Малка Лоренц нашла нашу прошлогоднюю фотографию и вспомнила, как работала в школе. Оцените, это потрясающе!
«Соцсети подкинули напоминалку - фоточку из прошлого года, где мы с Елена Богданова в Москве сидим в кафе, такие два радостных препода.
Мы с Еленой редко видимся, потому что живем немножко в разных городах, но я не перестаю молиться за ее здоровье - именно благодаря ей мой ребенок когда-то отлично написал ЕГЭ по русскому и литературе, при том, что изначально шансы были нулевые. Школу моя дочь не любила и посещала нечасто, до домашки вообще никогда не снисходила, и вообще у нее были дела поважней. К 10-му классу стало понятно, что школьную программу мы не знаем даже понаслышке и наверстать все это за год невозможно физически, особенно учитывая полное отсутствие мотивации у пациента. Пациент интуитивно писал без ошибок и полагал, что этого достаточно. Я тоже на это очень рассчитывала, пока не купила сборник вопросов к этому экзамену и не ознакомилась. После этого я не рассчитывала уже ни на что.
Пока через свои старые университетские контакты не вышла на Елену. Дальше все было как в сказке - и мотивация откуда-то взялась, и правила как-то усвоились, и эссе стали писаться такие, что хоть в журнале публикуй. Перед экзаменом ребенок не бился в нервном припадке, а совершенно хладнокровно пошел и сдал. Поступил куда хотел, а сейчас вообще подрабатывает написанием научных статей.
Нет, я не знаю, как Елена это делает. Я вообще не представляю, как работают с детьми и получают при этом из раза в раз такие результаты.
Сама я работала с детьми всего однажды, в самый первый год. Мне было 23 года, и я вела языковой кружок в какой-то случайной средней школе. В группе было шестеро детишек, шестой класс, обычные советские дети из обычной советской быдлошколы в плохом районе. Там был один мальчик - такой же дремучий, как все, но совершенно другой. Он так же, как и все, не знал ровно ничего, но хватал все с лету, видел логику, сразу улавливал структуру. Школьная училка немецкого его ненавидела, и вообще эта школа считала его безнадежным - то ли за дерзость, то ли за лень, я уже не помню, что ему там предъявляли, но мальчик с педсоветов не вылезал и до мамы его докапывались тоже непрерывно. Меня еще завуч предупредила, что это такая семья, такая семья - лучше не связываться, оторви да брось.
А я была молодая и пылкая, меня этот мальчик поразил в самое сердце. Я позвонила его маме и попросила о встрече. Мне, сказала я, нужно с вами серьезно поговорить! Пришла после уроков к ним домой. Мама изготовилась к бою - она думала, парня опять пришли ругать и грозить отчислением. Я, ужасно волнуясь и робея, сказала - у вас невероятно одаренный мальчик, надо что-то делать, в этой школе он пропадет.
Мама заплакала. Ей в первый раз из школы вместо очередной гадости сказали что-то хорошее. Сама она любила своего мальчика бесконечно, считала его маленьким гением и готова была за него сражаться до конца, и вдруг оказалось, что сражаться не надо - нашелся еще кто-то, кто думает так же, как она.
Этот мальчик был моим первым частным учеником. Это было 35 лет назад, тогда мы боролись за четверку в полугодии. Буквально на днях сетевой алгоритм, читающий мысли, подсунул мне его профиль - теперь это серьезный господин, в Берлине возглавляет отдел в иммиграционном ведомстве.
Иногда я думаю - если бы я в своей жизни сделала только это и ничего больше, моя жизнь уже прошла бы не напрасно.
А Елена делает такое все время. Год за годом.
Даже среди моих подписчиков полно тех, чьи дети у нее учились. ЕГЭ по русскому у нее сдают все - даже те, кто этот предмет видал в гробу и увлечен совсем другими дисциплинами или пока ничем не увлечен и видал в гробу примерно все предметы. Все начинают писать без ошибок, читать книжки и разговаривать как люди.
Меня постоянно спрашивают насчет хороших репетиторов. Так вот - это действительно хороший репетитор. И у нее бывают свободные места. Вот сейчас, например, есть».