ГЛАВА V
Проблема с биологией
Одной из моих проблем с биологией был интеллектуальный характер.
Хотя мы были католиками, и я посещал еженедельные катехизисы, проводимые монахинями, мои родители поощряли нас быть интеллектуально любознательными. За обедом все было подвержено дебатам, даже религия.
Папа увлекался вопросами науки и философии, и мы садились за стол готовыми обсудить текущие вопросы в терминах более крупных значений. Несмотря на все мои жалобы на свое воспитание и стиль аргументации , я с нетерпением ждал этих разговоров. Мне нравилось находить недостатки в чьем-то рассуждении, и мой отец и мать признавали, когда я или мои сестры были правы. Я также восхищался способностью моего отца формулировать контр интуитивные положения, которые, несмотря на мои первоначальные ожидания, оказывались на месте.
В какой-то момент в разговорах за обеденным столом, вероятно, поднялась тема эволюции. Мое формальное введение в эволюцию произошло в моем первом классе биологии в старшей школе, и я помню, что это имело для меня смысл. Я принял представление о том, что сложные формы жизни эволюционировали из более простых органических химических процессов, и эти, в свою очередь, из электромагнитных явлений. Так что, когда я начал серьезно размышлять о природе собаки, я просто предположил, что психика должна была развиваться из физики, и поскольку физические системы всегда организованы вокруг принципов энергии, это должно быть верно и для сложных социальных систем.
Это был мой интеллектуальный фундамент, но это не было чем-то, что мне нужно было применять в какой-то практической или конкретной сфере; это была абстрактная теория. Однако, становясь все более любознательным по отношению к поведению животных, когда я стал тренером собак, я начал обращаться к природному миру в поисках простых энергетических, физических процессов в качестве естественных предшественников универсальной операционной системы у животных, так же как принцип фотовольтовых элементов универсален для растений.
Кроме того, мне казалось, что успешные адаптации в физических системах на основе энергии должны продолжать эволюционировать от вида к виду, чтобы стать успешными психологическими системами сознания в более развитых организмах.
Например, мне было непонятно, почему развитие внутреннего "магнитного компаса" у животных, или способности гусей или монарховых бабочек лететь тысячи миль к строго определенному месту назначения, остановилось бы в своем развитии. Мне казалось, что успешные адаптации, такие как эти, должны были продолжать эволюционировать в более сложные поведенческие системы. Это подтвердилось для меня, когда я узнал, что каждое млекопитающее, и даже человек, наделены крошечным кусочком магнетита в канале внутреннего уха, и по неизвестным причинам с точки зрения основной науки.
Также казалось логичным, что такие передовые физические способности, как эхолокация у летучих мышей и дельфинов, также должны были продолжить эволюционировать в более сложные социальные функции. Возможно, поэтому многие слепые люди интуитивно разработали систему щелчков для ориентации по эхолокации, и возможно, поэтому в Африке многие коренные жители сохраняют характерный словарь, использующий щелчки в их языках.
Даже будучи ребенком, я всегда видел природу как единое взаимосвязанное целое, и поэтому я принял идею эволюции: было абсолютно логично, что сложное предполагает простое. То, что не имело смысла, - это то, что виды эволюционируют через конкуренцию друг с другом, что борьба за существование сводится к жертве против хищника в биологической гонке вооружений. Казалось более разумным, что определенные виды животных экологически связаны между собой как две половины одного круга, поскольку они так великолепно сочетаются по форме и функции.
Мне казалось, что колибри был всего лишь другой половиной цветка; виды находились в коммуникации, а не в конкуренции, и эволюция представляла собой процесс соединения двух разъединенных половин в процессе, который приводил к появлению новой энергии, доступной всем.
Это было так, как если бы колибри появился из нектара, а не генетически выдумывал, как его использовать. Я всегда знал, что в своей сущности животные фундаментально похожи каким-то глубоким образом, и что они общаются и отличаются друг от друга в терминах этого общего знаменателя - так же как каждая точка на круге имеет общий центр круга, и в то же время ее положение на круге уникально относительно восточной, западной, северной и южной осей круга.
Парадокс природы заключается в том, что то, что общее, одновременно ответственно за разнообразие.
Я где-то прочитал китайское выражение, которое прекрасно это описывает: "Природа сложна в деталях и детальна в простоте."
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗАВТРА....