прикрываясь моим рюкзаком. Кругляк с толстым коротким графитовым стержнем в центре больше смахивал на древний артефакт.

- Это? Активатор? Охренеть. Зачем?

- Без понятия. Раздали некоторым из вторых рангов, младшему составу тоже рандомно. Штук пять-семь, точно не знаю. У командиров вроде нет, или они не палятся.

- Это странно. А инструкции?

- Без крайней необходимости не использовать. Подробности не уточнялись, может вошьют в коммуникатор.

- Жесть. Как хорошо, что я теперь в гражданском составе.

- Разрешите прервать вашу милую беседу. – да что сегодня, день подкрадывания?

- Майор! – я машинально вытянулась по стойке смирно.

- Оставить, вам больше это не требуется. Лейтенант, оставьте нас на минуту. – майор была на удивление вежлива.

На посадку нас провожали как на парад, по бокам от сигнальной ленты выходов в космопорт стояли люди с цветами и плакатами, удивительно. Детей сопровождал младший командный состав и три воспитателя, подростки и выпускники получили по одному «конвоиру» на группу. Посадочные доки космопорта я не успела толком рассмотреть, досмотры и сканирования проходили слишком суетливо, малыши вопили, кто от восторга, кто от возмущения, кто от страха. Старшие гудели, обсуждая предстоящее веселье полета. Наивные. Будто им это позволят. Хорошо, если места хватит, чтобы вытянуть ноги или просто позволят встать с мест после взлета.

Медперсонал группы представлял собой двух фельдшеров и молодого, ну очень молодого, доктора общей практики.

Негусто. Надеюсь, в экипаже есть хотя бы робот второго медицинского класса. Транспорт до космолета был стандартный – что-то типа монорельса или метро, только в броне. По тоннелям нас доставили прямо к шлюзам, стыковка поезда и посадочного рукава была довольно жёсткая, все, кто летел впервые, получили приветственный удар по голове, я не была исключением.

Мои опасения на счёт свободного пространства в космолете оправдались лишь наполовину – между рядами пассажирских кресел все же были узкие проходы, а голос вежливо сообщил, что после взлета и выхода на орбиту, включат гравитационные магниты, и будет возможность передвигаться. Вот только непонятно было куда тут вообще можно передвигаться. Все необходимое – личные вещи, кислородные маски, паёк, коммуникатор, были рядом с креслом. Почти как в обычном самолёте. Только на время взлета на голову от подголовника опускался специальный шлем, а тело жестко фиксировалось ремнями из какого-то специального полимера. Ах да, перед посадкой в поезд нам раздали форму. Что-то вроде облегченных скафандров. С одной маленькой деталью – встроенным туалетом. Снаружи мочеприемники были практически незаметны, если о них не знать, особенно для мужской части пассажиров. Женские комбинезоны были устроены иначе, но тоже вполне комфортно внутри и прилично внешне. Если не знать, что твоя моча копится на левой ноге, а при необходимости сливается через порт под креслом в систему переработки. Чудесно. Надеюсь, на таких коротких перелётах, мы не будем пить собственную мочу.

Рядом со мной сидели три девочки среднего звена, ещё не выпускницы, но уже достаточно взрослые, чтобы заглядываться на других кадетов и обсуждать всякие глупости. Устав слушать их трескотню ещё до взлета, сразу после выхода на орбиту я решила включить шумоподавление в наушниках и поспать. У меня были почти сутки до следующей инъекции, и абсолютно никакого желания наблюдать происходящее вокруг. Летать я боялась.

- Ей, у нас есть свободное место, не хочешь пересесть? – он опять подкрался как кот к добыче, не знаю, сколько я спала, но его голос буквально выдернул меня из глубокого сна. Неприятно.

- Напугал, я спала. А так можно, в смысле пересесть? – я растерялась, и вправду не знала, можно ли поменять место.

- Ты взрослый человек, правилами пользования транспортом это не запрещено, пошли. Рюкзак не забудь.

Как хорошо, что я не стала раскладывать личные вещи в предусмотренные для этого ниши кресла. По проходу между рядами мы вышли в другую секцию пассажирского отсека, здесь сидели только кадеты и часть командного состава среднего звена, к которому и относился лейтенант Кайл «Фокс» Калье, мой друг с самого интерната для детей военнослужащих и космонавтов, чьи родители отдали жизнь службе на дальних рубежах. Когда у меня обнаружилась редкая болезнь, требующая ежедневных инъекций препарата, меня разжаловали в гражданскую инженерную службу, Кайл шутил, что теперь я смогу вырваться из порочного круга, завести нормальную семью и больше никогда не иметь дела с интернатом и обязательной службой «на благо цивилизации». Но я не представляла, что делать за пределами системы, нас никогда не готовили к самостоятельной жизни, судьба всех воспитанников была твердо определена с самого рождения. А ещё я не хотела терять единственного друга. Как только поступило предложение о дислокации на Интерру в составе малой мобильной группы, я немедленно согласилась. Повезло, что моя болезнь позволяла космические перелеты в полном объеме.

- Это Егор и Иоши, знакомься!

- Дания. Эртон. Гражданский состав.

- Как страна?

- А? А. Типа того, лучше просто Дана. – я не сразу поняла, о чем речь, видимо, имя Дания звучало как название страны на родном языке Егора.

Это общество было куда более приемлемым, парни рубились в какой-то сетевик на коммуникаторах, а за счёт звукоподавления в их гарнитурах окружающим были не слышны их переговоры или звуки самой игры.

- Они не с нами, не обращай внимания. – Кайл достал блокнот и показал карандашный набросок сцены из их виртуального боя. – Часа два наблюдал, потом надоело. – пояснил он с усмешкой.

Я не знала, стоит ли ему говорить, но поскольку никаких прямых запретов не было, я решилась. Приоткрыла рюкзак и показала кругляк активатора.

- Серьезно? Даже гражданским раздали? – на его лице читалось возмущение.

- Ну, я думаю, только тем, кто умеет пользоваться. Как я. Но все равно это странно. Зачем они нам? Этот борт что, оборудован? Сомневаюсь, это же не спец-рейс. Или я чего-то не знаю?

- Нет, рейс обычный. Но. Среди пассажиров числятся машины.

- Чего? В смысле? Не груз? Пассажиры? Это как?

- Ну вот так. Я случайно увидел их на посадке, 5-6 машин категории Е, ещё столько же мелких, и служебные модели. Их посчитать не успел, но их не грузили в отсек багажа, иначе бы мы просто не встретились в порту.

- Ты хочешь сказать … что возможна такая ситуация, в которой нам придется их активировать? Это какой-то прикол. Проверка. Не знаю. Серьезно. Тут же дети. Рейс короткий. Что может произойти?

- Дан, я не знаю. Сказал, что видел. Инструкции не было. Мы вообще не под приказом до момента приземления. Просто пассажиры. У нас нет оружия личного, всё выдадут на месте.

- Ты видел медперсонал? Совсем зелёный доктор и два фельдшера. А среди гражданских я и три семьи без квалификации. Всё. Это странно?

- Да нет, это как раз стандартная ситуация. А вот конвоя как-то мало. Я летал в конвое полгода назад, помнишь? Нас было 20 человек и три машины, но активатор был только у командира. И это была открытая информация. Не как сейчас.

- С детьми вообще только воспитатели. Ладно, все это может наши фантазии, и ничего странного не происходит. Чем займёмся? Раз уж ты меня разбудил.

- Планировала проспать двое суток? Отставить, так всё интересное пропустить можно.

- Что тут интересного? Заперты в консервной банке, даже ссым в штаны.

- Ты первый раз летишь, тебе не интересно? Ну ты даёшь. Пошли, тут есть доступ к визорам. Не как у пилотов, конечно, но все же.

-Далеко идти?

- Тут в принципе нет никакого «далеко». Вон в конце секции панель.

- Но там же сидят.

- Ну и что? Когда тебя это смущало?

- Как скажешь, Фокс. Не думаю, правда, что увижу что-то кроме темноты.

- Ну ты и пессимист. Как так можно. Где твое любопытство? Это же космос, открытый, звезды! – он закатил глаза в театральной позе.

Я пожала плечами. На самом деле, я как раз опасалась увидеть на мониторах что-то кроме сосущей темноты, которая меня пугала до жути. Но ещё сильнее меня пугали неожиданности.

Мы выбрались в проход и стали медленно двигаться в конец секции, космолет монотонно гудел, ботинки на магнитной подошве довольно ощутимо вибрировали, двигаться в такой «недогравитации» было довольно сложно.

Вдруг в проход выдвинулся робот. Откуда он взялся, я не заметила, но двигался он гораздо увереннее и быстрее нас, преграждая путь к визорам.

- Рекомендуется занять свои места и не покидать их без видимой необходимости до конца полета. - робот вытянул вперёд верхний манипулятор останавливаясь в двух метрах от нас.

- Чего? Назовите свой ранг, машина! Лейтенант Калье, командный допуск третьего уровня.

- Боевая машина высшего ранга, допуск первого уровня. Вернитесь в кресло, лейтенант Калье, это приказ. Гражданской особи лучше покинуть секцию.

- Смени настройки тона, машина. Гражданской «особи» требуется медицинская помощь раз в сутки или чаще в экстренных ситуациях, а медперсонал летит в этой секции.

- Протокол размещения был составлен с учётом всех особенностей пассажиров. Согласно протоколу гражданская особь Дания Эртон не нуждается в специальной медицинской помощи. В экстренных случаях медперсонал прибудет к ней в секцию самостоятельно. – такой интонации у боевых машин я ещё не встречала.

Мы попятились назад, чувствуя себя подростками, попавшимся на мелком хулиганстве начальству. Ну я так точно. Фокс держался уверенно, но кивнув в сторону кресел, начал двигаться обратно, однако, к машине спиной поворачиваться не спешил.

- Дане надо забрать личные вещи, потом она исполнит ваши рекомендации. Это не противоречит протоколу?

- Это приказ, а не рекомендации. Но поскольку гражданские не обязаны подчиняться, я могу применить рекомендованные действия по соблюдению режима полета. – машина снова начала движение в нашу сторону.

- Да всё, всё понятно. Уходим, фиксируешь?

Машина качнула сенсором на манипуляторе, вероятно, оценивая движения и расстояние, и остановилась.

Я кое-как развернулась в тесном проходе, едва отрывая ботинки от пола, Кайл все ещё пятился задом, не спуская с машины глаз. Машина тем временем мягко развернулась и покинула секцию. Ушла туда, откуда и пришла.

- Видел такие? – мягко говоря, я была напугана - тут не активатор надо, а глушитель.

- Сам не видел, парни рассказывали, что в конвое такие бывают, если перевозят преступников или важных персон. У нас тут что ли дочка генерала?

- Без понятия. Лучше вернусь, мне надо сделать укол.

- Помочь?

- Справлюсь, тут есть порт доступа на костюме.

- Оставайся, я не думаю, что он вернётся. Может тестируют новые директивы.

- Тебе хочется влипнуть? Я гражданское лицо, мне ничего не будет, а вот ты нарвешься.

- Да никуда я не нарвусь, брось. Как маленькая. К тому же сейчас мы все просто пассажиры, не на службе.

Я пожала плечами. Сказать по правде, уходить от Фокса в другую секцию мне вообще не хотелось. Рядом с ним я была в курсе хоть каких-то событий. А ещё я все никак не могла признаться, что жутко боюсь новой планеты, и местных управленцев. До дрожи. Тревога начала наполнять меня ещё во время сборов, а после агрессии машины, казалось, меня вот-вот бросит в паническую атаку.

Рюкзак лежал в нише свободного кресла рядом с креслом Кайла. Пока я пыталась его достать, открыть, вскрывала контейнер, сработал таймер для инъекции. От неожиданности я дернулась всем телом, и полиэтиленовая лента со шприцами размоталась на половину длины, вывалившись в проход между рядами. Удивлённые взгляды бывших сослуживцев не заставили себя ждать. Кайл осторожно поднял конец ленты, оторвал по пунктиру один шприц, остаток ленты придержал, пока я сматывала ее обратно.

- Ты чего? Давай ещё разбей весь комплект. Сказал же тебе, убери в багаж, оставь на двое суток + пару запасных. Нет, она несет весь ящик в салон. Когда ты стала такая?

- Какая? – голос прозвучал чуть резче и громче, чем я рассчитывала, но было немного обидно слышать что-то подобное от Фокса.

- Нервная. Где прежняя собранность? Четыре высадки на Гиене должны были тебя закалить. Или ты боишься пространства?

- Я боюсь людей, с которыми заперта в консервной банке посреди бескрайнего НИЧЕГО. Ну и теперь ещё машин. – клапан на комбинезоне открывался как-то по-хитрому, и мне никак не удавалась сделать это одной свободной рукой.

- Дай сюда, а?! – Фокс потянулся к моей ноге, ловко вскрыл клапан на бедре, обнажая небольшой участок кожи. Нажал какой-то рычажок, на кожу (прямо из крышки клапана) брызнул дезинфицирующий раствор.

- Оу.

- Тебе не показали, как им пользоваться что ли?

- Мне пришлось пропустить инструктаж, потому что он был в текстовом виде и со схемами, вместо видео. Решила, разберусь по ходу.

- Разобралась. Сама или может все же я?

- Сама. Я привыкла. Почти. – на коже проявились направительные полоски типа мишени, совсем что ли за идиотов они нас держат, думая, что можно промахнуться в окошке дюйм на дюйм?

Я чуть занесла руку и конечно же не попала в центр «мишени». Мммдааа. Супер. Видимо, разметка предназначалась именно для таких как я. Инъекции были безболезненные, но в течение часа после очередной меня начинало слегка подташнивать, врач сказал, что это индивидуальная реакция.

Я уже приготовилась выслушать ликбез от Кайла по поводу пользования возможностями скафандра под нотки тошноты.

- Убери. – Кайл прикрыл рукой крышку моего рюкзака. – Стой, что это? Это ты сделала? – он почему-то перешёл на шепот.

Не понимая, о чем речь, все ещё озабоченная своей неловкостью и возней с уколом, я машинально сунула руку вглубь рюкзака. Под пальцами оказалось как-то подозрительно тепло.

- Я не…

- Выключи, быстро. Приложи большой палец.

Он снова дёрнул рюкзак на себя, чтобы показать мне, что происходит. Но я уже без того догадалась. В ушах начинало шуметь, гул нарастал, по телу пошли вибрации. Активатор в моем рюкзаке нагрелся, а стержень в его центре начал гудеть.

- Выруби, выруби.

- Я не могу. – я пыталась нащупать заднюю панель активатора, на которой был скан отпечатков, но ничего не происходило. Я вскочила с места так резко, что рубившиеся в сетевик кадеты на мгновение оторвались от консолей.

- Не реагирует. – меня трясло, казалось, магнитные ботинки сейчас врастут в пол намертво. В проходе впереди показались машины. Их было три: уже знакомая нам боевая высшего ранга и два маленьких уборщика. Они двигались очень слаженно и быстро, пугающе быстро. Боевая машина вытянула вперёд оба манипулятора, переходя в боевой режим и разворачивая блоки пушек в нашу сторону.

- Мой активатор! – Кайл уже не шептал, он кричал. – Он тоже, я не трогал!

Внезапно в голове всплыли воспоминания о моих высадках. Я заметила то, чего не заметил пока ещё ни один кадет.

- Всем занять свои места, пристегнуться и надеть шлемы, это не учения! Работает активатор, будет внештатная посадка! – я закричала так громко, как только смогла. В этот же момент вслед за замеченными мной сигнальными индикаторами завыла сирена, корабль начал гудеть и вибрировать, роботы встали как вкопанные, вероятно, сканируя пространство.

Кайл ухнул в кресло, резко опустил свой шлем, а я все ещё сжимала в руках сработавший активатор. Он уже начал остывать и почти не гудел, а может просто звук сдираемой

обшивки был слишком громким. Активатор Кайла сыпал фиолетовыми искрами, а вокруг нарастала паника.