- А ты давно летал во сне?
Семён лежал дома на кровати рядом с женой и уже планировал выключить свет и заснуть, как Оля огорошила его этим вопросом. Вот почему с ней всегда так? Как будто из Вселенной берёт свои вопросы и задаёт их, чаще всего не в самый подходящий момент. Как недавно на свадьбе общих друзей, она повернулась к нему и шепнула, - А ты думаешь, они действительно друг друга любят?
Вот как отвечать на подобные вопросы, причём на свадьбе? Для Семёна, всё было просто. Живут ребята вместе, вроде сильно не ругаются. Ксюха, вообще девчонка спокойная, как мудрый удав. Да и Слава к ней тянется. Да, на публике особо не милуются, но как Славик клятвенно утверждал, в постели у них всё в порядке. Он и налево-то перестал смотреть, как у него Ксюха появилась. А тут такие вопросы.
- Ну, наверное, любят. Женятся ведь. Вроде счастливы. Планы строят. О детях задумались. Оля, что за вопросы?
- Да, понимаешь, смотрю на них и вижу всё хорошо. Доброту вижу, ласку, заботу. А любви не вижу. Как будто устали они просто одни быть. Хочется побыть с кем-то рядом. Убаюкать, укутать. Только на любовь это мало похоже. Точнее похоже, но любовь людей, которые вместе уже не один десяток лет. Которые привыкли к друг другу. Любовь переросла в настоящую крепкую семью и дружбу. А эти? Они знакомы год, вместе живут месяца три. А любви и страсти уже нет. Как будто счастье у них в тишине и совместных походах. Они же молодые. Гормоны должны ключом бить. Глаза искриться. А эти… как будто смирились.
Олю, девушку умную и начитанную иногда несло на волне такой философии, что она могла рассуждать об этом часами, раскручивать идею, подыскивая аргументы. Причём Семёну можно было в диалоге особо не участвовать. Так, пару раз хмыкнуть, пару раз кивнуть, и достаточно. Но в вопросе про сон, этого явно было недостаточно. Оля слегка приподнялась на локтях и смотрела Семёну в глаза.
- Да, не знаю Я. Давно. Я вообще сны редко помню. Что-то происходит, но что-то незначительное, иногда падаю.
Оля вздохнула.
- У меня также. Стала замечать, что раньше летала, а теперь только падаю. Вниз. Неважно откуда. Неважно, как долго. Но, именно, падаю. Не парю, не летаю, не планирую. В детстве, мы планировали и рожали идеи и потому летали во сне. А потом повзрослели. Перестали мечтать и перестали летать. Только падать и осталось, даже во сне. Наверное, это и есть безысходность. Когда ты вроде как хочешь, но уже не можешь. Или мы перестали хотеть? Искренне. По-настоящему. Как будто скатились в обыденность и рутину, а она как болотина затягивает. Вот мы и падаем во сне.
Семён, в первый раз, увидел в вечно смеющихся глазах жены грусть. Грусть, где-то в глубине, но она уже была. НЕТ. Так нельзя. Так неправильно. Ладно он. Привык и свыкся. Всё идёт аккуратно по проторенной дороге без крутых изгибов. А Оле нельзя. Ей важно летать. Ей важно мечтать. Иначе она потеряет часть себя. А этого нельзя допустить. НИКОГДА!.
Семён нежно приобнял Олю за плечи. Поцеловал в висок и тихо прошептал.
- Хочешь летать? Значит будем летать.
Он понятия не имел, что нужно делать и как. Но он знал, что сегодня у него появилась идея. Цель. Цель, к которой он будет стремиться и ради которой будет жить.