Как это не прозвучит странно, но Чуйский тракт у местных жителе связан с большим количеством мистических историй. И, наверное, это логично, саму дорогу строили в очень тяжелых условиях, неимоверными усилиями человека, а до этого по ней столетиями шли караваны с товарами из Центральной Азии в Сибирь и Европу, что естественно сопровождалось большими опасностями и сложностями. Поэтому помимо красивых историй о Чуйском тракте есть немало и мистических легенд и рассказов.
Проклятие Пазырака
Согласно одной легенде, которую почему-то любят рассказывать туристам на Алтае, тысячу лет назад в Курайских пещерах, нависавших над древним Чуйским трактом, жил монах-отшельник по имени Пазырак. Однажды на дороге появилось джунгарское войско. Враги сжигали стойбища, попадавшиеся на их пути, убивали жителей селений. Когда многочисленный и хорошо вооруженный отряд прибыл в Курай, ему навстречу вышел старый отшельник Пазырак.
Пазырак стал увещевать джунгаров вернуться обратно и не творить зло. Но те лишь посмеялись над стариком, а предводитель джунгаров велел за чрезмерную смелость предать Пазырака медленной смерти. Солдаты выдолбили в горной породе яму, положили в нее отшельника и завалили камнями. Когда последний валун упал на выросший каменистый холм, из могилы послышался голос Пазырака, проклявшего врагов и всех тех, кто впредь посмеет с мечом идти по этой дороге и земле.
Сделав свое «черное дело», джунгары двинулись дальше. Но едва они продолжили идти дальше по дороге, как горы обрушили на них град камней, который унес все войско в глубокую пропасть.
А еще говорят, что эта легенда столетиями жила в умах алтайцев. Потому в периоды междоусобных смут вожди племен старались водить свои отряды окольными путями. И даже когда в начале двадцатых годов прошлого века решался вопрос о торжественном открытии Чуйского тракта и появилась идея провести по одному из его участков торжественным маршем колонну солдат Красной Армии, местное руководство категорически отвергло эту идею, боясь навлечь на себя проклятие Пазырака.
Кровавая верста
На великой стройке Чуйского тракта трудились тысячи ссыльных и заключенных, отбывавших наказание за совершенные преступления. По рассказам жителей алтайских селений, в 1920 году среди рабочих разразилась эпидемия холеры, и сотни мертвых тел укладывали под щебенку, по которой позже пролегла дорога. В 1921 году недовольные условиями содержания заключенные Улаганского поселения подняли восстание. Прибывшие армейские части расстреляли взбунтовавшийся отряд прямо на строящемся тракте.
В тот осенний день полегло более полусотни заключенных. В том числе был убит деревенский паренек из-под Рязани, отбывавший наказание в восставшем отряде, а внего была влюблена местная девушка-алтайка. Придя на следующий день к месту казни, красавица взошла на высокий уступ и бросилась вниз на дорогу, туда, где пролилась кровь ее возлюбленного. С тех пор это место Чуйского тракта зовется «Кровавая верста».
Прошли годы, и у обочины тракта выросли две стройные и высокие сосны. Жители поселков Улаганского района верили в то, что души влюбленных вселились в эти благородные деревья. Среди водителей существовала примета, что если остановиться у сосен и привязать к ним тряпицу, то дорога будет быстрой, легкой и безопасной.
Дерево смерти
А это скорее не легенда, а совсем уж современный рассказ, но обросший определенным посылом для приезжающих в Республику Алтай и имеющий отношение к предыдущей легенде про «Кровавую версту». Якобы в семидесятые годы прошлого века из Акташа в Ташанту на грузовике ехал водитель-пограничник, относящийся к той категории людей, про которых говорят: «Не верит ни в Бога, ни в черта». Ко всем местным преданиям и легендам он относился с большим скептицизмом и потому, проезжая мимо «Кровавой версты», ни разу не останавливался и не совершал заведенный водительский ритуал. В горах сумерки наступают рано и тем майским вечером начал сыпать мелкий мокрый снег, что также типично для этих мест.
В кабине мчавшегося с грузом продовольствия грузовика сидели водитель-пограничник и экспедитор. Как позже показал экспедитор, машина уже подъехала к высокому уступу, с которого полвека тому назад бросилась девушка-алтайка, как вдруг ее стало уводить влево, вынесло на полосу встречного движения, и грузовик на полной скорости врезался в две одиноко стоявшие сосны. Удар был такой силы, что одно из деревьев упало, перегородив собой дорогу. Водитель погиб мгновенно, на экспедиторе же не нашли ни единой царапины и ссадины.
Но самым удивительным было то, что увидели прибывшие к месту аварии сотрудники ВАИ - на белоснежном изломе поваленного дерева проступили отчетливые пурпурные капли, точно кровь потекла из израненного тела. Через пару лет вторая, уцелевшая после удара сосна зачахла и погибла.
Рука шамана
В районе Усть-Муны, горы Сарлык, селений Мыюты и Кош-Агач, где строителям пришлось сносить узкую тропу старого пути и пробивать тракт западнее, во время строительства Чуйского тракта, отмечается самый высокий процент дорожно-транспортных происшествий. В районе высокогорного Кош-Агача не однократно слетели в пропасть грузовики, на плоскогорьях Усть-Муны, где Чуйский тракт имеет четыре полосы и имеется прекрасный обзор, по мрачной статистике, автомобили бьются в два раза чаще, чем в среднем по Алтаю, а каждое третье ДТП в районе горы Сарлык случается со смертельным исходом.
В связи с этим, жители Юго-Восточного Алтая рассказывают о «Глазе Дракона», который стал являться людям после осквернения могилы шамана Ооюна, находившейся неподалеку от селения Кош-Агач. По поверью, люди, увидевшие «Глаз Дракона», либо вскоре умирают, либо обретают сверхъестественные способности: у них может открыться дар предвидения, целительства, они начинают общаться с потусторонним миром.
Бес
А это уже своего рода страшилка, но так или иначе, связанная с Чуйским трактом. Врачи Горно-Алтайского психиатрического дома-интерната рассказывают об одном из пациентов, проживавшем в интернате в середине восьмидесятых годов. Сорокалетний мужчина попал в психиатрическую больницу с диагнозом «маниакально-депрессивный психоз» после весьма загадочного и странного случая, произошедшего с ним. Мужчина возвращался с семьей на своем личном автомобиле по Чуйскому тракту из Кош-Агача в Горно-Алтайск.
Было раннее летнее утро, солнце еще не успело показаться из-за гор, когда «Москвич» миновал границу районного центра и после получаса езды мужчина вдруг резко затормозил и увел автомобиль к обочине. На расспросы жены о том, что случилось, он ответил, что увидел в боковом стекле нечто странное и пугающее: будто бы огромный кровавый глаз с узким вертикальным зрачком заглянул в машину. Вскоре, придя себя, мужчина продолжил движение на автомобиле.
А ночью с ним стало твориться что-то непонятное. Он бегал по квартире, размахивал руками и кричал, будто его преследуют страшные существа. Наутро его забрали санитары. В разговоре с психиатром он рассказал, что его одолевают чудовища, которые нашептывают ему на ухо о его страшной кончине, пытаются залезть ему вовнутрь. В больнице он провел больше года, и все это время каждую ночь с ним случались приступы. Ни один из вариантов лечения ему не помогал. Среди больных, находящихся в больнице, он получил кличку Бесноватый, все сторонились этого буйного больного. Как-то зимним вечером в больнице случился пожар. Благодаря стараниям персонала удалось спасти всех пациентов, кроме Бесноватого. Несчастный сгорел заживо.
Призраки на трассе
Много еще легенд, рассказов, баек на Алтае связано с Чуйским трактом. Водители верят в грузовик-призрак, который колесит по дороге, предвещая запоздалым путникам беду.
Еще среди шоферских баек есть история про красивую девушку-алтайку в белом подвенечном платье, которая вот уже на протяжении полувека время от времени появляется у обочины и машет рукой проезжающим мимо автомобилям, прося ее подвезти. Кто-то из водителей нет-нет да и увидит на дороге, прямо перед капотом своей машины силуэт одинокого пастуха, который растворяется в воздухе в свете фар.
А алтайские шаманы утверждают, что, когда наступит конец всех времен, по этой дороге в наш мир войдут злые и добрые духи, чтобы каждому из живущих на земле воздать по заслугам.
Осенью 2003 года на Алтае произошло сильное землетрясение, его называют Чуйским землетрясением. Некоторые населенные пункты оказались разрушены, реки поменяли свои русла, в долинах забили гейзеры. Но, несмотря на ощутимые толчки, Чуйский тракт практически на всем своем протяжении остался невредим. И только места, которые более восьми десятилетий назад строители проложили в стороне от «нахоженной» дороги, словно морщинами, покрылись глубокими трещинами.
По рассказам кстати самих алтайцев (поселения возле Онгудая), землетрясение было «предсказано» животными за несколько часов до события - сначала собаками, потом лошадьми (хотя лошади могли испугаться воя собак). Многие же коренные алтайцы покинули свои дома (их «трясёт» раз в 10 лет, и они привыкли), и количество жертв было минимальным (официально и вовсе не было вообще). Но землетрясение было такой силы, что, по словам алтайцев, «горы менялись прямо на глазах» (происходили многочисленные оползни), а также «сильный гул стоял».