"- Вот видишь, какие высоты за нас тобой уже постарались, - сказал он, обнял её за плечи, и они пошли навстречу рассвету по только что наметённым бураном сугробам. Нисколько не проваливаясь в свежевыпавшую снежность.
"Высоты" довольно ухмыльнулись и позаботились о том, чтобы за этими обнявшимися не оставалось следов. Новая позёмка шла сразу вслед за ними и тщательно заносила их следы в чистые страницы новой жизни..."
(К. Карлос, "Зимородок и колоко́льцы)
Метель играла свой ноктюрн,
В ночи́ кружила злая вьюга -
Ни зги не видно. Млечным кру́гом -
Сиянье бесконечных лун.
На новый год Луна старела -
Её, съедая по кусочку,
Переводя стихами в строчку,
Дракон грядущий пел несмело.
И ровно посреди зимы
Геката явит новолунье
Бездонно-чёрным небо будет
Недолго. Вновь начнёт расти -
Из тонкой, с краешку, полоски -
И с каждой ночью всё смелей
Луна нальётся до краёв
И лунной выльется дорожкой -
Помчится тройка веселей.
И в той дали́, на полнолунье,
Раздастся тихий волчий вой,
Метель, услышав звук родной,
Ноктюрн сыграет вновь на вьюге...
Зима. Дорога. Ночь. Луна...
И где-то, сердцу дорога́,
Спит тихо память. Никогда
Никто её будить не будет.
Начало года скрыл туман
Серо-голубой,
Шотландским килтом он накрыл
Домик под горой,
Морозной рифмой облаков,
Плотной пеленой,
Он окутал новый мир
И несёт покой.
Раздвинув нежно облака
Прочь за горизонт,
Погладив розовый рассвет
Ласковой рукой,
Солнце сквозь густой туман
Всё золотом зальёт -
Мягким добрым снежным светом -
И снова в ночь уйдёт.
Краток день и ночь длинна,
Вся природа спит,
Половинкою луна
С у́былью висит.
Ещё немного и она
Скроется совсем,
А потом начнёт расти,
Глядя на рассвет.
И помчится снова год,
И так из века в век:
Новый год, новый взлёт -
И сомнений нет.
