Русским фавориткам, разумеется, было далеко до их западных коллег, которые, по сути, являлись некоронованными королевами при живых супругах монархов, и диктовали не только моду, но и политику. Но это не значит, что у российских императоров не было своих сердечных подруг. Была такая и у императора Павла I, и звали ее Екатерина Нелидова.
Екатерину Нелидову часто называют «добрым ангелом» Павла Петровича. Долгое время именно эта женщина была той, к советам которой он прислушивался, несмотря на свой тяжёлый характер. Ее считали одной из самых влиятельных дам при его дворе, но, увы, даже ей не удалось выстоять перед интригами и заговорами.
Историки до сих пор спорят о том, как бы могла сложиться судьба императора, оставь он свою преданную фаворитку при себе. Может быть, ему удалось бы избежать столь трагического конца? Сейчас мы об этом уже не узнаем, но одно несомненно – Екатерина Нелидова действительно была добрым и честным человеком, и ее присутствие рядом с императором было для него подарком свыше, который он, увы, не смог оценить по достоинству.
Талантливая смолянка
Катенька родилась в 1756 году в семье обедневшего артиллерийского поручика Ивана Нелидова, в которой у нее была ещё сестра и пятеро братьев. Чтобы дать дочери достойное образование, в шесть лет стесненные в средствах родители со слезами на глазах решились отправить ее в недавно открывшееся воспитательное заведение при Смольном монастыре – будущий Смольный институт благородных девиц. Они надеялись, что под покровительством самой Екатерины II девочка сможет добиться успеха, занять видное положение в свете и вернуть их фамилии былую славу. И не ошиблись.
Катеньке повезло: она попала в самый первый, блестящий набор Смольного. По количеству ярких и великих личностей этот выпуск мог сравниться только с первым, пушкинским выпуском Царскосельского лицея.
Юные барышни постигали основные науки: грамоту, арифметику, иностранные языки, а также учились рисованию, музыке и вокалу, но основной упор делался на знание этикета, поскольку лучшие выпускницы в будущем могли рассчитывать на место при дворе.
На знаменитой картине Левицкого Катенька изображена танцующей минует в роли Сербины из оперы Перголези «Служанка-госпожа». Этот ученический спектакль с 15-летней Нелидовой в главной роли произвел в Петербурге настоящую сенсацию, а Екатерина II даже назвала талантливую ученицу феноменом.
Интересно, что Нелидова вовсе не слыла красавицей: ее портил небольшой рост и смуглый цвет лица, считавшийся тогда моветоном. Поэтому ее верными помощниками в будущем станут высокие каблуки, пудра и румяна. Но зато она брала живостью характера и ума, непринужденностью и простотой в общении, благодаря чему сумела расположить к себе даже Екатерину II, которая в 1776 году после окончания Смольного взяла тезку в штат фрейлин для своей невестки.
Фрейлина ее высочества
Семейная жизнь наследника престола складывалась весьма нестабильно. Екатерина II, которая больше всего боялась прихода к власти своего родного сына, делала ставку на его детей – своих внуков. Поэтому государыня женила 19-летнего Павла на принцессе Гессен-Дармштадтской Августе-Вильгельмине-Луизе, которая в России стала именоваться Натальей Алексеевной. Но брак продлился всего три года – в апреле 1776 года молодая супруга умерла, не сумев разрешиться от родов. Ребенок при этом погиб.
Уже в октябре безутешного цесаревича ждала новая женитьба – снова на немецкой принцессе, на этот раз выбор властной матушки пал на Софию-Доротею Вюртембергскую, ставшую Марией Федоровной.
Цесаревич и принцесса отправились в свадебное путешествие по Европе. Свои высокие титулы они скрыли за фамилией графа и графини Северных. К неудовольствию молодой супруги, их сопровождали фрейлины, среди которых была и Нелидова.
«Зачем она здесь? Не угодно ли прогнать?..» - пыталась протестовать Мария Федоровна, на что Павел невозмутимо отвечал: «Она приставлена к вам по протоколу, так оно и будет!»
Новая супруга мужа обожала, но Павел относился к ней все более прохладно. Правда, это не мешало ему исправно выполнять свой супружеский долг, в результате чего на свет появились десять детей.
Однако, вечно беременная супруга скоро стала наводить на Павла скуку и зевоту. И тогда рассеянный монарший взор все чаще останавливался на фрейлине жены – Катеньке Нелидовой, и в начале 1780 года они становятся близкими друзьями.
Их дружба была чистой
Наследник любил гулять вдвоем с дамой своего сердца по парку Гатчинского дворца, где они беседовали на самые разные темы, и Павел поверял ей свои самые сокровенные мечты. Нелидова поощряла в нем рыцарский дух и разделяла страсть Павла ко всему таинственному и мистическому. При этом, симпатия Павла все больше склонялась в сторону Нелидовой.
Тем более, что после рождения десятого ребенка врачи категорически запретили Марии Федоровне не только беременеть, но и вообще иметь близость с супругом.
Екатерина Ивановна становится главным советником и незаменимым помощником Павла Петровича. Ее добрые советы и дружеское участие вносили в мятущуюся душу цесаревича покой и гармонию. При этом только она умела гасить его совершенно невыносимые истерические припадки.
Так, импульсивный цесаревич мог уволить садовника только за то, что тот принес фрукты сначала его жене и только потом - подруге. Или взашей выгнать библиотекаря и чтеца Марии Федоровны, потому что ей нравилось общество этого француза.
Но при этом отношения между наследником и фрейлиной оставались как между братом и сестрой. «Наша дружба была чистой и священной! Свидетель тому Бог!..» – клялся заболевший в походе Павел, считая, что находится на смертном одре и беспокоясь о репутации его маленькой подруги.
Оправившись от болезни, цесаревич подарил родителям Нелидовой 2000 душ крестьян, чем вернул им утерянный статус, а Аркадию Нелидову, брату Екатерины Ивановны был пожалован чин майора. «Одному Богу известно, насколько вы мне дороги, остаюсь весь ваш, слуга и друг», - писал Павел Нелидовой. Странные отношения этой пары продолжались почти 20 лет.
Придворные интриганы перехватывали его письма, и Мария Федоровна, страдая от ревности, читала строки, адресованные другой. Она даже жаловалась властной свекрови, что Нелидова заняла ее место. На это Екатерина II невозмутимо отвечала: «Успокойся, ты – красавица, а она – черна, как чертёнок!»
Чтобы развеять все сомнения, в начале 1790 года умная фаворитка взяла под свою опеку и супругу своего царственного покровителя, ограждая ее от нападок крайне неуравновешенного наследника, и женщины скоро подружились.
Все изменилось в 1796 году, когда Павел Петрович взошел на трон. Первоначально положение Нелидовой ещё более возвысились: она была назначена камер-фрейлиной и награждена крестом Святой Екатерины.
Дружбе конец
Естественно, положительное влияние Нелидовой на императора не могло понравиться тем, кто мечтал избавиться от полубезумного монарха.
Придворные во главе с графом Кутайсовым стали нашёптывать императору, что он идёт на поводу у двух женщин вместо того, чтобы править самому. Самолюбивый Павел тут же сделал «нужный» вывод: велел выслать императрицу в Холмогоры.
Нелидова бросилась на защиту Марии Федоровны, за что и немедленно поплатилась сама: получила истерический приказ Павла покинуть Петербург. Это была отставка.
Дело в том, что Павел в это время увлекся новой пассией – ею стала юная Анна Лопухина, сосватанная государю тем же Кутайсовым, и потерявший голову император избавлялся от мешавшейся под ногами прежней фаворитки.
От монаршего гнева Нелидова укрылась в Эстляндии, в замке Лоде, куда уже была отправлена ее близкая подруга Наталья Буксгевден.
Выслав в припадке Нелидову из Петербурга, Павел даже не понял, что лишил себя единственного верного друга и надёжной опоры, которая всегда спасала его от роковых ошибок, чем подписал себе смертный приговор.
Убийство Павла I стало настоящим потрясением для Екатерины Ивановны. Очевидцы говорили, что она едва не сошла с ума от горя и поседела за несколько дней. Она продолжала дружить с Марией Федоровной – женщины делили одно горе на двоих. Но в 1828 году не стало и императрицы. Екатерина Ивановна потеряла последнего близкого ей человека. Замуж она так и не вышла, детей не заимела.
В 1839 году, в возрасте 82 лет, Екатерина Нелидова умерла на руках своей племянницы, княгини Трубецкой, которую она любила как дочь.