Розалинд Франклин в моей жизни
До апреля 2005 года я бы не смог не то что написать, но даже задумать такой материал.
В феврале 2005 года я был при смерти от обширного инфаркта миокарда. И вероятность выживания в тот момент, когда я наконец покорно лёг обнаженным под тонюсенькую простынку на каталку, в которой меня ввезли в реанимацию, оценивалась нашими свердловскими (екатеринбургскими, конечно же екатеринбургскими!) кардиологами ниже сорока процентов.
Сказали потом просто: мог замереть в любую секунду.
В принципе в реанимациях на спасаемых смотрят несколько отстранённо лотерейно: выживет или не выживет? Девочки подбегают, ставят укол и мгновенно улетучиваются. Мне однажды сказали уже за стенами реанимации: не разговаривают, потому что боятся, что возьмёт и позовёт с собой, а сам откинется. А народ тут весьма суеверный!
В 1956-ом году к реанимациям меня готовила тётя Рона!
Да!
Она охотно рассказывала маленькому племяннику о кислородных подушках, о специальных кнопках вызова персо